Расширенный поиск  

Новости:

На сайте - обновление. В разделе "Литература"  выложено начало "Дневников мэтра Шабли". Ранее там был выложен неоконченный, черновой вариант повести, теперь его заменил текст из окончательного, подготовленного к публикации варианта. Полностью повесть будет опубликована в переиздании.

ссылка - http://kamsha.ru/books/eterna/razn/shably.html

Автор Тема: Черная Роза (Война Королев: Летопись Фредегонды) - VII  (Прочитано 16856 раз)

Карса

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 1028
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 682
  • Грозный зверь
    • Просмотр профиля

Цитировать
Но для смертного приговора необходимо личное признание
Хм, и что, ни разу не случалось казни без признания вины? Как-то сомнительно. Разве не случалось, что казнили вообще без суда и следствия, не говоря уж о признании?
Цитировать
В Средние Века в Европе была широко распространена вера в правдивость показаний, полученных под пытками. Об этом свидетельствует, в частности, выражения «узнать всю подноготную» и «подлинная правда».
Логика довольно странная, но допускаю, что так и было. Про подлинную правду не поняла.
Ещё интереснее, что пытки должны были продолжаться до момента получения ответов, которые удовлетворили бы следователей. Предполагалось, что следователь или судья не могут ошибаться (если уверены, что человек виновен, значит, виновен, независимо от оснований)?
Цитировать
по арвернским законам, невеста не обязана оплакивать погибшего жениха всю жизнь. С течением времени она вполне имела право выйти замуж. Следовало лишь подождать положенный срок траура, далеко не столь долгий, как при настоящем вдовстве.
А каковы в описываемое время законы, касающиеся траура жены  или невесты в случае гибели мужа или жениха?
 
Записан
Предшествуют слава и почесть беде, ведь мира законы - трава на воде... (Л. Гумилёв)

Convollar

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 6057
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10900
  • Я не изменил(а) свой профиль!
    • Просмотр профиля

Жаль Розу, конечно в доме барона Вексенского ей было бы лучше всего, но до барона ещё добраться надо. Бродячий балаган, возможно, но сомнительно. А уж все эти доброжелатели, вроде Ведаста, как я их "люблю"! Всегда-то они знают, как кому жить.
Записан
"Никогда! Никогда не сдёргивайте абажур с лампы. Абажур священен."

Menectrel

  • Барон
  • ***
  • Карма: 174
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 183
    • Просмотр профиля

Подлинная правда - истинная правда, то есть правда, полученная с помощью истинника (по данным Попова Ю.А., палки длиной около двух метров и диаметром в руку).

Источник: Теоретические аспекты и основы экологической проблемы: толкователь слов и идеоматических выражений. — Чувашский государственный университет им. И.Н.Ульянова. УНПП "Лаборатория проблем цивилизации". В. П. Галкин. 1998.


Подлинная правда

Вот превосходный образец выражения, первоначальный смысл которого (теперь оно значит: сущая правда, безусловная истина) может установить только историк языка. Современное значение слова не вызывает каких-то негативных ассоциаций, но этимология его далеко не безобидна.

«Подлинная правда» - такая, которую в Древней Руси вырывали у запирающегося на допросе подсудимого, избивая его «длинниками» - особыми длинными кнутами. Слова сказанные во время избиения, считались "под длинниками", что означает буквально «правда, сказанная под длинниками».

А поскольку информация, полученная от подозреваемого посредством пыток, считалась когда-то наиболее достоверной, то слово «подлинный» и приобрело то значение, в котором мы с вами знаем и употребляем его сейчас.

Само собой разумеется, что возникло выражение это в языке приказных и судебных подьячих: сами подсудимые отлично знали, что измученный пыткой человек может признаться и в том, в чем он не повинен; далеко не всегда «подлинная правда» бывала правдой.

Источник:  https://oksanag.tourister.ru/blog/4822
« Последнее редактирование: 13 Мар, 2024, 15:42:56 от Menectrel »
Записан
"Мне очень жаль, что у меня, кажется, нет ни одного еврейского предка, ни одного представителя этого талантливого народа" (с) Джон Толкин

Артанис

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 3363
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 6226
  • Всеобщий Враг, Адвокат Дьявола
    • Просмотр профиля

Благодарю, эрэа Menectrel, за Ваши замечательные идеи, и за дополнительные сведения! :-* :-* :-*
Благодарю, эрэа Карса, эрэа Convollar! :-* :-* :-*
Хм, и что, ни разу не случалось казни без признания вины? Как-то сомнительно. Разве не случалось, что казнили вообще без суда и следствия, не говоря уж о признании?
По-разному случалось, наверное! Но речь о тех случаях, когда люди все же старались действовать по закону, какой действовал в их время. Казнь без суда и следствие, линчевание - это, вообще-то, самосуд. И действовало такое обычно в чрезвычайных обстоятельствах, под влиянием сильных эмоций и предрассудков, когда людям становилось не до соблюдения законов.
Цитировать
Логика довольно странная, но допускаю, что так и было. Про подлинную правду не поняла.
Означает, что имеется в виду правда, узнанная под пыткой. Когда человек ничего не может скрыть, и проявляет себя таким, каков он на самом деле.
Цитировать
Ещё интереснее, что пытки должны были продолжаться до момента получения ответов, которые удовлетворили бы следователей. Предполагалось, что следователь или судья не могут ошибаться (если уверены, что человек виновен, значит, виновен, независимо от оснований)?
Не знаю. Когда следствие шло по политическим или религиозным вопросам - наверное, и впрямь считали себя правыми по умолчанию. Если, как у нас здесь, расследовали уголовное дело, наверное, могло быть по-разному. Но здесь как раз Этьен уверен, что поймал настоящего убийцу.
Цитировать
А каковы в описываемое время законы, касающиеся траура жены  или невесты в случае гибели мужа или жениха?
Невесте, потерявшей жениха, следовало подождать, по меньшей мере, три месяца, а лучше - полгода, чтобы искать нового. Встречаться с другим мужчиной всего спустя месяц, как Роза, для деревни вопиющий поступок. Вдова после смерти мужа должна носить траур хотя бы год.
Жаль Розу, конечно в доме барона Вексенского ей было бы лучше всего, но до барона ещё добраться надо. Бродячий балаган, возможно, но сомнительно. А уж все эти доброжелатели, вроде Ведаста, как я их "люблю"! Всегда-то они знают, как кому жить.
Когда она гадала и увидела в воде разные варианты будущего, то в замке барона Вексенского ей тоже было не слишком сладко. Не простая служанка, но и не законная хозяйская внучка. "Жалует царь, да не жалует псарь". Так что балаган ей показался более привлекательной альтернативой.
Ну что поделать: у людей есть привычка вмешиваться в чужую жизнь. Ведаст, впрочем, действительно желает Розе добра.

Глава 12. Выбор Розы (продолжение)

Роза же в самом деле встретилась у ручья ни с кем иным, как с Капетом, загадочным человеком в капюшоне, которого не знали по-настоящему даже его собратья по бродячему балагану.

Они стояли в тени деревьев, на "своем месте", где беседовали в первый раз, и оттого оно стало им дорого.

Девушка доверчиво протянула Капету руки, и тот радовался, чувствуя их живую теплоту. Поглядев ей в глаза, он проговорил:

- У тебя грустные глаза, Роза! Опять твоя мачеха ругает тебя?

- Да... - вздохнула девушка. - Как батюшка уехал, ей покоя нет, одна злоба и придирки! И дядя Аббон уехал тоже. Только с тобой я могу отдохнуть душой, да с вашими лошадьми и собаками из балагана... - она зарделась, смущенная, что так бесцеремонно навязывается.

Но Капет прекрасно понял ее:

- Да: животные не умеют говорить на нашем языке, но слушать очень даже умеют! Они утешают тех, кто чувствует себя чужим среди людей. Я не раз, как и ты, находил у них опору и поддержку, Роза.

Девушка глубоко вздохнула и попыталась улыбнуться.

- Я сразу почувствовала, что ты меня понимаешь, как никто другой...

- Такой же одинокий, чужой в родном доме, - кивнул Капет, держа в руках ее горячие ладони, точно двух горлиц.

Так проходила их встреча, подсмотренная Ведастом. В сущности, он был прав: Роза и Капет все больше привязывались друг к другу, все сильнее крепло между ними понимание. Заветные слова еще не были сказаны, но обоим сделались нужны эти встречи, и они с сожалением думали о том неизбежном дне, когда придется проститься.

Роза спохватилась и хотела сделать шаг назад.

- Жаль, что вскоре ты уедешь с вашим балаганом, и я тебя никогда не увижу!

И тогда Капет пристально взглянул на девушку, чувствуя, что она сейчас в таком состоянии, когда вовремя сказанное слово может изменить всю жизнь.

- А ты поезжай с нами, Роза! Господин Ренье с радостью возьмет тебя наездницей вместо погибшей Иветт. Будешь странствовать с нами, увидишь мир... И мы с тобой навсегда останемся друзьями... - голос Капета изменился, стал ниже и мягче, будто бархатом стелил.

Роза глубоко, задумчиво вздохнула и внимательно заглянула в глаза Капету. Самой себе она могла признаться, что ей приятно его приглашение. Он открывал ей путь в новую жизнь.

- Быть может, мне и вправду лучше было бы уехать, - вздохнула девушка. - Здесь все будет мне напоминать о погибшем Фульраде. И я чувствую, что мачеха не даст мне жить спокойно... Вот только я боюсь подвести батюшку!..

- От почтенного Хельера так и нет известий? - участливо поинтересовался Капет.

Роза покачала головой, и лицо ее помрачнело.

- В последние дни при мысли о батюшке у меня отчего-то тоскливо сжимается сердце... Будто какая-то грозная беда нависла над ним!

Капет тотчас мысленно припомнил, как вынюхивали ищейки бальи обстоятельства гибели Фульрада, и как увезли лесника в город. Но ничего на это не сказал, лишь тихонько приобнял девушку за плечо.

- Мы постараемся узнать о твоем батюшке, Роза! И, если он вернется благополучно, сам позволит тебе выбрать, где и с кем ты будешь счастлива. А если с ним случится беда - да уберегут его боги! - тогда тебе подавно будет лучше вдали от вашей деревни. Поверь, Роза, у тебя другая судьба! Ты свободна, тебе открыты все дороги!

- Да помогут боги, чтобы было так! - тихо проговорила Роза.

***

Тем временем, в доме у сельского жреца артисты из бродячего балагана ушли обсуждать свой предстоящий отъезд. Только мальчики, Руфус и Ульфар, продолжали развлекаться во дворе фокусами, еще не ведая о скорой разлуке.

А хозяин дома, жрец, увел к себе в комнату старосту Клода для важного разговора. Приглашая гостя сесть в кресло, жрец печально проговорил:

- Если бальи разрешает балагану уехать, значит, дело об убийстве Фульрада расследовано, а Хельеру вынесен приговор!

Клод мрачно кивнул в ответ. Сожалел ли он, что привел на виселицу бывшего друга? Но ведь он был уверен, что Хельер - убийца, и заслуживает смертной казни.

- Наш долг - позаботиться о судьбе Розы, - промолвил он. - И поскорее, пока не выяснилась судьба ее отца. Самое лучшее для нее - уехать из нашей деревни.

Жрец поддержал старосту:

- Когда Хельер будет повешен, наш долг - выкупить его тело, дабы предать земле на отдельном участке. Не следует дочери этого видеть! Да и местные жители станут ее звать не иначе как дочерью висельника. В деревне у людей злые языки и крепкая память, любое важное событие будут обсуждать годами... Ты прав, Клод: Розе нужно уехать, и поскорей! К счастью, бродячий балаган охотно принимает ее!..

Так они договорились относительно судьбы девушки.

И теперь Клод, направляясь от жреца к дому Розы, размышлял, как лучше убедить ее уехать с балаганом. Ибо чувствовал, что будет невыносимо еще и наблюдать горе девушки, оплакивающей своего отца.

Проходя мимо дома Аббона, староста встретил у ворот его внука Ведаста. Тот вышел к Клоду с мрачным видом. В это время со двора лесника вновь доносилась громкая брань его супруги в адрес Розы:

- Куда бегаешь каждый день, негодяйка?! Никогда тебя дома нет! Слова не скажешь, где пропадаешь. Не выучилась почитать старших, ведешь себя так, будто меня на свете нет!

- Я ходила на могилу Фульрада, плакала о моем несчастном женихе! - наконец, повысила голос и Роза.

Но все было зря: мачеха принялась бранить девушку еще пуще прежнего:

- Плакать о женихе следовало к месту, во время прощания и похорон! А ты тогда не проронила ни слезинки! А сейчас ты должна сидеть дома и помогать мне в домашних заботах! - голос мачехи стал еще пронзительнее.

Клоду и Ведасту, что слышали, как мачеха отчитывала Розу, стало ясно, что супруге лесника сгодится любой повод, чтобы придраться к нелюбимой падчерице. Она всегда изобретет способ довести Розу до белого каления.

Услышав ответ Розы, Ведаст нахмурился, ибо девушка обманула мачеху, не сказав, где и с кем была.

Он отворил калитку и пригласил старосту:

- Зайди ко мне, дядя Клод! Надо поговорить.

Староста понял, что дело серьезное, и последовал за внуком Аббона. А с соседнего двора все слышалась отборная брань жены лесника:

- Подлая избалованная девчонка, надо было тебя учить, когда маленькой была, а теперь уже поздно! Грамоте выучилась, а глядишь все на сторону, да мечтаешь невесть о чем! Ступай в дом, и принимайся ткать! И чтобы все время у меня на глазах была!

Слушая вопли разъяренной женщины, Ведаст провел старосту в дом. И тот последовал за юношей, вспоминая, как всего месяц назад с этого самого порога выносили гроб с телом несчастного Фульрада. И как потом всей деревней провожали в последний путь юношу, чей отец был большим другом Клода. А другой друг, Хельер, уже тогда сидел, не поднимая глаз, не смея поддержать Аббона в его безмерном горе. Ибо нечистая совесть мучила убийцу.

Ведаст же, когда они направлялись к дому, то и дело оглядывался в сторону соседского подворья, где продолжала кричать разъяренная женщина. Про себя он подумал, что мачеха Розы еще слишком хорошего мнения о ней, если поверила, что девушка ходит на погост, оплакивать Фульрада.

Юноша провел старосту в большую комнату, где стоял стол. Подвинул гостю скамью.

- Садись, дядя Клод, испей малинового морса! - он налил в чаши напиток из кувшина, стоящего на столе.

Клод выпил ароматный напиток из самых сладких летних ягод.

- Благодарю, Ведаст! Вкусный морс! Да и ты, погляжу, здесь управляешься, как настоящий хозяин! - староста взглянул на корзины с овощами и плодами, только что собранными юношей.

Тот смутился в ответ на похвалу опытного человека.

- Чего там... По-настоящему я в своем доме еще не хозяйствовал... Яблоки надо будет нарезать и просушить. Капусту порезать и посолить в кадушке... - Ведаст вел речь о привычных домашних хлопотах, как подобало настоящему хозяину, однако мысли его на самом деле были совсем о другом.

Клод тоже понял, что у юноши на уме важный разговор. В сущности, он начал беседу о хозяйственных делах только потому что так полагалось. Неписанный деревенский обычай не позволял переходить сразу к сути дела. Заводя разговор, селяне первым делом расспрашивали о семье, а затем - о хозяйственных делах, ибо от урожая на полях, огородах и виноградниках, от приплода скота, часто зависела вся жизнь.

- Так о чем ты хотел поговорить? - спросил староста у Ведаста.

- О Розе, - вздохнул юноша. - У нее теперь с мачехой каждый день ругань да скандалы, как ты сам слышал.

- Слышал, - все услышанное укрепило старосту в решении поскорее спровадить Розу из родной деревни. - Несладко, видно, живется девушке, а впредь будет еще тяжелей... - Клод прикусил язык, не желая огорчать внука Аббона правдой о том, как и по чьей вине погиб Фульрад.

Ведаст не заметил его обмолвки. Он проговорил серьезно, как многое повидавший человек:

- Я увидел сегодня случайно, куда ходит Роза. Она обманывает свою мачеху, будто оплакивает Фульрада. На самом деле она ходит за ручей, и на лесной опушке встречается с мужчиной! Я видел, как они стояли, держась за руки, и любезно беседовали.

Клод мигом насторожился:

- Что за мужчина? Ты узнал его?

Ведаст покачал головой.

- Лица не разглядел: он был в плаще с широким капюшоном, скрывающим лицо. Высокий мужчина, поджарый и жилистый. Двигается осторожно, бесшумно. Ни на кого из здешних не показался мне похож.

- Вот как! - нахмурился Клод. - Такого я не ожидал от Розы! Хотя, конечно, дело молодое...

- Но ведь всего месяц, как погиб ее жених, мой дядя! - воскликнул Ведаст, делясь своими опасениями с опытным человеком. - Что, если какой-то проходимец ее запутает, использует, пока нет за ней ни отцовского, ни материнского присмотра?

Клод глубоко вздохнул.

- Жаль, что ты не узнал человека, с которым она беседовала!

Юноша виновато развел руками.

- Увы, он оделся так, чтобы было не узнать!

Клод впервые почувствовал сожаление, что сам же лишил Розу отца. А теперь ему предстояло самому позаботиться об ее судьбе. Ибо оставаться в родной деревне дочери лесника и впрямь становилось невозможно, все больше причин требовали ее отъезда.

- Вот что, Ведаст! Роза в родной деревне - отрезанный ломоть. Здесь ей все напоминает о Фульраде, а дома обстановка становится все хуже. Не будем ее укорять, если она пытается найти в жизни хоть какую-то радость. В последнее время Роза сдружилась с артистами из балагана, который на днях уезжает от нас. Я толковал с их хозяином, он будет рад принять Розу. Ну а с бродячей артистки спрос другой, у них обычаи не наши.

- В балаган? - переспросил Ведаст. Что-то странное почудилось ему в словах старосты. Об отце девушки он не упоминал, будто того и не было никогда. - Не пожалела бы Роза, если уедет сейчас куда глаза глядят...

- Я бы тоже предпочел послать Розу в замок к барону Вексенскому, где о ней позаботятся лучше, - ответил Клод. - Но она сама распоряжается своей жизнью. Если и впрямь чужие мужики стали на нее заглядываться, лучше ей уехать подальше от нашей округи. Я сам побеседую с девушкой, как подобает, вместо отца. А тебя, Ведаст, благодарю, что заботишься о Розе, как преданный друг!

- Роза была невестой моего дяди, и для всех нас навсегда останется родной! - заверил юноша.

Так односельчане определили судьбу осиротевшей Розы, которой и впрямь не оставалось выхода, как уехать с бродячим балаганом.
« Последнее редактирование: 13 Мар, 2024, 15:54:23 от Артанис »
Записан
Не спи, не спи, работай,
Не прерывай труда,
Не спи, борись с дремотой,
Как летчик, как звезда.

Не спи, не спи, художник,
Не предавайся сну.
Ты вечности заложник
У времени в плену.(с)Борис Пастернак.)

Menectrel

  • Барон
  • ***
  • Карма: 174
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 183
    • Просмотр профиля

Пытки и Уголовный Процесс

Средневековое правосудие


В подтверждение своей теории Шильд (Вольфганг Шильд (Wolfgang Schild), ученый-правовед с кафедры уголовного права, уголовной истории и философии права Университета Билефельда (Германия)) предоставляет множество примеров из изученных им источников. По так называемому Peinliche Halsgerichtsordnung (Уголовному закону) Карла V, изданному в 1532 году, применение пыток подлежало «усмотрению хороших и рассудительных судий». Палач, который сегодня представляется настоящим воплощением садиста, на самом деле должен был быть сдержанным и здравомыслящим человеком. По словам Шильда, обвинительный приговор требовал наличия надежных улик. Согласно Klagspiegel, древнейшему своду законов Германии, написанному в 1463 году городским клерком Конрадом Хайденом из Швебиш-Халль, в случае появления сомнений в вине обвиняемого должны были быть «предоставлены улики ясные как день».

Правда, когда все улики оказывались косвенными, чего не хватало для вынесения обвинительного приговора даже средневековому суду, судьи пытались добыть правду из уст обвиняемого любыми способами. Например, с помощью дыбы. Средневековые «следователи» также убеждали обвиняемого признаться в содеянном с помощью приемов психологического характера. Например, существовало судебное испытание под названием Bahrprobe: предполагаемого убийцу заставляли поцеловать раны жертвы и «даст Бог, убийца будет раскрыт». Подсудимый должен был столкнуться с результатами своего бесчеловечного деяния и от ужаса от содеянного пасть ниц и во всем сознаться.

Источник: https://www.infox.ru/news/10/60176-srednevekovye-pytki-veli-manakov-v-raj
Записан
"Мне очень жаль, что у меня, кажется, нет ни одного еврейского предка, ни одного представителя этого талантливого народа" (с) Джон Толкин

Convollar

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 6057
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10900
  • Я не изменил(а) свой профиль!
    • Просмотр профиля

Цитировать
Так односельчане определили судьбу осиротевшей Розы, которой и впрямь не оставалось выхода, как уехать с бродячим балаганом.
Сейчас это для Розы единственный выход, но что будет дальше? В деревне ей оставаться нельзя, ещё этот заботливый Ведаст, заботился бы лучше о квашеной капусте. На фоне односельчан и мачехи, Капет действительно выглядит привлекательно.
Записан
"Никогда! Никогда не сдёргивайте абажур с лампы. Абажур священен."

Артанис

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 3363
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 6226
  • Всеобщий Враг, Адвокат Дьявола
    • Просмотр профиля

Благодарю Вас, эрэа Menectrel, за продолжение чудесных идей, и за эпизоды, которые пишутся на одном дыхании! :-* :-* :-*
Благодарю за прочтение и за отзывы, эрэа Convollar! :-* :-* :-*
Цитировать
Так односельчане определили судьбу осиротевшей Розы, которой и впрямь не оставалось выхода, как уехать с бродячим балаганом.
Сейчас это для Розы единственный выход, но что будет дальше? В деревне ей оставаться нельзя, ещё этот заботливый Ведаст, заботился бы лучше о квашеной капусте. На фоне односельчан и мачехи, Капет действительно выглядит привлекательно.
Поживем - увидим! Пока, во всяком случае, все сводится к одному. И собственное желание влечет Розу к Капету и к бродячему балагану, и односельчане стремятся спровадить ее из дома.

Глава 12. Выбор Розы (продолжение)

В доме лесника находились Роза и ее мачеха. Они хозяйничали в разных краях большой комнаты, построенной по общему плану всех деревенских жилищ. Девушка сидела у окна за ткацким станком, слушая, как тот поет свою немудреную песню, творя из льняных нитей крепкое полотно.

Ее мачеха в это время возилась у очага, готовилась печь пирог. Раскатывая тесто, она то и дело оглядывалась на падчерицу. Продолжала ругать ее, не представляя другого способа общаться с ней:

- Наконец-то ты дома, и делаешь что-то полезное, как подобает женщине! Завтра и послезавтра будешь мне помогать прясть шерсть и ткать холсты. Я тебе покажу, наглая дрянь, как бегать по всей деревне и к бродячим артистам! Ты у меня взвоешь волчицей, но научишься слушаться!

Роза молча натягивала на станок новые нити, всё с большим трудом скрывая раздражение. Она знала, что спорить с мачехой бесполезно. Но зато она все чаще думала, что ей надо уехать с бродячим балаганом, вместе с Капетом, который приглашал ее. А отцу думала написать письмо и оставить кому-нибудь, чтобы передали, как отец вернется. Хотя бы дяде Клоду. Ибо на мачеху у нее было мало надежды.

Тут во дворе раздался собачий лай. Мачеха Розы выглянула в окно.

- Клод пришел! - воскликнула она и, отряхнув руки от муки, направилась к выходу. У порога обернулась к падчерице, нахмурившись: - А ты сиди и молчи, да работай!

Роза осталась в доме, а ее мачеха вышла встретить пришедшего старосту. Отозвав дворового пса, умильно улыбнулась, проговорила совсем иным тоном, чем с падчерицей:

- Здравствуй, почтенный Клод, староста наш дорогой! Прошу любить и жаловать под нашим кровом!

- Здравствуй, здравствуй, добрая хозяюшка! - кивнул Клод, хорошо зная супругу лесника. - Как дела у тебя, все ли в порядке дома?

Женщина шумно вздохнула и всплеснула руками.

- Какой уж порядок, когда Роза совсем от рук отбилась? Каждый день пропадает невесть где, когда дома - огрызается, словечка запроста сказать не хочет. Ты бы, Клод, хоть повлиял на нее, пока ее отец в отъезде!

- Так я как раз и пришел по поводу Розы, - Клод обрадовался повороту, что принял их разговор. - Коль Хельера нет с нами, я, как его ближайший друг, буду рад взять на себя заботу об его дочери и устроить наилучшим образом ее будущее.

Супруга Хельера только на миг уловила намек старосты, что с ее мужем случилась беда, и он не вернется. Но тут же сообразила, что, в таком случае, буде совсем неплохо спровадить Розу подальше, а самой получить в полновластное владение хорошо устроенный дом своего мужа.

- Я очень прошу тебя, Клод: поговори с нашей упрямицей, может, хоть тебя она послушает, - с надеждой проговорила женщина.

Она задержалась во дворе, проверяя, высохло ли развешенное на веревках белье. Клод же зашел в дом.

Навстречу ему поднялась со скамейки Роза. Она не удивилась приходу старосты, ибо наблюдала в окно. Склонила голову, приветствуя вошедшего.

- Здравствуй, Роза! Вот, зашел тебя повидать! - проговорил Клод отеческим тоном.

- Здравствуй, дядя Клод! Садись вот на скамейку возле печки! - радушно пригласила девушка, сама присаживаясь на другой край.

Клод сел напротив нее, разглядывая оставленное Розой шитье на ткацком станке.

- Хорошая из тебя получилась мастерица, Роза! - начал он, по деревенскому обычаю, разговор издалека. - Ткань чистая, а узоры какие! И елочки, и дубовые листья, и цветы незабудки... Сама такие придумала?

- Сама, дядя Клод, - но в голосе девушки не было радости: женские хозяйственные хлопоты не так уж и нравились ей. И она проговорила тихо, доверительно: - Что-то мне тревожно в последнее время, дядя Клод! Батюшка так долго не возвращается... Нет ли у тебя каких вестей от него?

Какого труда стоило старосте и другу Хельера выдержать взгляд девушки, чьего отца он выдал властям! Он скрыл от нее замешательство и тихо проговорил:

- Хельер не вернется в деревню, пока не убьет волка-убийцу, таков был ему наказ от кенабумского кастеляна! Стало быть, охота продлится неведомо сколько: зверь, по всему видно, матерый, хитрый и свирепый. Охота на волка-людоеда опасна, и всякое может случиться... Пока что мне вверено попечение о тебе, Роза! Расскажи мне обо всем, как отцу: как ты живешь? Что беспокоит тебя? Я вижу, как твоя почтенная мачеха свирепеет все больше, и тебе становится тяжко уживаться с ней! Меня беспокоит твоя судьба, Роза, ибо я видел не раз, как молодежь, чересчур угнетаемая дома старшими родственниками, выискивала нелепые пути, лишь бы освободиться хоть на час от царящей над ними несправедливости. Вот только зачастую они выбирали путь, опасный и для себя, и для других! Поведай мне, Роза: как ты думаешь распорядиться своей жизнью дальше?

Девушка доверительно поведала старосте, как дочь отцу:

- Я и сама чувствую, что не выдержу долго жить под одной крышей с мачехой! Что бы я ни сделала - ей все не по душе... Все чаще мне хочется уйти отсюда куда глаза глядят!

Староста почувствовал, что в ней говорит не случайное юношеское желание - она уже много думала над своей судьбой, и ко многому готова.

- Ну что ж: нашей деревней мир не ограничивается! Если ты не боишься, для тебя открыты все дороги.

Девушка вздохнула, все еще преодолевая последние сомнения, хотя и поняла, что отцовский друг поддерживает ее.

- В таком случае, посоветуй мне, дядя Клод, как отец: как мне поступить? Какую дорогу избрать? В бродячем балагане готовы принять меня, но могу ли я уехать вместе с ними?

Клод доброжелательно ответил девушке:

- Я знаю, что Ренье с Зеленых Холмов, хозяин балагана, охотно примет тебя в труппу. После гибели Иветт им не хватает девушки-наездницы, а ты замечательно им подойдешь. Да и не такие уж они чужие, хоть и пришлые! Ренье - давний знакомый твоего покровителя, барона Вексенского, так что тебя примут уважительно. Если же что-то не понравится, ты всегда сможешь вернуться сюда, в родную деревню. А пока - ты вправе испытать свои силы, увидеть свет, путешествуя по всей Арвернии. Я уверен, что и твой отец отпустил бы тебя, будь он здесь.

Девушка украдкой вытерла глаза кончиками пальцев.

- Батюшка... Да, он всегда понимал меня!..

- Понял бы и на сей раз! Ведь балаган не станет ждать, когда ты получишь отцовское благословение, - подбодрил ее Клод.

Роза выпрямилась и глубоко вздохнула, размышляя. Потом взглянула на старосту и улыбнулась.

- Благодарю тебя за помощь, дядя Клод! Я последую твоему совету, ибо выбрала свой путь. А ты сможешь передать батюшке мое письмо?

Клод внезапно побледнел, как мел. И не сразу совладал с собой. Но все-таки ответил немного дрогнувшим голосом:

- Да... Да, конечно. Напиши, а я передам.

От Розы не укрылось его замешательство. Она удивленно взглянула на старосту, в ее взоре читался молчаливый вопрос.

Заметив ее удивление, Клод постарался успокоиться и проговорил:

- Уж больно неожиданно обернулась судьба твоя, девонька! Мы все ожидали, что ты совсем иначе покинешь родительский дом, - он имел в виду, что Розе надлежало стать женой Фульрада.

Девушка поняла намек и проговорила:

- Я всегда буду сожалеть о Фульраде, каким он был до войны! А тот, кто вернулся и жил последние годы, был не мой жених. Скорее, злой дух, державший в плену душу настоящего Фульрада.

Клод кивнул, удивляясь, насколько точно рассудила молодая девушка. Такая не пропадет!

Он догадался, что спутником Розы, с которым она тайно встречалась у ручья, был один из артистов бродячего балагана, тот, что носил плащ с капюшоном. Ибо больше некому было быть. В другое время поведение Розы могло бы вызвать у него недовольство, но ведь сейчас он сам стремился выпроводить дочь лесника из родной деревни. И староста намекнул девушке, давая понять, что знает ее тайну:

- Надеюсь, что в бродячем балагане ты найдешь семейное счастье, какого не суждено было обрести дома!

Роза подняла на него глаза, чуть зардевшись. Она сразу поняла, что, если дядя Клод знает о них с Капетом, то скоро вся деревня станет судачить о невесте, которая, не дождавшись окончания траура, бегает на свидания. В деревне трудно что-то скрыть!

Староста Клод понимал, что творится на душе у девушки. И, тихонько приобняв ее, проговорил заботливо, по-отечески:

- Я не осуждаю тебя, Роза, если ты полюбила другого человека, вместо покойного Фульрада! Ты права насчет него: тот, кто был отрадой отцу и матери, сгинул на никому не нужной, бессмысленной войне. Тот, кем он стал, не принес бы счастья ни себе, ни другим. Если твое сердце занял человек, что ближе тебе, следуй за ним, Роза! Надеюсь, что твой избранник достоин сделанного выбора... Я вижу сам, что в отчем доме мачеха не даст тебе жизни, так что для тебя лучше уехать.

У Розы отлегло от сердца. Теперь она могла с чистой совестью покинуть родную деревню. Ее не станут осуждать. Если уж дядя Клод, самый уважаемый человек в деревне и друг отца, все понял правильно и позволяет ей идти своим путем, значит, он объяснит и другим, что она невиновна ни в своем выборе, ни во внезапной, негаданной любви к Капету. А там и ее отец все поймет, когда дядя Клод передаст ему прощальное письмо.

И девушка улыбнулась, с благодарностью подняв глаза на старосту:

- Благодарю тебя за все, дядя Клод! Что бы я делала без твоей отеческой поддержки, без мудрого слова и благословения для новой жизни!

С этими словами Роза уткнулась лицом в плечо старосте, как делала, играя, еще маленькой девочкой. Клод же по-отцовски тепло обнял девушку, и, гладя ее пышные золотисто-каштановые волосы, проговорил:

- Благословляю тебя, Роза, пройти свободно все твои пути, как судили тебе Норны, и головы не отвести, и не пропасть! Пусть легкой будет твоя дорога, и кони пусть несут тебя легче, чем конь Всеотца Вотана, восьминогий Слейпнир! Пусть новые спутники будут тебе добрыми товарищами, и не доведется тебе пожалеть о твоем выборе!.. Да осветит твой путь вечное солнце, а ночью - ласковый месяц!..

Чуть отстранившись, Клод обвел солнечный круг перед лицом и грудью девушки, поручая ее защите Высших Сил повсюду, где светит солнце.

Роза выпрямилась на скамейке, облегченно вздохнула.

- Благодарю тебя, дядя Клод! Мне в самом деле стало легче. Теперь мне осталось лишь собрать вещи, и, разумеется, написать письмо батюшке.

Клод кивнул ей в ответ. Про себя же подумал, что письмо Розы ему придется положить в гроб казненному Хельеру, когда его тело вернут в родную деревню. Прощание с повешенным убийцей на сельском кладбище будет коротким, не таким, как было с его жертвой. Но этого времени хватит, чтобы вложить в гроб мертвецу письмо его дочери. И пусть Хельеру в подземном мире станет утешением, что его дочь сама, своей волей, избрала свой путь, что не жалеет ни о чем, что помнит и любит своего отца!..

С этой мыслью Клод поднялся со скамьи в знак прощания. Роза тоже встала, чтобы проводить его.

- Ну, удачи тебе, Роза! - произнес староста. - До твоего отъезда еще увидимся, когда ты передашь письмо. А теперь готовься в путь с легким сердцем, тогда и дорога будет легкой!

- Спасибо за все, дядя Клод! - и девушка покосилась во двор. - Вот только...

Ее собеседник понял, о чем идет речь.

- С твоей мачехой я сам побеседую. Не думаю, что она сильно огорчится, если ты уедешь...

- Не огорчится, - усмехнулась Роза, и направилась к своему ткацкому станку. До отъезда следовало закончить работу.

Клод вышел во двор, где жена Хельера собрала с веревок высохшее белье. Увидев старосту, тут же спросила:

- Ну как? Сделал ли ей отеческое внушение?

- Я выяснил, что Розу влечет уехать вместе с бродячим балаганом, стать артисткой, к чему у нее очевидные способности. Хозяин балагана прямо-таки уговаривал меня отпустить Розу с ними, и сама она желает увидеть мир.

Как и предполагал Клод, мачеха Розы лишь на миг притворилась недовольной таким оборотом дела:

- Как же я отпущу мою падчерицу в отсутствие мужа? Хельер вернется, скажет: плохо следила за девочкой!.. Хотя, конечно, если уж ее влечет сердце стать артисткой, то старшим не надо ей мешать, что там... Наша Роза - девушка красивая, на нее все будут любоваться, как мы любовались на выступления наших гостей! Вот ведь как вышло: я-то бранила ее, что она часто бегает в балаган, да скачет на их лошадях - а она там судьбу нашла... - голос жены лесника стал приторно сладким.

- О Хельере не беспокойся: Роза напишет письмо ему, а я передам, - тяжело, будто эти слова застревали в горле острыми углами, произнес Клод.

- Ну что ж, стало быть, все в порядке! - проговорила мачеха Розы. - Спасибо тебе, что помог девочке сделать выбор!

Она проводила гостя до ворот и закрыла за ним калитку. А Клод с облегчением подумал, что с этой стороны не будет проблем. Роза, которой он искренне желал добра, покинет родную деревню раньше, чем узнает о судьбе своего отца!
« Последнее редактирование: 15 Мар, 2024, 05:29:49 от Артанис »
Записан
Не спи, не спи, работай,
Не прерывай труда,
Не спи, борись с дремотой,
Как летчик, как звезда.

Не спи, не спи, художник,
Не предавайся сну.
Ты вечности заложник
У времени в плену.(с)Борис Пастернак.)

Convollar

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 6057
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10900
  • Я не изменил(а) свой профиль!
    • Просмотр профиля

От такой мачехи не только в балаган сбежишь, но как же по сути равнодушны друг к другу жители села. Вот рыдания на похоронах - это пожалуйста, всё прекрасно, все делают то, что положено. Но судьба Розы никого не волнует. По настоящему - никого. Даже Клода.
Записан
"Никогда! Никогда не сдёргивайте абажур с лампы. Абажур священен."

Артанис

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 3363
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 6226
  • Всеобщий Враг, Адвокат Дьявола
    • Просмотр профиля

Благодарю, эрэа Convollar! :-* :-* :-*
От такой мачехи не только в балаган сбежишь, но как же по сути равнодушны друг к другу жители села. Вот рыдания на похоронах - это пожалуйста, всё прекрасно, все делают то, что положено. Но судьба Розы никого не волнует. По настоящему - никого. Даже Клода.
Ну, тут много факторов сошлось для такого ее выбора. Если бы не Капет, она все же вряд ли решилась бы уйти.
Клод, да и жрец, и Ведаст, волнуются о судьбе Розы в том плане, что хотят избавить ее от участи "дочери висельника", спровадив из деревни до казни Хельера. Так что ее судьба их все-таки волнует. Они верят, что в бродячем балагане ей будет лучше, она сможет там реализовать способности, которые дома ей только мешали.

Глава 12. Выбор Розы (окончание)

Весь вечер жена лесника была непривычно ласкова с Розой, и не бранила ее, так что девушка даже удивилась. Но для ее мачехи падчерица была уже отрезанным ломтем, и не мешала ей. А о судьбе мужа она решила позже выяснить у Клода, ибо ей почудилось в его намеках неладное.

Когда стемнело, мачеха ушла спать. Роза же закончила ткать и решила написать прощальное письмо отцу. Для этого зажгла лучину, стоявшую на столе в железном корытце с водой, чтобы не наделать пожара. Чиркнуло кресало, и просмоленная палочка загорелась, осветив небольшой участок на столе.

Как бы тихо ни старалась двигаться девушка, ее мачеха все-таки выглянула из своей спальни?

- Кто здесь? - проворчала она, заметив свет и колышущиеся тени. Но, разглядев падчерицу, мгновенно смягчилась: - А, это ты, Роза? Что не ложишься?

- Мне надо написать письмо батюшке, - приглушенным тоном ответила Роза.

- А-а! Ну, пиши, девочка, пиши, как подобает дочери! - проговорила ее мачеха сонным голосом, снова укладываясь в постель.

"Ты подобрела, потому что меня все равно что уже нет в отцовском доме, и я больше не мешаю тебе!" - усмехнулась девушка, не обольщаясь внезапной добротой своей мачехи.

Когда та заснула, дочь лесника достала с полки над печкой ларец, где лежали письменные принадлежности. Не так-то часто ими пользовались в семье Хельера, но все же они хранились здесь, показывая несколько более высокий уровень умственного развития, чем у большинства поселян.

Девушка достала из ларца чистый берестяной лист. Чернила в медной чернильнице засохли, их пришлось развести водой. Очинив ножом кончик пера, Роза постаралась написать письмо, в котором отражалась бы вся ее дочерняя любовь:

"Здравствуй, батюшка! Пусть светит тебе солнце много-много лет, и да будет твоя жизнь благополучной, а душа - ясной!

Прости меня, батюшка, что покинула твой дом, не спросив благословения перед отъездом! Но у меня не было возможности дождаться тебя, ведь, как сообщил дядя Клод, твоя отлучка может затянуться надолго! От души желаю тебе одолеть волка, погубившего Фульрада!

Я же не смогу больше жить в деревне, где все напоминает мне о погибшем женихе. Всюду будет видеться его тень, станут сниться кошмары о том, как он погиб. Гораздо лучше будет мне уехать подальше, начать новую жизнь!

Но есть и еще одна причина, почему я должна уехать немедленно! Ты знаешь, батюшка, что последние годы я лишь заставляла себя любить Фульрада. Надеялась, что он станет таким, как прежде, да и дяде Аббону глубоко сочувствовала.

Лишь теперь я встретила человека, которого полюбила по-настоящему. Это - Капет, артист из бродячего балагана. Ты видел его в ту ночь, когда... Словом, ты знаешь, как благородно он держался, когда Фульрад напал на него в лесу, как пытался избежать драки. С тех пор Капет стал для меня поддержкой и опорой. Если бы не он - не знаю, как бы я выдержала эти жестокие дни, батюшка! Он понимает меня лучше, чем кто-либо за всю жизнь, кроме тебя. Капет так же любит лес и его обитателей, как и я, и никогда не станет смеяться надо мной, как деревенские жители. Он одинок, как и я, и покинул родной дом, по-видимому, очень рано. Со мной он впервые обрел близкого человека.

Я решилась, батюшка! Буду вместе с Капетом, как полагается супруге, путешествовать с бродячим балаганом, веселить народ. В балагане все очень доброжелательные люди, они с радостью примут меня. Их хозяин, господин Ренье с Зеленых Холмов - давний знакомый нашего почтенного покровителя, барона Готье Вексенского. Я попрошу его заехать к барону по пути. Если барон в самом деле приходится мне дедом, он благословит меня вместо тебя. Ты видишь сам, батюшка, почему я не могу дождаться тебя: балаган не может ждать, он уже собирает вещи.

Я беседовала с дядей Клодом, которому ты поручил заботиться обо мне в твое отсутствие, и с нашим жрецом. Они оба одобряют мой выбор и советуют смело идти по непривычному пути. Я пойду смело, батюшка, как ты сам учил меня! Дядя Клод расскажет тебе в подробностях, если захочешь узнать, как мы здесь жили после твоего отъезда, батюшка... Скажу только, что матушка заметно смягчилась ко мне, когда я решилась покинуть ваш дом... Да будет так!

Еще раз прошу, батюшка: пойми меня правильно! Я чувствую, что с Капетом нашла свою судьбу. Уйти с ним будет гораздо лучше, чем выйти замуж за кого угодно, лишь ради привычного быта; или пойти в услужение в замок барона Вексенского; или сделаться безмужней и бездетной жрицей; или дома до седых волос слушать упреки и поучения матушки!

Верю, батюшка, что ты поймешь меня, как понимал всю жизнь! И лесной ветер донесет до меня твое благословение. А я всю жизнь буду благодарить тебя и просить богов о милости к тебе!

Здоровья и долгой жизни тебе, батюшка! А я при первой возможности, как только окажемся в здешних краях, непременно приеду в гости!

Всегда любящая тебя дочь Роза."


Поразмыслив, девушка приписала внизу, на свободном месте, строки песни, какую пела ей в детстве мать, лишь чуть переделав слова на свой лад:

"Я слюбилась навек с вольной чащей лесной, повенчалась с простором дорожным. Кущи леса густые - мне свадебный кров, ширь земная - и труд, и хоромы. Своей волей ушла, проложила свой путь, своей волей по свету гуляла. Сама выбрала путь, и сама все взяла, на Судьбу никогда не пеняла".

Закончив письмо, чувствуя, что ей хочется сообщить отцу больше, чем было сказано за всю жизнь, Роза отрезала у себя прядь волос и свернула вместе с письмом. Затем сложила вчетверо берестяную грамоту и аккуратно зашила ее по краям тонкой нитью. У простолюдинов не было печатей, они зашивали письма от посторонних глаз ниткой, какую требовалось разорвать, чтобы прочесть письмо.

Закончив работу, Роза почувствовала, что не сможет уснуть. Ей казалось слишком жарко в доме, его стены стали слишком душными. И она спустилась к своему ручью. На сей раз она шла не на свидание. У нее не было там назначено встречи. Ей хотелось еще раз заглянуть в воду, как учил ее жрец, когда гадал ей на возможное будущее. Хотя девушка уже решила, что ей делать дальше, ей хотелось хоть каких-то указаний на будущую судьбу, чтобы чувствовать себя увереннее.

Остановившись на заветном месте, Роза произнесла заклинание, как учил ее жрец, ожидая, не откроются ли видения будущего. Ведь ей говорили, что из нее могла бы получиться жрица, так отчего бы теперь ей самой не обрести вещее видение?

Однако в тихой воде ручья, освещенной лунным светом, появилось, как в зеркале, только ее собственное отражение с вопрошающим взором больших глаз и непокорными прядями волос, выбившихся на лоб. Да еще качались, отражаясь в воде, верхушки прибрежных ив. Больше ничего Роза не увидела. А ведь она мечтала увидеть, как они с Капетом поженятся, у них родится дитя. Они станут ездить по всей Арвернии, иногда заезжая и в ее родную деревню. А порой будут выступать и в замке ее деда, барона Вексенского. И там, и здесь будут тепло приветствовать их.

Наконец, убедившись, что ничего не увидит, Роза вздохнула и отправилась в дом. Что ж, она не побоится следовать своим путем и без знамений свыше!

Но, когда Роза ушла от ручья, в его виде отразился целый калейдоскоп видений. Словно сами Норны, три вещие девы, бросая в этот миг жребий будущего для нее и для тех, кто связан с ней, выяснили для себя, как получится впоследствии...

Точно разноцветные вращающиеся стекла, легло в воде отражение замка ее деда, барона Вексенского. Там выступал бродячий балаган. Среди артистов была и Роза, в красочном наряде скакавшая на белом коне. В последнем номере Капет подхватил ее и с нею на руках перескочил через восемь поставленных в ряд коней - то было старинное испытание сил у "детей богини Дану". Все вокруг кричали и рукоплескали им - и сам барон, и его близкие, и слуги. А после представление барон Вексенский благословил Розу, свою внучку, и дал ей немного золота, чтобы она не зависела всецело от успеха балагана. Роза сияла от радости, довольная своими первыми достижениями.

Сцена в водяном калейдоскопе сменилась. Теперь она показывала луг, где бродячий балаган остановился на привале. Почти все еще расставляли палатки, собирали ветки для костра, готовили пищу, осматривали лошадей и повозки. Только Капет и Роза, радуясь друг другу и своему успешному выступлению, поодаль от всех танцевали, взявшись за руки. Присутствие девушки явно радовало даже всегда нелюдимого Капета. И он, танцуя с Розой, украдкой обнял ее и вдруг поцеловал, так крепко, что у обоих захватило дыхание. Это был их первый поцелуй, исполненный горячей радости.

Затем вода отразила въезд в город Артайус. Повозки бродячего балагана, гремя колесами по мостовой, въехали в городские ворота. Над воротами раскачивалось тело повешенного, глаза которому выклевали вороны. В это время его как раз снимали, чтобы уложить в деревянный гроб. От тела уже начинал исходить смрад, и все спешили отвернуться. Со стороны наблюдали за снятием казненного с виселицы бальи Этьен и его подчиненные.

Въезжая в город в передней повозке, Роза беседовала с Капетом, отвернувшись от ужасного зрелища. И она не узнала в снятом с виселицы трупе своего отца.

Бальи же, узнав артистов, кивнул, приветствуя их. Но не увидел лица Розы, отвернувшейся в другую сторону. И она проехала дальше, не подозревая, что случилось с ее отцом. И некому было сообщить ей.

Ничего этого Роза не видела. Она, возвратившись в отцовский дом, босиком обошла все углы, прикоснулась сперва к печи-кормилице, затем - к каждой памятной, с детства любимой вещи, прощаясь с ними, как с самыми близкими на свете людьми.

"Прощай, родимая горница, где я появилась на свет, где я играла вместе с братьями, где матушка пела мне песни, а батюшка учил грамоте! Ухожу навсегда из твоих стен, и вряд ли вернусь назад! Прости, но всему приходит свое время!"

При этом она чувствовала лишь легкую тоску при расставании с домом, где прошло ее детство. Вины же, что покидает его, вовсе не было. В конце концов, все девушки, выходя замуж, уходят навсегда из-под отеческого крова. Не всем доводится поселиться в соседнем доме, как готовилось ей с Фульрадом. Многие, выходя замуж, уезжают далеко, как дочери Аббона, и редко видятся с родителями. Уходя в бродячий балаган, Роза чувствовала себя невестой, вступающей в брак, и надеялась в самом деле вместе с Капетом обрести семейное счастье.

Что ж, она сделала свой выбор, что повлияет на многие судьбы, и на саму историю Арвернии и Арморики. Ибо, связавшись с Капетом, она должна была дать продолжение сильному, загадочному и смертельно опасному роду, который сыграет важную роль в судьбах королей и королевств.

Водная гладь задумчиво отразила еще одно видение. На сей раз она показывала событие, что должно было произойти через много лет. Потому что в воде появилась постаревшая Роза. Она переправлялась в лодке через реку вместе с мальчиком лет девяти, и, по виду, тот был ей скорее внуком, чем сыном. Она, что было сил, гребла парой весел, не чувствуя усталости. А на другом берегу светились зловещими красными огнями глаза огромного волка с белой шерстью. Роза изо всех сил налегала на весла, боясь не за себя, но за мальчика, скорчившегося на корме лодки...

Однако в тот вечер, когда решала свою судьбу, Роза не получила никаких видений, ни отдаленного, ни ближайшего будущего. Она поступила, как в песне: "Сама выбрала путь, и сама все взяла, на Судьбу никогда не пеняла".

Обойдя горницу, Роза улеглась спать в свою девичью постель. При мысли, что это одна из последних, если не самая последняя, ее ночь под отеческим кровом, девушке стало тревожно и любопытно.

Прежде чем сомкнуть глаза, Роза напомнила себе с утра отдать письмо для отца дяде Клоду. Он передаст потом батюшке все, чего она не сумела сказать, и батюшка простит ее - в этом девушка не сомневалась.

Кроме того, она решила упросить господина Ренье проехать отсюда в замок барона Вексенского. Там, во владениях ее благородного деда, балаган сможет хорошо заработать, и она покажет себя в первом представлении. А самое главное - Розе хотелось получить в путь благословение если не от отца, так от своего знатного дедушки. Пусть он увидит своими глазами, какой выбор сделала его внучка, пусть оценит, чему она научилась, порадуется за нее и благословит! Лучшего начала новой жизни Роза не могла для себя и пожелать.
« Последнее редактирование: 16 Мар, 2024, 04:58:31 от Артанис »
Записан
Не спи, не спи, работай,
Не прерывай труда,
Не спи, борись с дремотой,
Как летчик, как звезда.

Не спи, не спи, художник,
Не предавайся сну.
Ты вечности заложник
У времени в плену.(с)Борис Пастернак.)

katarsis

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 1273
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 2695
  • Я изменила свой профиль!
    • Просмотр профиля

Если бы они все знали. Если бы Клод знал, кто такой Капет, к которому он отправляет Розу, если бы Роза знала, какую роль Клод сыграл в судьбе её отца, о которой она тоже пока не знает. Да, некоторых вещей лучше не знать. Надеюсь, Роза хотя бы поначалу будет счастлива. Но надолго ли?
Записан

Convollar

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 6057
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10900
  • Я не изменил(а) свой профиль!
    • Просмотр профиля

Есть вещи, которые лучше не знать, но так ли это? Выбор всё-таки предпочтительнее делать осознанно. Хотя выбора у Розы особо не было. Односельчане постарались от неё избавиться, причём Клод это сделал как раз осознанно и искренне верил, что так лучше для Розы. Мачеха - это отдельная песня, таких особ угомонить можно только врезав палкой по темечку. Ведаст, ну что Ведаст, что-то увидел, разбираться особо не стал. А Капот её слушал и слышал, понимал и сочувствовал (или делал вид). 
Записан
"Никогда! Никогда не сдёргивайте абажур с лампы. Абажур священен."

Menectrel

  • Барон
  • ***
  • Карма: 174
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 183
    • Просмотр профиля

Война Королев: Летопись Фредегонды. Том Третий
 \01.02.24\

Содержание

0. Пролог – Краткий Пересказ событий Второго Тома

814 год от рождения Карломана Великого
Июнь (Брахманот «Переломник»)
Июль (Хеуимонат «Сенокосник»)
 
15 Июля 814 года
1. Важные Разговоры

16 Июля 814 года
2. Паучиха и Сколль (Предатель)
 
16 – 20 Июля 814 года
3. Две Девы
4. Волнующая Встреча

21 Июля 814 года
5. Майордом и Его Королева

21 – 25 Июля 814 года
6. Противостояние
7. Дело Чести
8. Правое Дело
9. Игры Оруженосцев
10. Король и Сколль (Предатель)




Арверния, Кенабумское Графство, Артайус

25 Июля  814 года
11. Участь Лесника

Арверния, Кенабумское Графство, деревушка близ Серебряного Леса

1 Августа 814 года
12. Выбор Розы


Арверния, Кенабумское Графство, деревушка Четыре Дуба

25 Июля  814 года
13. Четыре Дуба
Записан
"Мне очень жаль, что у меня, кажется, нет ни одного еврейского предка, ни одного представителя этого талантливого народа" (с) Джон Толкин

Menectrel

  • Барон
  • ***
  • Карма: 174
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 183
    • Просмотр профиля

С днем рождения, дорогой мой Соавтор! 8) 8) 8) Успехов в творчестве, вдохновения и сил! :D :D :D
Записан
"Мне очень жаль, что у меня, кажется, нет ни одного еврейского предка, ни одного представителя этого талантливого народа" (с) Джон Толкин

Карса

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 1028
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 682
  • Грозный зверь
    • Просмотр профиля

Хорошо ли знать будущее? Однозначного ответа нет (хотя я склонна считать, что человеку это знать не стоит). Норны, видимо, сочли, что Розе знать будущее не стоит. Что до осознанности выбора, то что могла выбрать Роза? Жизнь с мачехой, которая её ненавидит? Жизнь служанки в доме деда.. или не совсем служанки? По крайней мере, она свой путь выбрала сама, сама и пройдёт его до конца. Надеюсь, ей хватит на это сил. Очень хочется, чтобы она обрела если не счастье, то покой, пусть в далёком будущем. Пока же её путь определён - она уезжает с балаганом. Надеюсь, авторы расскажут нам о её дальнейшей судьбе.
Записан
Предшествуют слава и почесть беде, ведь мира законы - трава на воде... (Л. Гумилёв)

Артанис

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 3363
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 6226
  • Всеобщий Враг, Адвокат Дьявола
    • Просмотр профиля

Благодарю, эрэа Menectrel, лучшая из всех соавторов, за поздравление и за новые идеи! :-* :-* :-*
Надеюсь, и впредь будем стремиться к творческим успехам вместе!
Благодарю, эрэа katarsis, эрэа Convollar, эрэа Карса! :-* :-* :-*
Если бы они все знали. Если бы Клод знал, кто такой Капет, к которому он отправляет Розу, если бы Роза знала, какую роль Клод сыграл в судьбе её отца, о которой она тоже пока не знает. Да, некоторых вещей лучше не знать. Надеюсь, Роза хотя бы поначалу будет счастлива. Но надолго ли?
Всего люди, к сожалению, знать не могут. По крайней мере, на том этапе развития, что у нас тут показан. Сколько раз наяву люди совершают ошибки, а потом хватаются за голову: "Если бы только знали"!
Наверное, лучше все-таки быть готовым к будущей судьбе.
Хотелось бы для Розы хоть немного счастья на выбранном ею пути!
Есть вещи, которые лучше не знать, но так ли это? Выбор всё-таки предпочтительнее делать осознанно. Хотя выбора у Розы особо не было. Односельчане постарались от неё избавиться, причём Клод это сделал как раз осознанно и искренне верил, что так лучше для Розы. Мачеха - это отдельная песня, таких особ угомонить можно только врезав палкой по темечку. Ведаст, ну что Ведаст, что-то увидел, разбираться особо не стал. А Капот её слушал и слышал, понимал и сочувствовал (или делал вид).
У каждого свои мотивы, но все, кроме мачехи, искренне желали девушке добра. Предложили ей путь, близкий ее сердцу, не стали разлучать с любимым человеком, - что же еще надо?
Капет ее вправду понимал. Он ведь тоже не избалован вниманием окружающих, мягко скажем. У него с детства не было ни родных, ни дома. Так что найти в лице Розы родственную душу, для него настоящее чудо.
Хорошо ли знать будущее? Однозначного ответа нет (хотя я склонна считать, что человеку это знать не стоит). Норны, видимо, сочли, что Розе знать будущее не стоит. Что до осознанности выбора, то что могла выбрать Роза? Жизнь с мачехой, которая её ненавидит? Жизнь служанки в доме деда.. или не совсем служанки? По крайней мере, она свой путь выбрала сама, сама и пройдёт его до конца. Надеюсь, ей хватит на это сил. Очень хочется, чтобы она обрела если не счастье, то покой, пусть в далёком будущем. Пока же её путь определён - она уезжает с балаганом. Надеюсь, авторы расскажут нам о её дальнейшей судьбе.
Если есть варианты будущего, и можно выбрать, то лучше все-таки знать. Если же оно неизбежно, по крайней мере, знание будущего поможет подготовиться. Гораздо хуже и больнее, когда тебя застает врасплох то, чего ты совсем не ждешь.
Надеюсь, что Роза выдержит все возможные последствия своего выбора. И присоединяюсь к Вашему пожеланию, тоже желаю ей добра!
Авторы надеются, что напишут о судьбе Розы! Но сейчас пока что мы вспомним о некоторых других персонажах. хоть и связанных с деревенской линией.

Глава 13. Четыре Дуба (начало)

Деревня, где жили со своими семьями замужние дочери Аббона, и куда переехал после гибели сына сам лесоруб, носила название Четыре Дуба. Своим именем она была обязана, разумеется, четырем великолепным братьям-дубам, высоким и мощным, поднимавшимся к самому небу. Они возвышались над деревней, как исполинский зеленый шатер. Их могучие стволы были неохватной толщины, а кроны, под которыми гуляли и сидели здешние жители, казались целой рощей.

Четыре дуба были посажены четырьмя внуками Карломана Великого, умершего в 76 году, если считать от его рождения. После его смерти четверо внуков разделили его огромную империю, простиравшуюся от Окруженного Моря до Одера, от Северного Предела до Южного. Земля эта была столь огромна, что старший внук и наследник Карломана Великого, Ангерран I Мудрый, не в силах был управлять ею единолично. А трое его братьев и кузенов, сидевшие в своих владениях, гнули собственную линию, стремились править независимо. Нарастающие противоречия грозили перерасти в кровавую междоусобицу, если не сразу, то при ближайших потомках.

И вот, Ангерран Мудрый, первый король Арвернии вкупе с вассальной Арморикой, собрал своих родичей в ничем не примечательном месте неподалеку от Кенабума. Там был заключен договор о полюбовном разделе империи на четыре братских королевства. Четыре брата-короля обрели самостоятельные владения, и в память о своем договоре велели посадить четыре дубовых ростка. Они принялись, и со временем из них выросли огромные деревья. Четыре стороны света, четыре дуба, чутко ловящие ветер со всех сторон, четверо внуков великого императора, разделившие империю на четыре части-королевства...

Со временем под сенью четырех дубов выросла деревня. Она была больше и многолюднее той, что лежала близ Серебряного Леса. Находилась ближе к Кенабуму, и лежала вблизи Королевского Тракта, ведущего на юг. По нему можно было проехать в Окситанию, Нибелунгию, и еще далее. И всем, кто проезжал по Королевскому Тракту, не миновать было Четырех Дубов.

В этот день, двадцать пятого числа хеуимоната месяца, через деревню проехал, возвращаясь из Окситании, Аледрам, четвертый сын Карломана Кенабумского и Альпаиды. Он доставил тело своего таинственно погибшего начальника, великого секретаря Королевского Совета, в его родовой замок. И теперь возвращался в столицу, где за время его отсутствия произошли, как знал юноша, большие и тревожные перемены.

Проезжая со своим отрядом через Четыре Дуба, Аладрам почувствовал, как его конь оступился, потерял подкову. Он обернулся, услышав, как неподалеку стучит молот кузнеца. Над мастерской, стоявшей на окраине деревни, поднимался дым.

- Ну вот, придется задержаться, - усмехнулся юноша, минуя четыре исполинских дуба, подпирающих небо. Сделал знак своим спутникам: - Отдохните пока что в тени, а я заеду в кузницу.

В кузнице работал Клеф, зять Аббона, со своими подмастерьями. Увидев на пороге знатного посетителя, они учтиво поклонились.

- Здравствуйте, почтенные селяне! - приветствовал их Аледрам. - Мне нужно подковать коня, чтобы подковы не слетели до самого Дурокортера.

- О, до Дурокортера! - уважительно протянул Клеф, глядя на статного молодого рыцаря с длинным мечом на поясе. В этот миг он заметил на плечах юноши плащ с гербом сюзерена здешних мест, графа Кенабумского.

Подмастерья кузнеца, тем временем,  стреножили коня и крепко привязали его к коновязи, чтобы подковать. При этом они открыто восхищались красотой породистого скакуна.

- Ах, какой красивый конь, будто картинка! - восхищенно ахнул один из них. - Ноги, как у лани, а шея, а грудь!.. Да уж, такого коня не заставишь пахать землю или возить телегу!

Тем временем, Клеф разжег в горне огонь пожарче, закаляя подкову для коня. А Аледрам вышел из кузницы, с любопытством оглядываясь по сторонам.

Неподалеку, на берегу ручья, сидел на скамейке старик в черной длинной сорочке без украшений и таких же штанах, в знак траура. Это был Аббон. Он вырезал из дерева какую-то фигурку. Рядом с ним, справа и слева, сидели две девочки, с любопытством заглядывая, что делает дед.

- Дедушка, а что ты вырезаешь? - спросила старшая, девочка-подросток.

- Волка в короне, в честь нашего сюзерена, графа Карломана Кенабумского! - ответил Аббон.

Внимание Аледрама привлекло имя отца, и он стал прислушиваться. Юношу, как и самого Карломана, интересовала жизнь людей во всех проявлениях, даже простолюдинов, далеких от него, родственника короля.

- Дедушка, а чей он будет - мой или Виллы? - спросила вторая девочка, лет девяти, ловя стружки, вылетающие из-под ножа старика.

Аббон взглянул на внучку, на миг прервав свою работу, чтобы погладить туго заплетенные косички девочки.

- Поиграйте пока вместе, как положено сестрам! А потом я вырежу еще игрушку, чтобы хватало и тебе, Дада, и твоей сестре!

Рядом со внучками Аббон оттаивал хотя бы на время, и траур по сыну чуть меньше тяготил его. Внуки от дочерей, в особенности самые младшие, были ему отрадой.

Аледрам, видя, что старик, облаченный в траур, все-таки оживает рядом со своими внучками, заметно заинтересовался и подошел ближе. Ему хотелось бы хоть чем-то помочь доброму старику, если это возможно.

- Здравствуй, почтенный поселянин! - проговорил сын Карломана, подойдя ближе. - Пусть боги берегут тебя и твою семью!

Аббон глубоко вздохнул и поднялся со скамейки, сделав знак внучкам. Обе девочки, Вилла и Дада, поклонились приезжему, с любопытством разглядывая знатного рыцаря в богатом одеянии, с серебряной цепью на шее, приехавшего на прекрасном коне.

- Здравствуй, знатный гость! Да осветит Суль твой путь! - пожелал Аббон молодому человеку, учтиво кланяясь.

Аледраму захотелось расспросить старика, но он остерегался это сделать, чтобы ненароком не разбередить его горе. Оглянувшись, он увидел идущую через двор беременную женщину. Это была Итта, несущая отцу чашу с отваром.

Сын Карломана приблизился к ней. Расспрашивать ее было все же легче, чем старика, одетого в траур, ибо тот выглядел слишком печальным.

- Здравствуй, почтенная хозяйка! - улыбнулся сын Карломана.

- Ой, здравствуй, господин! - поклонилась Итта, насколько позволял уже большой живот. - Не желаешь ли поесть или хотя бы выпить воды?

- Нет, благодарю, - ответил Аледрам. - Я просто жду, когда твой муж подкует моего коня. А сам я - четвертый сын майордома Арвернии, графа Карломана Кенабумского. Возвращаюсь домой.

- Ой, господин! - Итта едва не выронила чашу из рук. - Твое посещение - великая честь для нас! Мой муж, кузнец Клеф, подкует тебе коня так хорошо, что он до самого Дурокортера не потеряет ни одного гвоздя из подковы, не изволь сомневаться!.. А я - Итта, дочь Аббона. Мой почтенный батюшка здесь, вместе с моими дочерьми, - она кивнула в сторону сидящего на скамейке старика.

Пользуясь случаем, сын Карломана тактично спросил молодую женщину о том, что неловко было спрашивать у ее отца:

- Я вижу, что твой почтенный батюшка одет в траур и угнетен горем... Должно быть, он недавно потерял супругу?

Итта покачала головой, и лицо ее омрачилось глубокой печалью, как и у ее отца.

- Увы, нет, господин! Моя матушка скончалась еще в Черный Год, от оспы. А ныне нашу семью постигло новое, неожиданное горе. Совсем недавно погиб мой младший брат. Они с батюшкой жили в другой деревне, что близ Серебряного Леса. Мой брат вернулся живым с Окситанской войны, а тут вдруг его растерзал лютый волк, возле самой деревни!

Аледрам склонил голову.

- Соболезную всей вашей семье, и особенно - твоему почтенному батюшке! Всегда тяжко, когда гибнут молодые! Но как это зверь мог растерзать человека летом, да еще у самого жилья? - юноша нахмурился. - Пожалуй, по пути отсюда я заеду в Артайус к бальи или же к барону Готье Вексенскому. Я, как сын графа Кенабумского, вправе дать разрешение на охоту за зверем-людоедом. Хоть я и спешу в столицу к отцу - да хранят его боги! Но нельзя пройти равнодушно мимо людского горя.

Итта взглянула на гостя широко распахнутыми от удивления глазами.

- Благодарю тебя, знатный гость наш, что принимаешь близко к сердцу беды простых людей!.. Но я должна передать отцу лечебный отвар... Его надо пить вовремя. В первые дни батюшка чуть не умер от горя. Только теперь начал немного оттаивать.

Итта подошла к отцу и подала ему чашу. Он положил на скамейку фигурку, которую заканчивал вырезать из дерева, и стал пить отвар. Итта тихо рассказала отцу о знатном посетителе.

Девочки же тем временем собрали упавшие стружки и стали играть, по очереди называя, на что похож каждый обрезок дерева, ожидая, когда им в руки попадет настоящий подарок.

- Спасибо, дедушка, за то, что ты вырезаешь для нас! - говорили они, ласкаясь к старику, а тот гладил их обеих по головам, вспоминая погибшего сына.

Итта же, взяв у отца опустевшую чашку, направилась обратно, мимо Аледрама, наблюдавшего за ее семьей. Проговорила, подняв на него глаза:

- Благодарю тебя, господин виконт, за твое внимание к нам, простым селянам!

- Не за что! - учтиво ответил сын Карломана. - Тем более, что твой покойный брат прежде был воином и сражался за Арвернию! Под чьим началом он служил?

- Под началом Одиллона Каменного! - Итта глубоко вздохнула. - Увы, война изменила моего несчастного брата до неузнаваемости! Он бы в нашей семье, как лучик света, а после войны приносил всем, особенно батюшке, одни огорчения. Но мы все равно скорбим о нем!

- Одиллон Каменный, - при этом имени Аледрам нахмурился, зная, что отряды этого военачальника были, по сути, карательными. - Что ж, он совершил много зла. Но он умер совсем недавно. Больше он никому не сломает жизнь.

- Увы, Фульрада все равно не вернешь, - вздохнула женщина и взялась руками за живот, думая о том, кто должен был родиться.

А Аледрам задумался, может ли он, сын майордома Арвернии, хоть чем-то поддержать эту семью.

Тут как раз Клеф привел юноше его коня, на ногах которого так и горели серебром новые подковы, и передал коня слуге юноше, что подошел к ним в этот миг.

- Работа выполнена, господин! - немногословно произнес кузнец.

- Благодарю тебя! Я вижу, что ты настоящий мастер, - с этими словами Аледрам отсыпал из кошеля пятьдесят монет и передал их кузнецу. Это была большая цена для деревенского мастера. Но юноша уверенно кивнул: - Бери! Я благодарен тебе и твоим близким!

- Спасибо, щедрый господин! - с достоинством отвечал Клеф.

Взяв деньги, кузнец вернулся в кузницу. А Аледрам, ведя коня за повод, подошел к Аббону, видя, что тот как раз закончил вырезать фигурку - волка с короной на голове.

Девочки все еще сидели рядом с дедом, но тут мать окликнула их:

- Вилла, Дада! Идите со мной, мне нужна помощь на кухне!

Они убежали впереди тяжело ступающей Итты. Аледрам же остался наедине со стариком.

- Очень красивая фигурка, искусной работы! - похвалил он резьбу Аббона.

Тот медленно поднялся на ноги перед сыном Карломана.

- Я всю жизнь управляюсь с деревом, вызнал его тайны, господин виконт! Но для меня большая честь, что сын самого графа Кенабумского столь высоко ценит мой скромный труд.

- Я прошу тебя, добрый Аббон: продай мне эту фигурку! - попросил Аледрам. - Волк в короне - эмблема моего отца, я хочу подарить ему это изображение. А ты еще вырежешь своим внучкам много игрушек!

Аббон на мгновение задумался, потом ответил юноше:

- Не ради твоих монет я согласен продать эту фигурку! Семья моей дочери заботится обо мне, да и сам я еще могу работать. Но из почтения к твоему отцу, знаменитому графу Кенабумскому, я продам тебе его олицетворение!

Аледрам передал ему еще пятьдесят монет в кошеле.

- Благодарю тебя, добрый Аббон! За этого волка мой отец, благородный граф Карломан Кенабумский, отыщет и покарает того зверя, что погубил твоего сына. Я обещаю!

На бледном, постаревшем на много лет лице старого лесоруба на миг мелькнула надежда.
« Последнее редактирование: 18 Мар, 2024, 05:13:03 от Артанис »
Записан
Не спи, не спи, работай,
Не прерывай труда,
Не спи, борись с дремотой,
Как летчик, как звезда.

Не спи, не спи, художник,
Не предавайся сну.
Ты вечности заложник
У времени в плену.(с)Борис Пастернак.)