Расширенный поиск  

Новости:

Итак, переезд состоялся :)  Неизбежные проблемы постараемся решить побыстрее. Старый форум доступен по ссылке kamsha.ru/forum

Просмотр сообщений

В этом разделе можно просмотреть все сообщения, сделанные этим пользователем.

Темы - Markiz

Страницы: [1]
1
Мед поэзии / Пламя Заката
« : 27 Апр, 2018, 21:20:45 »
Предыдущее тама: http://kamsha.ru/forum/index.php?topic=16743.120

У берез в старом парке полно залысин, им промозгло на злом ветру.
Я ищу тебя в шорохах мертвых листьев, в бледном дыме фабричных труб, разрезая шагами квартал на доли, на оставшихся островках, в перепутанных линиях на ладонях, в обещаниях мятых карт. В отражении месяца в серых водах заторможенных камнем рек, в стылой горечи, что наполняет воздух в каждом выцветшем ноябре. Где поля пополам рассекают рельсы и уходят по небу вдоль, в расписании всех отмененных рейсов, в неизбежности городов, где все время себя ощущаю лишней - там, где мир многословно нем...
Если взять и прислушаться:
Я услышу, как ты нервно звучишь во мне.


****

Душно на кухне, шипит "Нарзан",
Мается фикус в кадке.
Жизнь бы как фильм промотать назад
К самым начальным кадрам.
Город сегодня ленив и тих,
В небо глядится слепо.
Хочется, дверь заперев, уйти
В ставшее пылью лето.
Солнце небрежно снимает нимб,
День в суете заболтан.
Город, ты помнишь меня иным,
Юным и беззаботным?
Глупым мальчишкой, что рыж и бос,
(Только характер - порох),
Вечно ведущимся на "слабо"
В шумных дворовых спорах.
Ива задумалась на ветру,
Птицы в кустах не пикнут.
Полный тритонов заросший пруд,
Ящерки с лесопилки.
Минуло детство, волшебный сон...
Жизнь изменяет схемы.
Тот незнакомец с моим лицом
Где ты теперь и с кем ты?
Юркими спинками окуней
Плещутся мысли в мае...

Как ни барахтайся – толку нет:
Прошлое не поймаешь.
Фикус давно не полит, ледащ,
Тюль на окошке выцвел...
Снова иду по своим следам –
Шепчутся половицы.
Солнце, на полосы разграфив,
Греет с утра клеенку.
Жизнь промотать бы назад, как фильм...
Порвана кинопленка.

****

Этой осенью сумрак так вязок и плотен,
Что мерещится - небо на крыши обрушит...

Гость приходит под вечер, садится напротив,
Смотрит мимо, но кажется - пристально, в душу.
И слова его тяжки, в них гордая горечь
Обреченного вечно жалеть о неспетом.
Говорит мне: "Вон, видишь, за окнами горы", -
И вершины ломают теченье проспектов.
Горизонт заливается огненно-красным,
Застывают деревья в предчувствии шторма,
И заснеженный город мигает и гаснет,
Словно в окнах вдруг наглухо сдвинули шторы.
Говорит мне: "Вот небо, оно для наивных.
Если хочешь, достану, ты сможешь коснуться.
А тоска исцеляется новокаином,
И еще чем-то пряным, всего парой унций".
Упрекает: "Достаточно маяться дурью", -
Набивается в братья по снам и по крови:
Это мир кем-то хитрым дотошно продуман
(Если я захочу, то сумею встать вровень).
Он всегда аккуратен и тщательно выбрит,
Продавец, что не знает сомнений в товаре.
Он уверен - однажды я сделаю выбор,
И в глазах его мудрость чешуйчатой твари.
Крепкий кофе потом выпивается залпом,
В нашей драме предвидится множество серий...

Остается от гостя привязчивый запах
Табака, дорогого парфюма и серы.


****


Там, где пейзаж слегка тенями смазан,
Есть домик, неказист и одинок.
Его с дороги разглядишь не сразу,
А, может быть, не каждому дано.
И, как ни бейся, подойти нельзя мне,
Но в поздний час, когда падет роса,
Радушно встретит у ворот хозяин
И отведет в заросший старый сад.
Вновь небо примеряет звездный пояс,
На медный диск луны наводит лоск.
Мы будем ждать рассвет, азартно споря,
О чем еще тогда не удалось.
Я расскажу ему, что сам был продан,
Хоть не за блеск серебряных мерил,
Что трачу жизнь на дрязги с разным сбродом,
А с кем хотелось - не поговорил.
Что многое становится дороже,
Раз властью облечен и обречен,
И мраморная гладкая дорожка
Уходит вдаль серебряным лучом.
Посмотрит собеседник мой с участьем,
И что бы этот взгляд ни означал,
Я расскажу о сне, который часто
Меня не отпускает по ночам.
Как будто воздух стал густым на ощупь,
Как лился зной на землю свысока,
Как у подножья бесновалась площадь,
На празднике выпрашивая казнь.
И с прихотью толпы, увы, не сладить,
А так мечталось прошептать: спасен...
Хозяин, скрыв лукавинку во взгляде,
Мне скажет: "Не тревожься. Просто сон".
Но почему-то стылым ветром в кронах
Повеет голос, холоден и сух:
"Был осужден главой синедриона,
Распят и умер.
На шестом часу".


2016

Страницы: [1]