Расширенный поиск  

Новости:

08.02.2022 - второй том переиздания "Отблесков Этерны" появился в магазинах, в книгу вошли роман "От войны до войны" и повесть "Пламя Этерны"

Просмотр сообщений

В этом разделе можно просмотреть все сообщения, сделанные этим пользователем.

Темы - Alarven

Страницы: [1]
1
Наша проза / Изгнанники Эвитана-3.
« : 08 Ноя, 2020, 19:17:15 »
3
Цокот лошадиных копыт Грегори расслышал первым. Порох – как в воде искупался, но есть еще шпага и кинжалы. Если беглецов обнаружат – у Беллы будет время уехать. А сам изгнанник и так жить не собирался.
За повод – коня Арабеллы. И вон в тот ельник! Может, еще не заметят.
Свой плащ – на голову коню. Плащ девушки – отдала без возражений – достался ее кобылице. Грегори только успел поймать удивленный взгляд двух глубочайших лиловых глаз.
Ближе, ближе… Кажется, вот-вот заливистое ржание разрежет неподвижный воздух!
Вряд ли. Те ведь тоже наверняка тряпками морды коням замотали. Если не совсем дураки. Солдаты как-никак.
А вот и нет. Не осторожные. И не солдаты. Во всяком случае, не закаленные в боях ормхеймцы. Потому и выехали на поляну, толком не таясь. Видны теперь - как на ладони.
Грегори осторожно тронул каурого, подав Белле знак держаться позади. Послушалась бы еще!
Вит – свой, но вот незнакомый парень с ним… Еще пальнет с перепугу!
Хорошо, что Витольд вырвался из эвитанской западни. Но, во имя Творца, где Александра?! Неужели осталась там?! В плену или…
Подъехать незамеченным удалось почти вплотную к поляне. Осталось только морду конскую из кустов высунуть. Пусть поприветствует физиономии других коней. С расстояния в три корпуса. Ближе не получится.
Повезло вам, ребята, что в  кустах – ни одного вражеского стрелка.
- Вит.
Обернулись оба, Витольд – быстрее. И за оружие схватился на пару мгновений раньше. Значит, его спутник – и вовсе необстрелянный. На вид – совсем мальчишка, но Конрад Эверрат в эти годы уже был мастером клинка. Выигрывал у Грегори три раза из пяти. А иногда и четыре из шести.
- Леон, это - свои.
Леон? То-то парень смутно кого-то напомнил. Вот кого!
Что здесь делает сын Эдварда? И где сам лорд? Его же простили, позволили вернуться домой...
- Грегори, что ты здесь?.. – переключился Вит на Ильдани. – Белла?!
- Некогда, уезжаем! Все разговоры – по дороге. - Грегори привычно потянулся к поводу… но Арабелла и сама пришпорила коня. Первой.
Спорить и скандалить при Вите и незнакомце не собирается – уже хорошо.
- Мое почтение прекрасной Арабелле! – прямо в седле отвесил галантный полупоклон Витольд.



Глава пятая.
Аравинт.
1
Леон предпочел бы сейчас оказаться как можно дальше. От всего! Уж точно - от смертельно опасной скачки через лес. И от армии мародеров позади – до боли напомнившей такую же в Лиаре!
А еще – от странно неправильной ситуации. Леон слишком устал. Он больше не хочет и не может убегать, прятаться, дрожать за свою жизнь! С него хватит!
В Аравинте их с Витом должны были ждать друзья, покой и отдых. А вместо этого юный лорд Таррент угодил во второй Лиар! Только здесь - не приходится ждать помощи отца, который пусть с опозданием, но придет за сыном.  Спасет!
Угрюмый темноволосый парень оказался принцем Грегори Ильдани. Это из-за него отец погубил всю семью? Его собирался садить на трон? Да даже из Леона король получился бы лучше.
А девчонка с упрямо сжатыми губами – принцесса Арабелла. И это тоже – совсем неправильно. Потому что принцессы не убегают из дому. И не ведут себя так, что Ирия обзавидуется.
Лиар и Аравинт - что изменилось? Безжалостное прошлое нагнало и дружески хлопнуло по плечу. Опять – армия, опять - мародеры. Теперь Леона схватят и снова повезут в Лютену! Плаха, топор, смерть…
Нет! Не может быть, чтобы всё закончилось вот так! Живут же мерзавцы, подлецы, негодяи, шлюхи, бесчеловечные матери, взбалмошные эгоистичные девицы! Живут даже дряхлые, больные старики. Так почему именно Леон должен умереть в семнадцать лет?!
А может, он уже сошел с ума? И этих двух с половиной лет кошмара просто не было? И все они – отец, мать, Эйда, Иден, даже Ирия – по-прежнему живут в Лиаре? Одной пусть не самой лучшей, но семьей. И это – тот самый год, только восстание не захлебнулось в крови. Сейчас – лето. Летом и в Лиаре не бывает снега. Разве что в самые холодные годы.
И дождь там льет чуть не каждый день. А порой - и сутками напролет.
Где-то жив отец, и он не пришел сдаваться. Потому что проклятый Тенмар все-таки вывез их из Лиара. И сын Эдварда Таррента теперь скитается по лесам с самой зимы. Его не захотел укрыть у себя дядя. Ив Кридель ведь не присоединился к восстанию. Дядя предал семью сестры. Собственное спокойствие ему дороже...
- Что с тобой. Леон? – бледное-бледное лицо Витольда.
Конечно, с чего ему быть румяным? Их же ищут каратели Бертольда Ревинтера!
Да что происходит?! Юноша отчаянно затряс головой. Деревья кривляются в издевательском танце. Насмешливо выгибают черные стволы в зеленом мареве листвы.
- Леон? С тобой всё…
Нет, он не сошел с ума. И это – не Лиар! С чего бы там оказаться принцу Ильдани? Да еще и с принцессой (или все-таки герцогиней?) Арабеллой? Этой странной взбалмошной девицей? Не приволок же их Тенмар с собой…
А если они только мерещатся? Такое ведь тоже бывает. С рехнувшимися…
Дорога не собиралась заканчиваться. Ни после полудня, ни вечером. Уходили на рысях, привалов не делали. И под конец Леон уже мало что соображал.
Кажется, его коня порой брали в повод. Кажется, Витольд. И, кажется, сначала он еще твердил свое: «Что с тобой, Леон?» Потом - перестал.
Потому что с ним – всё плохо. Просто паршиво. Невыносимо!
А проклятая зелень всё плыла и плыла перед больными глазами. Пока не размахнулась и не врезала Леону в лицо...



2
Адресное / Виват! - 16
« : 22 Сен, 2020, 19:35:06 »
Эрэа Laura, эрэа Квиточка, эрэа Яртур, с Днем Рождения! :)

3
Точнее, тут уже выкладывается прода "Дневника Арьи Ланнистер". ;)
Начало темы - http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=15460.0

Запись пятнадцатая.
На сей раз суровый как камни местных утесов сир Киван перестраховался. Приставил к нашей двери подслушивающих слуг. Еще с ними напросились довольные Ами с Уолдой. Сладостей прихватили, орешков… пару крепких молодых конюхов – для охраны и защиты. А то родной брат тут только Серсею охраняет, все прочие без родни обходятся.
Ну что ж. А я потребовала спальню, соседнюю с Джейме и Серсеей. И со стенкой смежной повезло – не такая уж толстая. Как думаете, зачем?
И вовсе не за тем, что вы, извращенцы, подумали. И даже не для того, чтобы им было ближе к нам бежать, если Джофф вдруг заверещит, как резаный. Или связанный.
Джоффрику я, кстати, в полутьме спальни быстренько приставила острый кинжал к горлу.
Ах ты, Иные! Надо было сначала посадить его на горшок. В следующий раз буду умнее. Ладно, вот договоримся – и сразу проветрим спальню. А то вдруг там кто на ветках подслушивает? Или внизу под окном.
- В твоих же интересах, жертва неудачного инцеста, сделать, как тебе велено МНОЙ. И только попробуй кому-нибудь завтра проговориться. Будешь послушным – получишь Ами в койку. А нет – тебе уже ни Ами и никто другой не понадобится. Взяли бы еще в Безупречные, но для такого физическая форма подкачала. Я читала, туда только крепких берут и смелых.
Мой законный муженек читать не любит, так что аргументировано возразить ему нечем. А я еще и до местной библиотеки добралась. Нужно же мне как-то здесь не свихнуться хорошо проводить время, правильно?
В общем, Джофф еще торопливо покивал. Он у меня уже почти дрессированный. Даже с Нимерией было сложнее.
 Спальню мы проветрили, Джоффри белье переодели.
Что? Нет, голым он при мне не ходит. Слишком опасается за некоторые ценные (для него) части тела. В Безупречные-то моего законного всё равно с гарантией не примут.
В общем, мы оба честно прилипли ухом к заветной стенке-шпаргалке. Каждым – своим.
А слуги – к нашей двери. И Ами с Уолдой и конюхами. Только орешки трещат у всех за ушами. Даже дружное тяжелое дыхание перетрескивают.
Джоффри даже, кстати, уговаривать не пришлось – такое подслушивать он любит. Подглядывать - тоже, но сверлить дыру в стене некогда и слишком громко. Да и кинжал на такое жалко. Он мне на другое нужен.
И тут…
Джофф, идиот тупой, я же тебя просила озвучивать не за Серсею! Увлекся не вовремя, понимаешь ли. Во-первых, что теперь подумает консервативный сир Киван? А во-вторых… ну, ладно, придется мне теперь за Джейме.
В общем, мы честно, с выражением поорали. Устроили веселый, зажигательный спектакль для Ами, Уолды и слуг. Ами аж сразу на конюшню рванула – очевидно, впечатлениями делиться. Эти конюхи, видно, уже устали – Ами всего лишь вдвоем охранять трудно. А уж если с ней еще и почти такая же веселая сестричка.
Потом я связала покрепче Джоффрика (сейчас я с ним, несвязанным, в одной комнате лягу!), и мы мирно заснули.
Сколько мне еще эту клятую брачную ночь сдавать, чтобы уже, наконец, засчитали? Кажется, на мейстера сковать длинненькую такую цепочку – и то быстрее и проще. Надо будет у умного мейстера Лювина спросить, когда, наконец, доберусь домой. А то из нашего нынешнего дурдома предыдущий мейстер уже предусмотрительно удрал, а нового жадный Старомест не присылает. Пишут, что дороги после войны непроезжие, казна на ремонт денег не выделяет – все новому королю Визерису на золотую корону ушли. А то свою он еще давным-давно продал, а потом дотракийцы покупателя не нашли. Слишком быстро драпал.
В общем, единственный теперь приличный путь – в объезд, через Долину Аррен, а там активизировался какой-то новый вожак местных дикарей – вообще не пройти, не проехать.
Джофф, Ами, Уолда, Ланс, Джейме и Серсея географию знают еще хуже меня (особенно послевоенную). Сир Киван – лучше, но он загадочно промолчал. Кажется, из сочувствия к бедному ученому из Староместа. Пропадет ведь у нас, как пить дать. С концами.


4
Название: Ни один из нас.
Автор: Alarven.
Рейтинг: PG-13.
Персонаж/Пейринг: Рокэ/Катарина, Фердинанд/Катарина, Мишель/Катарина, Джастин/Катарина, Марсель, Сильвестр, Штанцлер, Лионель и т. д.
Жанр: драма, ангст, гет.
Саммари: размышления Рокэ при известии о смерти Катарины.
Предупреждение: фанфик написан до выхода "Рассвета".
Отказ от права: все права на персонажей и мир - у Веры Викторовны Камши. Мое - только содержание фанфика.

Сказал: «Мертва» -
И сам себе не верю.
Д’Артаньян. Советский многосерийный фильм «Три мушкетера».

Никто не знал, что она любила яркие розы. Особенно алые. А еще сильнее – маки. И ненавидела гиацинты, особенно наиболее бледные. Но только этот скромный цветок оттенял ее неброскую красоту. А Катари знала все свои достоинства… и недостатки. И знала, как правильно ими распорядиться. Фон картины или фрески не должен затенять основной узор. И потому алых роз в королевских покоях не будет. Ни в изящной вазе, ни среди фрейлин и придворных дам.
Катарина Ариго умела правильно подать себя. И верно распорядиться теми скромными дарами, что получила от скупой природы. И тем обойти многих, одаренных более щедро. Но лишь яркой красотой, а не умом. Вроде той же Людовины Кракл. Или Дженнифер Рокслей.
Нет, не Ариго. Катарина Оллар. Хрупкая девочка из семейства Ариго не знала об ядовитых интригах ничего. Пока продажный дриксенский гусь Штанцлер не прижал ее к стенке, а властолюбивый Сильвестр не определил в личные враги. Он все-таки прожил слишком долго – этот когда-то умный кардинал, способный ученик Диомида. Как то многолетнее вино из вишни, что с годами стало ядом. Некоторым нельзя давать в руки столько власти и влияния. Могут заиграться. Счесть себя самыми умными. Уничтожат всех возможных соперников, окружат себя послушными марионетками… или теми, кто умело таковыми притворится. Жаль, что Фердинанд больше относился к первым, а Манрики и Колиньяры – ко вторым.
Катарина успешно выживала много лет. Как хороший политик. И как он же – умела вовремя избавляться от опасных врагов. Но ему, Рокэ, было всё же проще. Всё это время. У него не было лицемерной и безжалостной гиены-матери и продажного интригана-шантажиста - «лучшего друга семьи». А за Катариной Ариго не стояла могущественнейшая семья в Талиге. И готовое в любой миг отделиться Кэналлоа.
Зато защищать Катарину Рокэ было легко. Еще когда он узнал об ее якобы интрижке с Джастином Приддом? Когда за уши вытащил из беды этого самого Джастина?
Нет, опять не так. Потому что и интрижки не было – назло всем Штанцлерам. Бедняга Джастин действительно был влюблен. Настолько, что хотел свести счеты с жизнью. И не настолько, чтобы решиться поцеловать своей королеве больше, чем руку.
Нет, всё решилось даже не тогда. Раньше. Когда Рокэ однажды нашел ее в слезах? После того, как от большого ума вместо алых роз или скромных гиацинтов преподнес юной королеве собранные по пути столицу маки? Их было так много на том лугу, а в родном для Катарины Эпинэ – еще больше. И Ли, и Арлетта не раз упоминали…
Тогда Катарина еще толком не научилась врать.
Нет. Искусно смешивать правду с ложью.
Он, Рокэ, никогда не был особо искусным политиком. Даже Катарина разбиралась в этом лучше его. А страну делили два циничных, расчетливых интригана. Из разных побуждений – но кому с того легче?
- Я никогда не вру, - говорил Рокэ. И это было правдой. Недоговорки – не ложь. Спросите у любой Катарины.
«Добродетель пищит и просит еще».
Где тут явная ложь? Катарина – добродетельна? Да – в какой-то мере. Она родила законного наследника именно от Фердинанда – каких бы усилий ей это ни стоило. Она была верна так ни на что и не осмелившемуся Джастину – насколько это вообще возможно для замужней королевы. У нее так и не появилось любовников – даже Первого Маршала, что бы ни твердили злые языки.
И Мишелю она была бы верна – не брось ее он сам. На произвол родни (особенно гиены-матери!)  и уже уготованного будущего. Когда узнал, кто убил его сестру Магдалу и почему. Мишель Эпинэ счел кощунством саму мысль породниться с семьей убийцы любимой сестры. Сам Рокэ так и не смог его понять, но он вообще многое понимает слишком странно. А еще большее – не понимает вовсе. Так и не научился.
Тогда Катарина единственный раз в жизни готова была бежать. Но, увы, только она. Не Мишель.
Пищит? Да, Рокэ даже не сомневался. А что не с ним – так это уточнять не обязательно. Катарина умудрилась сделать мужчиной Фердинанда, а это не легче, чем годами дурить прожженного интригана Штанцлера.
А чего стоила та сцена на столе, после которой они оба хохотали до упаду? Еще потом сдержанно смеялся слишком серьезный Лионель, собственно и притащивший дриксенского гуся так вовремя.
В следующий раз он так же филигранно приведет второго заигравшегося интригана - Сильвестра.
Не то чтобы Катарина совсем Рокэ не интересовала. Но любовниц у Первого Маршала довольно и так. А друзей – по пальцам пересчитать. Одной руки. Даже таких.
О, Катарина могла часами распаляться о лютой ненависти к нему. А он – изображать перед Сильвестром безразличие к ее участи.
В результате Алва знал о планах Штанцлера всё, что знала Катарина. А ей было известно всё, о чём сдуру проговорился Первому Маршалу вдруг разболтавшийся Дорак.
Увы, и упертый патриот Сильвестр, и продажный лицемер Штанцлер по-настоящему доверяли лишь себе. Катарина не знала о ядовитом кольце покойной Алисы. Рокэ – о скорых планах убийства Фердинанда. Как и о том, сколько еще народу собирался отправить в Закат зарвавшийся Сильвестр.
… - Неужели нельзя было оставить в живых моих братьев?
Он избавил ее от опасной обузы – даже если Катарина этого еще не понимает. И их обоих – от Штанцлера. Сама же урожденная графиня Ариго вбила в крышку дриксенских интриг последний гвоздь – указав «старому, больному человеку» Дорогу Королев.
И лишь теперь позволила себе слабость. Лишь с одним человеком.
-Ты предпочла бы видеть их в Нохе?
- Нет.
- Они мертвы. И всё, что они знали, - тоже. Штанцлер вынужден был раскрыть себя и бежать. Ты и твои дети – в безопасности. Имя твоей семьи – очищено. У тебя жив еще один брат – он станет новым графом Ариго. Ваш род не угаснет в веках, герб не разобьют. Ты теперь свободна. Будь королевой.
«Свободна». Он опять не учел главного. Сильвестра.
- Жермон… да, Жермон. Я понимаю.
- Я даже спас этого глупого мальчишку – сына Эгмонта. Скажи спасибо уже за это.
- Говорю. Спасибо. И за моего брата Робера – тоже…

Им следовало расстаться иначе. Катарина презирала обоих братьев, но защищала их до последнего, ставя под угрозу себя и детей. И не смогла так легко простить их смерть.
На суде белоштанного идиота она защищала Рокэ так, что даже к сломленному Фердинанду вернулось утраченное мужество. Впрочем, он действительно ее любил. И стал единственным, кто по-настоящему не усомнился в Катарине ни разу. Кому было плевать на ее семью и их интриги. Он и Рокэ предал лишь потому, что придурок Ракан угрожал жизни Катарины. Из двоих близких людей Фердинанд выбрал ее.
Бедняга, вечная жертва всех. Невезучий, так и не выросший ребенок. Алиса и Сильвестр по очереди травили его сонным зельем, а Катарина пыталась им мешать. Еще одна причина, почему помешавшийся на власти Дорак счел ее опасной. Сначала сломать кого-то, а потом возмущаться его слабостью – в этом был весь кардинал.
Потом была Ноха. Общая почти дружба с Левием. Общая тревога о Фердинанде. И тот последний разговор.
- Ни один из нас не доживет до лета, - вдруг проронила Катари. – Ни я, ни вы, ни Фердинанд. Я знаю.
Она и раньше часто говорила о скорой смерти. Но ему – никогда. Друг другу они договорились не врать еще много лет назад. А Катарина всегда отчаянно хотела жить – несмотря ни на что. В этом они с ней были похожи.
Еще она была честна, кажется, с Лионелем. Кажется.
А с кем и насколько был честен его более юный кузен, Рокэ так до конца и не понял. Как и Сильвестр – к счастью для них всех.


- Кто умер?
- Ее Величество Катарина.
Наверное, что-то всё же отразилось на его лице. Потому что бывший вертопрах и нынешний неплохой вояка и даже интриган Марсель Валме переспросил:
- Она для вас что-то значила?
- Ничего, - чуть ли не впервые в жизни соврал Рокэ.
Впрочем, нет – не соврал. Не значила – потому что не должна значить. Слишком мало осталось времени, чтобы позволить себе кого-то оплакать.
Ему долго везло оставаться без близких, пусть и дальше продолжится так. До самого Заката.
Потому что Рокэ почти не сомневается, кто избавил его от Фердинанда, как он сам когда-то Катарину – от братьев. И тогда Марселю не пришло и в голову спросить, кем был Первому Маршалу его король.
И почему «значила», если «значит» и сейчас? Отец, мать, Карлос, Джастин, Катарина, Фердинанд… даже этот глупый мальчишка, сын Эгмонта. До того, как убил ту, что просила о его спасении.
Катари Ариго, Твое Величество Катарина Леони Оллар, так никем до конца и не понятая. Прощай. Пусть кто-нибудь дождется тебя в Рассвете. Мишель, Джастин, Фердинанд – неважно. Пусть дождется. Тот, кто больше нужен именно тебе.
«Ни один из нас не доживет до лета».
Ведь все предсказания касались лишь последнего Ракана. При чём здесь Катари и Фердинанд – даже по крови не эории? Интриганка и змея Каролина Борн ведь не была верна мужу – этим и прижал Штанцлер ее ни в чём не повинную дочь. А Франциск Первый Оллар был много кем, но точно не урожденным Человеком Чести.
Так за что?
Неважно. Их было трое - против ядовитых интриг Сильвестра и Штанцлера. Трое на вершине Талига. Двое уже ушли, он сам – последний.



5
Наша проза / Полет над Бездной-2.
« : 17 Янв, 2018, 19:37:16 »
Начало - здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18133.165

2
Гордо и независимо Март держался со всеми. Разрыдался лишь наедине с Джейлом.
Ясно, что этот выдержит всё – не Ленн. Всё – смерть матери, черствость бывших односельчан, одиночество.
Умолк мальчишка как-то сразу. Устыдился. И сдержанно извинился за «истерику».
Вот и пришел в себя. Уже. Дальше у него всё будет хорошо. Почти.
- Это – в первый и в последний раз, - пообещал Март. – Прости, что я как последний сопляк… Сам не думал, что когда-нибудь такое закачу.
И так же ровно и сдержанно рассказал об Эйне и младших. Сорвался только в конце.
- Их даже кормить не хотели! - глаза Марта сверкнули яростью. – Сказали, за три дня без еды никто еще не умер, а отработать им всё равно нечем. Вернутся они вряд ли, а дядя удавится за медяшку, но не расплатится.
- Ты… - Джейл понял. – Спасибо! – руку Марта он стиснул в крепком мужском рукопожатии. – Я этого никогда не забуду. И спасибо, что рассказал.
- Да ладно. Не я бы, так эта девчонка… Такая, немного бешеная. Но симпатичная. Твоя подружка?
- Нет, просто друг. Анита – бешеная? – невольно улыбнулся сын Асса. – Это ты Диану не видел. И меня – когда я злой. Март, - вновь посерьезнел он, – ты не останешься здесь один, обещаю.
- Да ладно… Ничего. Что я – из снега, что ли? Не растаю.
- Ты – из стали, Март.
А уж Антар ее закалит! И обточит.
- Я вижу твою силу. Но всё равно – ты не один, Март. И если хочешь - можешь с этой минуты считать меня братом. Мы же из одной деревни. И с Ленном дружим много лет. С его первых дней в Лицее.
- Спасибо! – искренне воскликнул Март. – А то одному все-таки паршиво… Я ведь здесь вообще никого не знаю.
Обнялись они тоже крепко – по-братски. Отхлопав друг другу все плечи.
А потом вернулся Ленн. Наверное, его следовало выслушать. Но терпения Джейлу не хватило. Орать на еле живого от горя Ленна (да еще в присутствии его едва оклемавшегося брата) – это слишком. А слушать его излияния – свыше любых сил. Анита – другая, она смогла бы. Но у сына Асса силы воли меньше. Он бы сорвался.
Зато сама Анита скоро придет. Только переговорит с Тиной и Талин. Но Джейл – последний, кто заведет с подругой разговор о Ленне.
Тем более, у них есть тема важнее. И опаснее. Спасение Эйны, Лана и Лидана. Точнее – похищение. Называться это будет именно так.
Талин. Дочь Антара. Девочка буквально прилипла к пожилой певице. И сразу заявила, что жить будет со «старой бабулечкой». А к Каре и Аните в гости ходить. У Тины не хватило твердости отказать. Тем более - сироте. А ведь в возрасте старой певицы присматривать за ребенком уже наверняка тяжело…
Перед тем, как возвратиться в одиночество комнаты, Джейл всё же выбрел на улицу. Хоть запах моря вдохнуть. Соленый… родной.
Хоть именно море и забрало жизнь отца!
По дороге в комнату Джейла поймал Риан с сочувствиями. А заодно - с просьбой повлиять на Аниту. И дать наконец сильно раскаянному парню лично извиниться перед Дэей.
Пришлось пообещать. Хотя бы поговорить. Хотя бы с Анитой.
Так, визитеры на сегодня кончились?
Размечтался.
Кто-то ждет прямо в комнате. Кто-то, кто не тронулся с места и голоса не подал. Платники в засаде? Вряд ли. Нет ощущения опасности.
Ленн – не желающий спать и, напротив, желающий полночи поговорить? Тогда чего молчит? Заснул? Когда успел – Джейл его видел четверть часа назад.
Март отозвался бы сразу. Не говоря уже о Риане, которому здесь взяться вообще неоткуда.
Чей-то розыгрыш? Не ко времени.
А комната уже простыла насквозь. Вот что значит - не появлялся с утра.
Ладно, как раз эта проблема решаема. И быстрее прочих. А тем временем и незнакомец выйдет из тьмы.
А если он подберется незаметно – медяк цена Джейлу как ученику Дарлана.
Медленно разгораются угли. Как раз к приходу Аниты успеют. Может, даже хватит времени согреться…
Легкие шаги Джейл услышал раньше, чем они раздались за спиной. Есть!
Теперь - перехватить неизвестного противника. Стиснуть руки выше локтя, скрутить ментально… и отпустить.
Нашел врага! Кэрри. Одна. Вся дрожит. И не только от холода. Хоть и от него тоже – посинела аж до кончиков крашеных ногтей.
Впрочем, опомнилась – уже тянется… Целоваться? Приплыли! Вот сюрприз так сюрприз – до кучи ко всем сегодняшним.
- Я люблю тебя…
Перепила? Нет - трезвая, как стеклышко. И глаза не мутные. Только шалые.
Джейл отстранил ее лишь чуть – чтобы пламя камина осветило лицо. Ну и странное выражение. И ведь действительно трезвая!
- Что ты здесь делаешь? Только честно.
- А ты не понял? Я пришла потому, что люблю тебя! - жарко шепчет Кэрри. Заученно жарко. Привыкла. – Я только сегодня набралась смелости…
- Что-то не верится, - заметил способник, отпуская ее и сам отступая на шаг. – Только вчера ты заигрывала с Рианом. Сегодня утром – с Иротом. А сейчас вдруг воспылала страстью ко мне? Что за игру ты ведешь?
- Но это – правда! - в светло-карих глазах мелькнула обида. Ей редко отказывали? – Я же сказала, что раньше просто не могла решиться… Я люблю тебя!
- А я тебя, как ни странно, нет, - оборвал ее Джейл. – И уважаю моего друга Риана. Сядь, Кэрри.
Надулась. Как мышь на крупу. Но села. У самого огня. Глубже завернулась в большое (тонкое!) покрывало – свою единственную одежду. В следующий раз пусть возьмет подбитый мехом плащ.
Впрочем, возможно, он валяется где-то в  недрах комнаты. Не в таком же виде она шла по коридорам. Здесь все-таки Лицей, а не кабак с продажными девицами. И не гарем рабынь высокородного лорда.
Здорово она замерзла. Но не самому же теперь согревать. Только не ее. Хуже только Варну.
- Джейл, я не понимаю, в чём дело. Риан давно меня бросил – такая, как я, ему не нужна. Только я (такая!) - как ты знаешь, стою дорого. - С достоинством вскинутая головка. – За меня платники дерутся. Знаешь, что Орм обо мне говорит?
Особенно когда Кэрри не слышит?
- А тебе предлагаю бесплатно – потому что ты мне нравишься.
- А согласиться я должен - только потому, что бесплатно?
Поморщилась:
- Мне платят все. Даже Диана.
- За то же самое? – не удержался Джейл.
- Еще чего. Ди презирает это. Говорит, что покупают любовь только мужчины. Или старухи.
Недавно погиб отец. Джейла не пустили на похороны. Голодают его братья и сестра, дожидаясь рабства у дяди-подонка. А сын Асса не может просто выставить непонятно зачем явившуюся продажную девицу.
- Тогда ты ведь не будешь обижаться, если я тебе откажу?
- Но почему? -  захлопала она ресницами. Длинными – в этом ей не откажешь. - Я - некрасивая?
Может, самому уйти? На пляж, к дельфинам? А Кэрри пусть и дальше сидит и мерзнет.
- Нет, просто я тебя не люблю.
- Джейл, любить для этого необязательно. Если ты не заметил, мы - давно уже не в деревне.
И даже трудно сказать, плохо это или хорошо.
- Заметил, - сдержался он. В очередной раз. - Но незачем брать от не-деревни самое худшее. И тащить сюда. Кто тебя послал?
- Послал? – еще невиннее хлопнули ресницы. – Зачем? Джейл, о чём ты?..
- Не хочешь признаваться? Ладно, - способник шагнул к двери. – Сейчас узнаем.
Угадал или нет? Если да – сейчас оторвется за всё сразу!
- Что ты дела… - Кэрри вихрем сорвалась с места. Чуть свою тряпку не потеряла. – Не открывай дверь, ты что?!
- Тогда говори правду, - обернулся он. Уже у самых дверей.
- Ладно, сдаюсь, ты прав! – девушка шутливо вскинула руки. Покрывало осело еще ниже – едва успела подхватить возле пояса. И поспешно подтянула обратно. – Мне заплатили, чтобы я сюда пришла. Ну и что? Я же не с тебя деньги требую. Кто-то платит – тебе же лучше, правильно? С платников хоть шерсти клок – здорово ведь?
- Не здорово. Это не шерсти клок, а сыр в мышеловке.
Вдобавок – гниловатый.
- Кто тебе заплатил?
- Я же сказала – платники.
- Все вместе скинулись или всё же кто-то один? Орм? Его папаша? Или папаша Ирота?
- Чтобы Орм раскошелился лишний раз? – презрительно фыркнула Кэрри. – А уж Ирот-то… Да еще и за то, чтобы я пошла к другому? Ты – точно из деревни, Джейл.
- Ладно, опустим пока имя твоего щедрого нанимателя. Всё равно узнаю. Какой у него мотив? До моего дня рождения еще почти полгода. До Дня Синей Звезды – почти столько же. Не ко времени подарок, - усмехнулся Джейл.
Кэрри осмелела. Даже вновь присела на кровать.
- Джейл, обещай, что не будешь сердиться? Не будешь? Хотя бы на меня?
Ну прямо ребенок.
- Постараюсь, мы все-таки из одной деревни. Выкладывай.
- Ну, во-первых, они хотели воспроизвести ситуацию с Майей, помнишь… Джейл, ты обещал не сердиться! – отшатнулась Кэрри. – Пожалуйста…
Взял себя в руки он с трудом. Только потому, что рядом - девушка. Какая ни на есть. И так нельзя.
- Я не сержусь, - Джейл заставил себя сесть. - Кстати, ты не хочешь одеться, Кэрри? Вряд ли ты пришла сюда голой. Или в покрывале. По-моему, ты слегка замерзла.
- И даже не слегка! – нервно хихикнула девушка. – Выпить бы чего?
- Не держу.
И не собирается подогревать. А то Аните не хватит.
Наряд у Кэрри оказался теплый – шерстяной. Но к очагу она вернулась. И дрожь бьет по-прежнему. Причем вряд ли только от холода.
- А во-вторых… - запнулась. – Я должна была в нужный момент закричать. Сюда ворвались бы платники и обвинили тебя в изнасиловании. А я должна была подтвердить…
- Что?! – Кулаки сжались сами. И разжать удалось с трудом. – Ты не находишь, Кэр, что это уже немного чересчур?
- Джейл, ты обещал не сердиться! – взвизгнула девушка. – Пожалуйста! Ну это же не я придумала… Ты обещал! Джейл! Ты обещал не сердиться!..
Судя по взгляду – вот-вот забьется в угол. Или под стол. Интересно, такое хоть кого-то спасло - от Дарлана?
- На тебя – да. Но не на того психа, что тебе заплатил, это уж точно! Когда я ему морду набью, он месяц из лазарета не выйдет. Или год. Это я тоже обещаю.
- Джейл! – охнула Кэрри. – Ты что? Мы же в Лицее. Ты соображаешь, что говоришь?!
- Вполне, - усмехнулся он. – Твоим платникам пора преподать урок.
Раз уж методы Дэна подзабылись.
А Антар не очень-то возражает против драк. Иначе их бы давно тут не было.
А Кэрри опять дрожит. Испугалась за приятелей? Точно – Орм! Хотя может быть любой. Кроме Гелла. У того не хватит храбрости. И, будем надеяться - подлости. Иначе больно уж обидно за Риана. Несмотря ни на что.
Джейл резко распахнул дверь:
- Заходите. А то вам до утра ждать придется. А в коридоре по ночам не жарко.


6
Наша проза / Песнь сирены-2.
« : 07 Янв, 2018, 18:48:06 »
Начало - здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18816.30

2
Лара так давно не выбиралась в лес. С самого раннего детства. Будто и не о ней говорили: «Посади на кочку – и не успокоится, пока всё не оберет. И комары ей нипочем». А ведь Ларе тогда было всего три года.
Хорошие были времена.
А теперь так здорово шагать втроем! Они же не пойдут на опасное место. Зачем им елань?
Просто попасутся на окраине болотца и наберут морошки… или клюквы? Что там сейчас растет? Зачем-то же они сюда пошли?
И им так здорово втроем. Ей и Сашке с Андреем. Неужели у кого-то и впрямь есть проблемы с друзьями парня? Или это просто потому, что Лара сама – во многом пацанка?
- Ой, смотрите! – Андрей вдруг понесся прочь. К чему-то, увиденному лишь им.
Потому что Лара с Сашей, как ни старались, ничего особенного не разглядели. Болото и болото, кочки и кочки. Даже ягод пока нет. Один багульник и прочая трава.
- Эй, Андрюха, ты что?! Назад! – заорал вдруг Сашка, бросаясь за другом. – Стой!.. Стой, дурак!
- Андрей! – взвизгнула Лара. Точнее – прошептала. Вдруг сорванным голосом.
Он не видит то, что заметили они. Что Андрей отбежал слишком далеко. И болото там – живое. И хищное. И не трава это, а… как называются усики у хищных амеб? Таких – размером с болото!
Сашка не успел ничего. Андрей с разбегу влетел прямо в чавкающую трясинную пасть.
Он понял, но слишком поздно. Душераздирающий вопль ударил по ушам. А пасть захлопнулась, заглатывая, чавкая…
Переваривая…

Так - это орет не Андрей, а сама Лара. Потому как никакого Андрея здесь нет вовсе. Есть только что вскочившая на койке Лара. А сейчас будет еще и Сашка.
Вот он, вломился - защитник. Сколько же она тут орала, пугая всех? Проснулись только свои или еще и соседи?
Истеричка!
- Извини. Просто кошмар, – вздохнула девушка.
Или не просто.
Как теперь отличить одно от другого?


7
Наша проза / Волчья ягода-2.
« : 06 Янв, 2018, 19:42:31 »
Начало - здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18383.165

3
Это днем апрель сойдет за теплый месяц. Особенно его конец. А сейчас из не заклеенного окна немилосердно дует. Если сидеть рядом. А от чугунной батареи, наоборот, жарит как от печки.
Чем-то напоминает дачу. Ностальгией по печке, наверное.
Такой коньяк тетка точно пить не стала бы. А Зорка плеснула в черный кофе чуть не полчашки. И добавила меда – для вкуса.
Горько. Горячо. Согревает. Почти как печка. И не хуже батареи.
К которой Зорку здесь точно никто не привяжет. И утюг раскаливать не будет.
Осталось прислониться к стене. Обклеенной обоями с кофейным же орнаментом. Тоже не новыми.
Жаль, у удобной, крепкой табуретки нет спинки…
Надо было взять стул. Из комнаты попросить. Из спальни. В прошлый раз Зорка его там видела.
- А сейчас рассказывай, только подробнее.
Зорка торопливо встряхнулась. Кофе в таком состоянии действует как снотворное. Даже черный.
Сидят на кухне два покойника, делятся дальнейшими планами. И оба понимают, что уже, в общем-то, мертвы. Впору некролог составить.
Сбилась Зорка раз пять. В перерывах между увесистыми бутербродами с копченой колбасой – то ли сухой, то ли просто засыхающей. Но черный хлеб-то в тостер попал явно потому, что иначе уже черствоват.
Этот Дэн вообще когда в последний раз был в магазине? Впрочем, если за ним идет охота – тут не до супермаркетов. А если охотится еще и он сам…
Нет, если бы люди Большого Босса его уже выследили – залег бы на дно, а не обретался по месту прописки. Вряд ли совсем уж некуда. Не Зорка же он.
Кофе тоже хорошо пошло уже второй кружкой. И даже коньяка в этот раз поменьше.
Не время напиваться. А то совсем отрубишься.
Пока Вадик в беде. Честный, добрый и доверчивый Вадик.
И сердце бешено стучит. Бухает. Возмущается ударной дозой кофе.
- Подожди-ка, повтори: где тебя ждала засада?
Зорка честно назвала. Подробно. Не сказав только квартиру, откуда влезла. Так, на всякий случай. Мало ли. Даже теперь.
- Подождешь меня здесь, - резко поднялся Дэн. – Никуда не уходи.
- Нет. За мной мог быть «хвост». – Или за ним самим. - Если они явятся сюда… сам понимаешь.
- Ты права, - в узких дверях кухни он даже не обернулся. - Тогда собирайся.
- Мне нечего собирать, - крикнула вслед Зорка. - Даже зубная щетка – дома. С собой только документы. Хотя – нет. У тебя моя собственность – в двух экземплярах. Оружие верни. Хотя бы одно. То, что настоящее. Не маленький – свое иметь нужно.
Вернулся Дэн уже в куртке. В той самой, что и тогда. Только вооруженным. Впрочем, «ствол» у него мог быть и в кармане. Вряд ли открыл дверь Зорке он безоружным.
Просто применять не стал.
- Держи. – Знакомое оружие легло на стол. Да, настоящее. Только уже заряженное. - Только в меня больше не стреляй.
- Посмотрим на твое поведение.
Кофе обжигает. Даже с коньяком. Если допивать залпом.

8
Наша проза / Катализатор-2.
« : 05 Янв, 2018, 23:12:57 »
Начало - здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18827.30

3
В сознание девушка не приходит – что и хорошо, и плохо. Примерно наравне.
Плохо – потому что Инна в отсутствие сильных врагов лишилась нормального сканера. И кому теперь определять состояние спасенной? Вампиру? Водителям соседних авто?
Эй, ребята, среди вас там Темные-Светлые есть? Что? Какие именно? Да нам без разницы – лишь бы с мозгом работать умели…
Смех и грех.
А хорошо – потому как с незнакомой девчонкой явно что-то не так. Она - точно человек. Не Дитя Ночи, не оборотень, не демон, не Чужой. И маг при этом. А способности опять зеркалятся не все. Впервые за всю Иннину практику. Не такую уж короткую.
Что-то многовато в последнее время странных исключений попадается. Не к добру.
Очнувшись, не кинулась бы спасенная в новый бой. Вдруг примет незнакомых мага и вампира за очередных врагов? Впрочем, их другом она себя и не объявляла. Или даже союзником.
И вообще, для начала - кто эта странная «наживка»? Темная? Сумрачная? Не определилась?
Тайны, тайны… У каждого – свои. У Инны, вампира, спасенной, незнакомого демона. Умчавшего за серо-облачный горизонт, роняя тапки.
Летят мимо черные палки деревьев в желто-зеленых плащах листвы. И серая встречная полоса. Высыхает асфальт – битый жизнью и вечными дождями. В России две основные проблемы – дураки и дороги. Ну, не считая власти и психологии.
Это для тех, кто не в курсе насчет магов и нечисти.
Кстати, о вампирах. А неплохо, оказывается, Ярослав водит авто. Гонит на приличной скорости – будто у него опыт вождения лет двадцать. А кто сказал, что нет?
- Похоже, машина у тебя была и раньше?
- Похоже, да, - согласился он. Вполне искренне.
- Что такое «воронка»? – в лоб спросила Инна. Пока жертва Светлых всё еще без сознания.
- Секретное оружие по нейтрализации демонов, - на автомате выдал Ярослав. И, кажется, сам удивился.
Будто что-то заученное давным-давно. Вызубренный стишок из давно забытого детства. Приглашают гостей семьи дружно поумиляться. Ставят любимого отпрыска на высокий стул, просят прочесть Пушкина… 
Или что-нибудь из жизни секретных служб тайного мира.
- И как оно их нейтрализует? Цепляется и качает потом Силу обратно – уже из них?
- Нет, сразу в оба конца. - О, спасенная дева подала голос. Причем – хоть и слабый, но уже вполне уверенный. – Одновременно.
Очнулась-таки. И насколько давно?
А Яр мог бы и заметить – в зеркальце заднего вида. Впрочем, кто сказал, что нет?
Девчонка лежит на заднем сиденье - пластом. Но зеленые глаза открыты, и взгляд – вовсе не рассредоточен.
Уже оклемалась. Настоящий боец. И воля - явно стальная.
- Тогда в чём дело? – неуклюже пошутила Инна. Невесело быть самой неосведомленной в теплой компании. И опасно. Таких часто списывают первыми. – Круговорот Силы в природе. Никто не уйдет обделенным.
- Вот именно, что не уйдет, - жестко усмехнулась незнакомка. – Силу людей и демонов смешивать нельзя. - Теперь голос – ровный и спокойный. Восстанавливается железная девица на глазах. – Слишком разные энергии. Наше тело их Сила просто порвет на тряпочки. А демонов человеческая… необратимо меняет. Поверь: ни один демон такого не захочет.
«Надо льдом, снегами кружит черный ворон…» - звонко пропел мобильник. Девушкин.
- Да. Да, Ворон. Я – жива и даже относительно здорова. Как не совсем человек, оклемываюсь я быстро. Здесь они, сейчас передам…
Не совсем человек? Да кто же она? Уж точно не клыкастый вампир. Полудемон?
Нет. Тогда для нее опасности не было бы вообще. Если только квартеронка, или вообще – на одну восьмую. С ними – всё возможно. Слишком непредсказуемы витки генетики.
- …Да, буду на связи, – отключилась и вновь остро глянула на Инну. – А вам – огромное спасибо от Ворона.
Все-таки взгляд чуть потеплел. А то не человек, а ходячее оружие. Или комп с полезной инфой.
Впрочем, человека Инна бы отсканила на счет «раз». И хороший вопрос, как со стороны выглядит она сама?
- А ему – пожалуйста. Как только узнаем, кто он такой, – бесцеремонно брякнула Катализатор. – А то он не успел представиться.
А нужные сведения не помешают. Раз уж неосторожно ввязались в чужую драку. Между прочим – опасную для их драгоценных шкурок. Тут не все присутствующие – полностью или частично нелюди.
- Демон, на которого нацепили другой конец «воронки», - устало поморщилась спасенная.
Ворон, «воронка» да еще и мелодия на мобильнике – в ту же тему. Мда. Опять - многовато совпадений.
«Черный ворон, что ты кружишь над моею головой?» «Черный ворон» на дороге с шинами тугими…»
- А вы, как я понимаю, в бегах? – прищурилась девушка. Теперь ее взгляд – рентген.
Прямо следователь. Впрочем – кто знает, кем она в цивильной жизни работает?
- У нас это на лбу написано? – поморщилась уже Инна. Слегка раздраженно. – Или таблички сзади на спинах болтаются?
- Нет, - чуть усмехнулась спасенная. - Но вы – местные знаменитости, поздравляю. Светлые уже повсюду дали почти точную наводку. И не только всем своим. До нас уже тоже дошло.
А ты, надо полагать, простая девчонка? Из соседнего подъезда?
- «Вас» - это кого?
Если эта девица – Светлая, то Инна – принцесса Монакская. А вампир – китайский император.
И не пора ли уже драться? Невзирая на «огромное спасибо». Тем более, его не сама странная девица сказала, а передал малознакомый демон. А он-то уж точно не Светлый. И далековато отсюда.
- Серебряный Сумрак. И я, и Ворон. Даю слово, что у нас вы - в безопасности.
- Прошу прощения, - безупречно вежливо заметил Ярослав. Нет, он - воистину полон внезапных сюрпризов. И скрытых талантов. – Но как вы сказали, на нас действительно охотятся многие. И у вашей группы могут быть из-за нас серьезные проблемы. Одобрит ли ваши действия начальство?
- Одобрит. В моем лице, - девушка выпрямилась и с некоторым усилием села. Воистину сильна! И старше, чем сразу показалась. Глаза выдают. – Я – Ирина Маркова. Координатор Магов Сумрака нашей замечательной северной республики.

9
Наша проза / Изгнанники Эвитана-2.
« : 05 Янв, 2018, 14:34:07 »
Начало - здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18776.60

3
Следующее письмо, вскрытое с теми же предосторожностями, прилетело из Квирины. Аврелиан Четвертый подозрительно долго засиделся на престоле. И теперь вдруг затеял в столице массовое строительство храмов. Эта новость - не первая, но тогда Ревинтер просто посмеялся. «Преторианским» императорам только на Творца и приличное посмертие надеяться и осталось. Последний просто вовремя об этом догадался.
Но теперь ситуация изменилась. Часть святилищ спятивший правитель почти в  открытую посвятил языческим богам. И собрался возродить какие-то «древние обряды». Причем – вовлечь в это высшее дворянство. Суть обрядов пока держится в тайне – значит, часть своего исчезнувшего рассудка Аврелиан все-таки сохранил.
Гвардия – пока на стороне императора. (Еще бы – в противном случае он уже превратился бы в бывшего императора.) Плебс получает еще больше хлеба и зрелищ. Патриции либо принимают участие в увеселениях, либо тихо шипят по домам. Церковь делает вид, что ничего не происходит. То ли в Мидантии Патриарх при смерти, то ли Квирину скоро так шарахнет! Всеслав тихим агнцем покажется.
Еще вопрос: надолго ли Аврелиану при подобных тратах хватит государственной казны? И так уже изрядно растрачена предшественниками. И с кого он собирается драть потом повышенные налоги? Как бы месть Патриаршего Престола не опоздала и не ударила по какому-нибудь безвинному Юстиниану Седьмому. Кажется, так зовут Аврелиановского кузена…
Впрочем, терять нынешнему правителю Квирины всё равно нечего. Там престол равнозначен камере смертников. Аврелиану предрекали не дожить до Воцарения Зимы, а уже и весеннее миновало… Впрочем, если ему хватит ума не выгонять церковников, честно платить десятину Патриарху и вернуть храмам имена святых вместо языческих богов – церковь закроет глаза. Закрывает же в Словеоне и Ормхейме.
А вот что на Анри Тенмара покушались прямо на улице – плохо. Причем – чуть не день в день со скоропостижной кончиной его отца. А сын Дракона должен пока жить – потому что иначе, Тьма побери, не выживет Роджер!
И покушение какое-то глупое – старуха с отравленными розами. Швырнула в лицо. Солдаты, поднявшие змеевы цветы, скончались в ту же ночь. В муках.
Какая судьба хранит Тенмара, что его не задел ни один шип? Или это хранят Роджера?
Бертольд Ревинтер отложил и это письмо, потер вдруг занывшие виски. Старшие сыновья благополучны – хоть это радует.
На троне – почти совершенный идиот с садистскими привычками. Младший сын в плену, внучка – неизвестно где.
А Бертольд Ревинтер уже готов молить о помощи хоть Творца, хоть Темного. Еще бы поверить хоть в одного из них!


10
Начало - здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18230.120

3
- В эту ночь ведь ничто не считается грехом, правда? – мелодично смеется и впрямь потрясающе красивая Джулиана. Ансару повезло.
Сигурд бы и сам увлекся – будь она хоть на пару-тройку лет старше.
Уже осмелевшая Джинни тут же искоса глянула на него самого. У нее с годами всё в порядке.
В отличие от чего другого.
Сигурд пожал плечами. Стараясь не раздражаться. На Джинни. А насчет грехов - вопрос не к нему. Да и при чём здесь чьи-то провинности? За этим – к отцу Герасиму. К трезвому. А еще лучше – не будить лихо, пока спит тихо. И отца Герасима, и излишне заботливую Май Ланг, которой сейчас здесь нет. К счастью для Джули и ее Ансара.
Костры не гаснут всю ночь, это народ уже частично разбрелся. Не заморачиваясь грехами. Сигурд бы и сам убрел – нравься ему тут хоть кто-то.
- Правда, – внезапно улыбнулась Леонелла. – Если говорить об устаревшем понятии греха, то и в старину на Земле одну ночь в июне можно было грешить с кем угодно. Измена мужу, потеря девичьей добродетели – всё прощалось в эту ночь.
- Ага! – откровенно ржет тетка Джари. – Гуляй напропалую, чтобы кусты трещали. Альвы и великаны, кстати, так и делают. И не только раз в году.
- А на геев этот праздник распространялся? – хохотнул кто-то из парней. Из второго ряда.
- Чего не знаю, того не знаю, - пуще хохочет разбойница. – А что, больной вопрос, пацан?
Неуклюжие попытки парня отшутиться, дружный всеобщий смех. Улыбаются все. Даже глуповатая Джинни.
- А у альвов, значит, этот легализованный свальный грех не раз в год, а чаще? – присвистнул Гарри-вор. – Неплохо устроились, скажу я вам.
- Не совсем так, - поджала тонкие губы Леонелла. – Мораль альвов допускает многое, но с земной она не идентична.
Угу. До такого расизма на Земле еще не додумались.
- А чем им еще заняться? – громче Джари ржет чернявый Хайме. Где-то ее сверстник – плюс-минус. – В этом тупом мире же ни видео, ни КосмоСети, ни банального телека. Компьютерных стрелялок – и тех нет. Даже травки и курева не изобрели. Получается, здесь можно только пить, драться ну и… это самое. Иначе со скуки сдохнешь.
Ага. Никаких других увлечений и дел просто не бывает. Только курево, «дурь», стрелялки и свальный грех. А, точно – еще мордобой.
Причем Хайме за одобрением оглянулся именно на Сигурда. Приятно знать, за кого тебя здесь держат.
- Дерутся они тоже часто, – усмехнулась атаманша. – Ежемесячные столичные турниры никто не отменял. Правда, они – не чета сезонным. Вот те - по неделе каждую весну, лето, осень и зиму. А уж ежегодный турнир…
- Я один раз видел ежегодный турнир! – мечтательно вздохнул старина Ван Лин. – Это было… великолепно! Потрясающе! Неповторимо. Блеск мечей, сияние доспехов. Они сшибаются, аура светится… - дед по уши утоп в воспоминаниях. – А настоящий бой армий – великанов и альвов… Тогда я и сбежал. Но как это было! Грандиозно! Брависсимо!
- И нам с ними сражаться? – голубые глаза глупышки Джинни – как два испуганных блюдца.
- Нет, с великанами пока не надо. И не беспокойся - тебя никто в бой не пошлет, - усмехнулась Элия.
- Почему? – не уступила Леонелла. Наслаждается чужим страхом, как прочие – вином. – Здесь каждый – боец. Или что он делает в отряде?
Парней клеит.
- И в самом деле, Ван Лин, не преувеличивайте, - поддержал Элию Сигурд. – Чего это вы боевой дух армии сбиваете? У страха глаза велики. – Как сейчас у Джинни. И распространяется в воздухе газовой атакой. – Да, они умеют драться. Но и мы умеем. У нас будет серебро, а они ни одним ядовитым для нас металлом не располагают. Мы их побьем так, что пух и перья полетят.
Наконец-то воодушевление в глазах не только избранной кучки самых отчаянных, а почти у всех. Потому что Элия – конечно, Дестроер и круче всех. Но людям не хватает лидера-человека – это очевидно. Леонелла из-за Кэдзорана – не совсем своя. Да и держит себя иначе. И, кроме того, женщина. В диком мире дискриминация вновь расцветает буйным цветом. Аж колосится.
Больше всего толку бы сейчас от Дэниэла… но кого нет, того нет.
И хоть никому пока не вспоминается, что альвы – еще и маги.
Смотрит сейчас большинство на Сигурда… и на Элию, конечно. Неужели их и впрямь воспринимают как возможную пару? Ей же от силы семнадцать. Впрочем, кто считает возраст Дестроера? Да и времена тут опять же – дикие. Человечество строило цивилизацию тысячелетия. Обратный путь – стремителен. Как любое падение.
В одном Арни был прав – он погиб не зря. Элия и впрямь выросла отличной девчонкой… и хорошей напарницей. Да и командир неплохой, в общем-то.
Но влюбляться в нее – это, пожалуйста, к Лойко. И к его ровесникам. Вперед, парень, на завоевание юных девичьих сердец. Удачи!
- А балы в столице часто? – улыбается местная знахарка Галина. Переключает разговор.
Она ведь здесь давно. И в отряде, и на Альвиаде. Вряд ли до сих пор не знает про балы.
- Да, - усмехается Леонелла. – Только они точно для альвиек. Или для землянок уровня Элии. Джинни во дворец и полы мыть не возьмут. А для нас сейчас развлечения альвов не нужны и не интересны.
- Сигурд, - мягкая улыбка Дестроера обращена именно к нему. – Не хочешь прогуляться?
И как это понимать?
- Не бойся, не как оправдание надежд наших фанатов. И не как попытку к тебе клеиться. Хватит с тебя Джинни. Еще зазвездишься… первый парень на деревне. В отряде.
Она смеется. Значит, хоть не обиделась. А вот мысли могла прочесть запросто. Причем, даже случайно.
- Первый – Ург. Попробуй это оспорить – мало не покажется.
- Даже мне?

А сколько взглядов их провожает… Большинство – сочувствующие. Их предполагаемым отношениям.
И подбадривающие. Не Джинни, конечно. И не Лойко.
И не Леонеллы.
Сверлили спину – аж до самой кромки прохладного леса. А глаза Элии – сейчас мягко-золотые - внезапно светятся во тьме. Как у кошки. А Сигурд и не замечал.
- Да, рядом с тобой меня тоже воспринимают как человека. Почти. Даже лучше, чем Кэдзорана с Леонеллой. Не беспокойся, Сигурд. Друг мне нужен гораздо больше, чем любовник. Друг, боевой товарищ, напарник. Тот, кому можно смело доверить прикрыть спину.
- А мне можно доверить?
- Думаю, да. Ты - слишком благороден, чтобы нанести удар в такой ситуации. Даже мне.
Всё же не все она мысли читает.
- Элия, раз уж нас сейчас не слышат, я должен кое-что рассказать. Мы уже знакомы прежде. Тебе было лет восемь.
- И… - ее голос напрягся.
И лучше поспешить с объяснениями. Восемь лет назад большинство в той истории были отнюдь не защитниками Элии.
- Мой друг пытался спасти тебя, а я – его. Он погиб. Полиция назвала это везением. Иначе Арни бы казнили. Сейчас я понимаю, что просто отправили бы сюда. И мы бы встретились - возможно. Но он не выжил.
- Извини… - какой чужой у нее голос.
И еще недавно Сигурд бы решил, что это справедливо. Она ведь виновата…
- Это ты прости. Мне понадобилось многовато лет, чтобы вырасти. Я только на Альвиаде перестал на тебя злиться. И на себя. И на Арни – за то, что он тогда погиб.
Теперь остался лишь один виновник. Жаль, недоступный. Галактическая Лига и ее чертова вывернутая мораль. И те, кто ее писали.
Мягко шелестят ночные деревья. Горят созвездия в небе, и их мягкий отсвет – в глаза девочки-Дестроера. Их героини. И командира. Настоящей – не как Леонелла.
- Ты много тогда потерял – кроме Арни?
- Университет. Право на образование. Ограничение в правах – на пять лет. Кучу фальшивых друзей и знакомых. И одного настоящего друга - Арни. А приобрел – себя. Или сделал это уже здесь. А там лишь готовился обрести. Сейчас я думаю, моя жизнь в любом случае кончилась бы Альвиадой. Все пути ведут сюда – если не прогибаться перед каждым встречным подонком.
- Мне жаль Арни. И тебя. По каким бы мотивам ты ни действовал, но меня спасти пытался.
- Сейчас я действовал бы по тем же мотивам, что и Арни. Он был лучше и благороднее меня. Жаль, я лишь сейчас понял то, что он понимал уже в восемнадцать.
Жаль, нельзя вернуться. Нельзя крикнуть тысячам таких, каким был сам, что именно они творят. Что не мешают творить. Что оправдывают и считают простительным. А то и правильным.
- Лучшие умирают первыми. – Альвиада изменила их всех. Элию, пожалуй, смягчила. - И потому, Сигурд, ты и я еще живы.
- Тебе всего семнадцать. Рановато умирать.
- Мне даже меньше. Шестнадцать лет Дестроера. Только смерть не спрашивает паспорт, помнишь? Представляешь, сколько моих сородичей погибло, будучи гораздо младше? Да я рядом с ними – прямо древний кавказский аксакал.
Очень древний.
- Не посылай сразу Лойко, ладно? Или пошли сейчас меня – что лезу не в свое дело.
- Не пошлю. Ни тебя, ни его. Ни на жаргоне тетки Джари, ни даже на своем. Лойко не виноват, что у меня социальное развитие опережает любое другое. Убивать уже умею, а в кусты пока не тянет. Не та биография. И мыслечтение иногда только мешает. Но сказать я хотела, сам понимаешь, не это. Если со мной что случится – присмотри за Ириной. Не хочу, чтобы Леонелла от нее избавилась. А наша лучшая в мире предводительница – может.
- Сделаю всё, что от меня зависит. Как и Акиро, и Серж. Только сама понимаешь: мы – люди. Нас убить не труднее, чем Ирину.
- Всё равно присмотри. И спасибо. Ладно, давай уже вернемся. А то нас там заочно не только поженят, но и общими детьми обзаведут. У меня их много.


11
Наша проза / Ледяной ветер-2.
« : 01 Янв, 2018, 23:39:43 »
Начало - здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18422.90

Глава девятая.
1
«Лира, не знаю, что происходит в нашем мире. Последнее, что помню, - как ты склонилась надо мной. И как мне плохо».
- Морган, я не знаю, что там сидит на троне. Но если ты здесь – значит, там, в столице, это не ты?..

Возможно ли, что бессмертная душа отделилась от тела? Но что тогда вместо нее осталось?
И что творилось здесь?
Всё то время, что Лириэн в сумеречном мире пыталась понять, что случилось с Морганом, Селена провела под открытым небом. Впервые в жизни ночевала не под надежной крышей. Хорошо еще, дождя не было. И сейчас только ранняя осень. И здесь не родной холодный Север.
А ужинала хрупкая сестренка грибами и ягодами, собранными тут же, в лесу. Хорошо хоть, не отравилась. Впрочем, ее жених, вроде, крепче стоит на ногах.
И такую же веточку грибов вручили сейчас Лире. Еще теплую.
- Джеральд, пока я умирала, мне было видение. Я говорила с Морганом. Таким же львом, как ты сейчас. И он тоже не мог вернуться в человечий облик. Морган сказал мне…
Джеральд выслушал до конца. И сразу начала быстро-быстро чертить на песке – левой передней лапой. Впрочем, он вообще левша.
«Лириэн, я не мог ошибиться в своей крови. Я – зверь. Морган – мой   родной сын. И я видел именно его во дворце - перед тем, как был ранен и бросился в реку».
Ран на Джеральде нет. Как не осталось и на самой Лире. Что еще скрывают воды Серебряного Ключа? Обсудить это будет время потом.
- Джеральд, я верю своему видению. И не потому, что я – глупая девчонка. Надеюсь, не только поэтому. Я верю, что Моргана еще можно спасти. И там, в тронном зале, мне упорно казалось, что передо мной – не Морган. Не мой благородный друг. Не тот, ради кого я была готова… умереть.
Но не ради кровожадного, безумного чудовища, что насмехалось с вышины золотого трона, предвкушая будущие пытки и казни невинных людей!
И прекрати глотать глупые слезы, Лира. Джеральду сейчас не легче. Ты потеряла одного, он – двоих.
Да, ты – одного, Лириэн. Потому что твоей настоящей матерью была законная супруга герцога Дарквуда, а не королева Лорелея. Мать – та, кто растила и заботилась, а не та, кто родила и вышвырнула вон.
«Хорошо, Лира, но тогда – кто сейчас во дворце?»
- Не знаю. Кто угодно. Вплоть до подменышей. Подброшенных бездушных детей из легенд Народа-С-Холмов. Раз есть сами фэйри – значит, и истории о них – не на пустом месте.
«Морган - мой сын. Я чувствую свою кровь. И он родился почти у меня на глазах».
- Почти?
«В соседней комнате. Я увидел его почти сразу. Если бы мое родное дитя подменили, неужели я бы этого не ощутил?»
- А если бы детей родилось двое?
Как часто бывает у оборотней.
«Там еще была Лорелея. И она оставалась в сознании. Каждый миг».
Да. Оборотни легко переносят роды.
- Ты веришь Лорелее – после всего?
«Она очень хотела ребенка».
Да. Но только законного. Не Лиру!
И только ли бастарда от случайного любовника готова забыть такая мать?
- Да, Джеральд, хотела. Здорового полностью, не забывай. Что, если один из детей родился не совсем здоровым? Или… - Лириэн осеклась.
«Договаривай», - вопросительно взглянул лев.
- Что, если она успела пообещать одного из новорожденных… ведьме или фэйри?
«Ты думаешь, она могла отдать свое дитя?»
А перед тобой сейчас – не живой пример этого?
Лириэн стиснула и вновь разжала кулаки. Успокойся, Лира.
- Да. Если здоровый сын останется с ней. А заодно – долгая жизнь, корона и власть над целой огромной страной. Кто знает, что именно ей пообещали фэйри. Но Лорелея до сих пор сохраняла всё, что получала.
В отличие, кстати, от тебя, слишком неосторожный принц Джеральд. Бывший наследник престола, бывший жених Лорелеи.
«Я не верю».
Зато поверил, что собственный сын приговорил тебя к казни?
- Джеральд, я тоже во многое не верю. Особенно в случившееся с нами в последние часы. Лорелея для меня изначально была такой, как сейчас. А вот Морган был совсем другим. Добрым, великодушным, благородным. И если ты взглянешь правде в глаза – согласишься со мной.
«Лира, если сейчас на троне - все-таки Морган, что тогда?»
- Значит, его отравили или опоили.
«Но тогда и Лору могли».
. Да что же это такое? С какого времени ее тогда опаивали, Джер?
- Возможно, - устало согласилась Лириэн. Только чтобы больше не спорить.
Или не отнимать у друга последнюю надежду. Иногда кристальная правда – хуже самой черной лжи, потому что вынести ее уже не останется сил. У каждого есть свой предел.
Ты когда-то разглядел безумие в родном отце, Джеральд. Почему же за столько лет не разглядел злобную, черную душу Лорелеи? Потому что сначала и она была совсем другой и менялась слишком медленно?
- Если это так – мы попытаемся спасти их обоих, Джеральд. А теперь скажи мне, почему ты не можешь превратиться?
Лев замер.
«Точно не знаю. Но догадка есть. Точно ли ты хочешь ее знать?»
- Да.
Лира правду выдержать готова. Самую кристальную и беспощадную.
«Воды Серебряного Ключа исцеляют любые раны оборотней. Но не могут побороть смерть. Можешь ли ты сейчас превратиться в волка?»
- Нет. Я слишком слаба. Рана лишила меня сил.
«Или слишком мертва. У оборотней – две души, так говорят древние легенды. И убить врагам тоже нужно обе. Первой умирает та, что слабее. И тогда во мне было больше от зверя, в тебе – от человека».
Лира зажала руками рот, отчаянно сдерживая дикий крик… нет, вой! Нет! НЕТ!!! Только не лишиться самой себя!..
Лучше было умереть совсем! Спасти Селену и графа Ренна, прекратить дышать на берегу и уже не воскресать.
Рыхлый, холодный, колючий песок ткнулся в лицо – кажется, она свернулась жалким клубком, пытаясь сбежать от этого мира. Пытаясь не рыдать!
А затем львиная лапа осторожно коснулась ее затылка. А следом – мокрый звериный нос.
И Лира опомнилась. Да что же это такое?
Ее довела до истерики одна лишь мысль остаться человеком. Не калекой, не уродиной - просто человеком. Как Селена, как Мар, как многие другие! Лириэн - настолько слабее любого из них, что не способна выдержать то, с чем они все живут с рождения?!
И как Лира посмела так вести себя при Джеральде?! По той же теории он обречен навсегда остаться в зверином облике!
- Джеральд, - Лириэн резко села. – Джер, я сейчас проверю. Точной гарантии это не даст, но если я смогу… Граф Ренн! Мне нужна ваша помощь.
Он оказался рядом одновременно с Селеной.
- Извините, но вам сейчас придется напасть на даму. Не волнуйтесь – не на Селену. Без оружия. Просто пытайтесь меня побороть.
- Но, Лириэн, вы ранены.
- Не настолько. Это приказ. Пока я жива – я всё еще ваша королева.
- Лира, может, не надо? – робко спросила Селена.
- Не волнуйся. Всё будет хорошо.
Лира давно так не боялась. Но граф Ренн оказался на лопатках сразу. А ее руки легко побороли его.
- Благодарю вас. Вы не представляете, насколько сейчас помогли. Селена, видишь - ты зря волновалась. Джеральд, - едва они остались наедине, прошептала она, – я не могу превратиться, но сохранила прежнюю силу. Ты определенно сохранил человеческие душу и разум… в отличие от того, кого мы оба знаем. Может, та легенда об оборотнях не настолько затронула нас? Может, вторая наша сущность просто ранена и ослабела? – Лириэн внезапно уткнулась лицом в львиную гриву. Как могла бы с Морганом. С тем, кем был когда-то и кого теперь так зверски трудно вернуть назад. – И если так, мы еще воскреснем. И повоюем.


12
Наша проза / Инфернат-2.
« : 30 Дек, 2017, 16:49:28 »
Начало -здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=18599.75

2
Итак, сейчас на уроке ждет смешанный состав. Вот счастье-то подвалило – поварешкой не расхлебать. Кто-нибудь вообще думает, как можно вести урок сразу в семи классах? С пятого по одиннадцатый.
И еще спасибо, что на самом деле сюда не пихнули вдобавок младшее звено. До кучи. Чего уж тут?
Так, ладно, спокойно. Игорь же сам себя уговаривал не психовать. И столько черного кофе было хлестать тоже не нужно. Не успокоился, а еще хуже стало. Совсем шальные нервы ни к черту.
Лучше бы хоть слегка перекусил перед неотвратимым уроком. Но будущие сорок пять минут отбили аппетит напрочь.
Да и спал сегодня маловато. Перед устройством-то на работу – с раннего утра.
А если еще точнее – заснул часа на два, не дольше. И теперь усталость уже начинает накатывать.
А сейчас вдруг дико закружилась голова. Как у институтки былых лет - на пороге злачного заведения.
При входе в класс - еще на том самом пороге! - ученические лица расплылись в одно сплошное, злобно скалящееся марево. Вневозрастное.
Будто голодное чудовище с десятками пастей и тысячью зубов. Вот-вот сожрет! И не подавится.
Сколько их тут? Сотня? Больше?!
Игорь понял, что ситуацию не контролирует совсем. И не факт, что здесь справилась бы и железная «класснуха» с его практики.
Предательский голос охрип едва ли не с первой фразы. И вызвал среди учащихся только странные усмешки. А если еще и внезапный интерес, то, наверное, исключительно гастрономический.
Перед уроком Игорь честно попытался создать какую-то сборную солянку из программы всех классов… Кажется, не получилось.
А может, не надо было начинать с пятого класса. Просто думал, что сначала дать задание этим – самым беспокойным, а уж потом…
Сейчас многочисленные дети на глупом «уроке» Игоря занимаются, чем хотят. Нет, не дерутся, не кидаются кусками обломанного мела. Ни друг в друга, ни в него самого. Пока. Просто не обращают на «педагога» вообще никакого внимания. Готовят другие уроки, «перетирают» о чём-то своем…
До седьмого класса Игорь вообще не дошел.
- А может, вам лучше вести другой предмет? – невинно спрашивает дитятко с первой парты. Юное такое. Даже не старшеклассник. Озорные глаза из-под челки уже азартно блестят в преддверии каверзы.
Какой именно «другой», Игорь даже спрашивать не стал. И так уже ясно, что провалился полностью. Хоть бегом теперь беги из класса. Драпай во все лопатки. Ничем не запустят вслед – уже редкое везение.
А ведь без отработки длиной в две недели отсюда не выпустят! Тут главные – даже не эти дети.
Игорь плюнул на классику и перешел на личную биографию каждого автора. Раз никому нет дела – он тоже отойдет от темы. Раз уж все его слова для этих детишек – откровенно-скучная чушь, так пусть эта чушь будет интересна хоть ему самому. В отличие от идиотски-выхолощенной учебной программы для Презренника, заботливо выпотрошенной доброй Инквизицией. Очевидно, чтобы пятиклассников не шокировали книги для одиннадцатого – на общем уроке.
Через пару минут Игорь уже читал монолог на тему Французской революции. Всё равно эти детки один предмет от другого отличают не лучше, чем тот пьяный воспитатель – их Блоки. И в любой теме они – Пень Пнем, столица далекой Кампучии.
Пьяный воспитатель неизвестного Блока наверняка – тоже, но его учить в обязанности Игоря не входит. К счастью. Хотя с  трезвыми у него явно получается не лучше.
А если кто услышит из коридора – так Игорю терять уже всё равно нечего. С такой дисциплиной на уроке ему светит только увольнение с волчьим билетом.
Руку с первой парты горе-учитель даже не сразу заметил. Скорее, заметило собственное сердце. Дернулось в груди как у припадочного.
- Хотите ответить? – он не решился обратиться на «ты». Даже к этому – явно не старшекласснику. Тому самому – с челкой.
Точно. Кажется, именно он «другой предмет» и предлагал. Игорь от волнения уже запамятовал.
- Хочу спросить, - не смутился ученик. – Я в одной книжке читал, что…
Читал он явно много и беспорядочно, но здравое зерно истины в его словах отыскать можно. Игорь это понял уже на третьей фразе. И обрадовался внезапному собеседнику, как родному. Глядишь – удастся дотянуть до спасительного звонка. Живым и даже здоровым. И лучше один интересующийся (неважно, чем!), чем гробовое молчание. Или прицельная травля.
Когда в спор вмешался еще и серьезный темноволосый парень с третьей парты со странно взрослыми глазами, Игорь чуть не умер от радости. И плевать, что вести ему положено совсем другой предмет. Всё равно тут всем на это плевать.
На долгожданную перемену нового учителя задержали. Вопросами и аргументами. И как тут ввернешь, что вообще-то к следующему уроку надо бы вернуться к другому предмету? А то, не дай Боже – проверка!
- Литература – это хорошо, - внезапно оказался рядом темноволосый. Напротив Игоря – глаза в глаза. Сверху вниз. Ученик выше Игоря почти на голову. И явно крепче. – Но классику мы в библиотеке и так перечитали на много раз. Тут больше ничего нет. И часть страниц удалена – мы знаем. По приказу Инквизиции. Чтобы избавить нас от неподобающих мыслей и знаний. А чего там нет – то нам и изучать нельзя. А вот истории у нас нет совсем. Вместо нее преподается религия. В ее интерпретации Инквизицией. Нам очень нужен историк, Игорь Владимирович.
- Но… - уже совсем растерялся тот.
- Не волнуйтесь. Если войдет проверяющий – мы ответим по любой теме. Спрашивайте меня или Дениса – точно не промахнетесь.
- Ничего подобного! – возмутился «другой предмет». – Я тоже классику наизусть знаю. Любой страны. Лучше всех!
- Не сомневаюсь, - усмехнулся темноволосый. – А теперь ты будешь знать еще и историю лучше Салтычихи. Благодаря Игорю Владимировичу.
Интересно, кто такая Салтычиха? Ну, кроме той, что садистка-помещица времен Екатерины Второй.
Правда, сейчас важнее запомнить, кто такой Денис. Которого можно гонять по любой литературной теме.

13
Наша проза / Академия обреченных-2.
« : 29 Дек, 2017, 21:19:38 »
Начало здесь: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=17831.165

2
- Дядя Корион, а если нас вызовут, ты успеешь прийти? – серые глаза Игоря смотрят слишком серьезно.
- Может, и не успеет, - еще серьезнее ответила его сестра. Темно-стальные глаза, жесткий взгляд. Потерянный близнец. Точно так же чувствует себя Флавия без Сильвии. – Дядя Корион не виноват. Просто их система еще несовершенна. И не реви. Просто дерись, как следует. Как нас учит дядя Корион.
Как когда-то пытался научить Вита. Жаль, не выучился сам – вовремя убивать. Не придушил змею в собственной семье.
Асгард охвачен самой настоящей паникой. Впервые за века. От убийств в Сумраке уже невозможно отмахнуться. Прежде академисты убивали всех подряд. Теперь – прицельно элиту. Сенаторов. И те залпом принимают закон за законом. Поспешно, не выдерживая сроков. Не спят ночами. Всё равно в любую ночь пробудить может Вызов. Никто уже не знает, когда пробьет именно его час. Ночь стала всеобщим кошмаром.
Воины теперь нарасхват. Часть молодежи учится драться – спешно, отчаянно. Как Ульяна и Игорь.
Другие не вылезают из оргий и пьянок. Глушат запах подступающей смерти.
Некоторые совмещают. Или кидаются из крайности в крайность.
Есть те, кто всё еще не верит. Их всё меньше.
Сенаторы пишут, строчат, тянут изнеженные руки… но и это не помогает. Возраст для прохождения теста официально снижен до четырнадцати лет. Причем – сюрпризом. Всех, кто достиг, просто прямо из школы развезли по пунктам. Срочно понадобилось увеличить число специнтернатов чуть ли не в полтора раза. И число тюрем – для некоторых преступивших закон родителей.
Сейчас голосуют за два варианта нового снижения – с двенадцати лет или с рождения. Еще в роддоме. Заодно с первыми прививками и введением полицкода.
Еще одна волна убийств – и второй вариант примут единогласно. Сенаторы слишком напуганы. За себя, за жен, за детей.
Считается, это поможет. Академия навсегда лишится пополнения. Но куда денутся те, кто уже в ее стенах? Их еще предстоит выбить. И этим и предлагают заняться Кориону и Отделу. И не лезть, куда не просят.
Случай Артура О’Нила забыт напрочь. Никому не приходит в голову самый простой источник новых рекрутов Академии. Потому что не все родители и прочая жаждущая мести родня кинутся на месте драться с сотрудниками Органов. Некоторых как раз успеют перехватить вербовщики Академии, чтоб ей в Сумрак провалиться. Вместе с ополоумевшими от ужаса дураками Сенаторами.
А если дело дойдет до новорожденных, то на расширение пойдет как раз Академия. Туда столько желающих просто не влезет.
- Мы же всё для них делаем, всё! – рыдала Ярослава. – А они – мою Жанну! Мою девочку!
Талантливая Грациэла забыта. Новые законы посвящены Жанне Волконской-Кэмерон. Не самим же себе их Сенаторы посвятят, в самом деле.
Во имя убитого ребенка уничтожат тысячи детей Мидгарда. Старая Земля бы одобрила. Во времена Седой Древности. И после вторжения Галактической Лиги.
А одобрили бы сами Грациэла и Жанна - никому не интересно.
Канда так боялась за Ярославу, что поселила ее с детьми у себя. И как-то ночью та добралась до Меча Силы…
Решительно, такое входит в моду. Только в этот раз никто не успел найти вовремя. Даже как Вита.
- Не лезь в политику, Кор! – просит Джон. – Тебе мало? У тебя есть дело? Очищать Сумрак от академистов? И выбивать для Канды опеку над племянниками? Вот этим и займись. А марать бумагу и законы для Мидгарда строчить предоставь Сенаторам. Чем бы дитя ни тешилось – лишь бы не вешалось. Делают вид, что чем-то заняты, – меньше боятся. И меньше мешают тебе и мне – заниматься реальным делом. Рубежу и этим сумрачным террористам от таких законов ни тепло, ни холодно. Да и Мидгард давно пора было почистить. Будь мы жестче с самого начала – сейчас бы там такой бардак не процветал.
- Корион, пробей эту тварь! – от Канды остались одни глаза. Запавшие, больные. – Где хочешь, ее найди, но она – моя!
- Канда, послушай…
Джон, послушай. Сенат, послушай. Кто-нибудь, послушайте.
Кто вообще готов был слушать, кроме Вита? Почему Корион только сейчас понял, что мальчик был ему не только племянником и приемным сыном, но и другом. Увы – единственным. После смерти Сильвии.
- Нет, Корион, это ты послушай. Мне больше не до соплей, ясно? Нам двоим с ней не жить. Ей меньше двадцати, чем-то похожа на твою покойную жену. Не знаю, почему. Все вопросы – к твоему покойному же тестю. Но она не должна существовать, пойми. Если бы не она – Жанна и Ярослава сейчас жили бы, дышали, радовались. Я убила в бою ее подругу – может, любовницу, не знаю. И она теперь  мстит мне. Она же и до Игоря с Ульяной доберется, пойми.
А пока Ульяна гоняет Игоря. До седьмого пота. Когда их обоих не гоняет Корион. Раз уж отчим Творец на это не годен. Как и на многое другое.
Сильвия говорила, они с сестрой часто чувствовали друг друга. Что чувствовала Ульяна? Каково ей сейчас?
- И, кстати, ты еще помнишь, кто убил твою Сильвию? – Канде слишком паршиво, чтобы не бить наотмашь. – Почему мы не можем теперь сделать то же самое? Пробить их имена, найти родню – поголовно. Устроить массовую казнь в эфире. Чтобы неповадно…
Сейчас это говорят только радикалы. Завтра предложат новый закон…
- Корион, что там с детьми? Их отдают мне или нет?
- Есть еще их отчим…
- Этот жалкий якобы Творец, не просыхающий от какой-то дешевки? Он не навещал детей пять лет. Он как их зовут, не помнит. Этот тип был случайной ошибкой Ярославы – пусть ею и остается. Он и сейчас хочет их забрать лишь для того, чтобы его дед Сенатор не подмочил себе репутацию. Корион, пожалуйста. Я смогу тренировать их…
И искать убийцу Жанну. И растить из детей будущих мстителей.
Только никакую убийцу таким образом не пробить. Хоть Корион и прекрасно помнит ее. Можно найти лицо по имени, но не имя по лицу.
Да, будь у них имя – просто устроили бы Вызов.
Но не совать же Сумраку портрет. Хоть самый красочный.
Сумраку – нет. А вот газете, телевидению, радио…
Только без Канды.
Да, Сумраку плевать. А вот Мидгарду – нет. Вознаграждение – любому, кто сообщит имя этой девушки или любые сведения о ней. Кончик нити, чтобы раскрутить клубок. Хотя бы этот.
И тогда… тогда Корион вызовет ее сам. Чтобы спросить о Жанне.
Пусть просто честно скажет, за что убила двенадцатилетнюю девочку. И где взяла ее имя.
А самое мерзкое, если она начнет еще и врать и отпираться. Тогда уж точно жалеть нечего. Даже ради Марка Аврелия.
- Корион, почему ты молчишь? Мне нужна петиция о наказании родни террористов, ты ее подпишешь?
- Канда, я считаю, что каждый должен отвечать лишь за свои грехи.
- Ах, так? – прошипела она. Безумный взгляд обжег бы почти любого… только Кориону уже давно нечего терять. - Тогда знаешь, что? Я соберу ребят – и мы найдем всю эту мразь сами. А надо будет – выжжем весь Мидгард. Квартал за кварталом, город за городом.
- Канда, прости… но тогда я сделаю всё, чтобы тебе помешать.
От пощечины он увернулся легко.
- Сильвия назвала бы тебя предателем!
- Нет. - Уж в этом-то он уверен. – К счастью, я знал ее лучше, чем ты. Она никогда не захотела бы за себя такой мести.
- Больше не смей приближаться к моим племянникам!
- Прости, Канда. Но их опекун – пока еще отчим. А он мне ничего не запрещал.

Страницы: [1]