Расширенный поиск  

Новости:

Итак, переезд состоялся :)  Неизбежные проблемы постараемся решить побыстрее. Старый форум доступен по ссылке kamsha.ru/forum

Автор Тема: Забытые или затерявшиеся смешинки в стихах и прозе  (Прочитано 1754 раз)

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

***
...Разряженная в чужой бархат и обвешанная чужими камнями Айрис Окделл вступила под своды Надора, презрительно глядя на замарашек-сестёр. Те зачарованно смотрели на дивное зрелище, одна попробовала дотронуться до прекрасного платья, но получила по рукам.

-- А ещё у меня есть красивые ленты -- с улыбкой профессиональной содержанки сообщила Айрис сёстрам. -- Но вам я их НЕ ДАМ!
14.07.08
prokhozhyj
*
Суза-Муза, кто он есть...

Проснувшись за полночь, Валентин несколько минут лежал, бездумно вглядываясь в темноту и прислушиваясь к тишине старого дома.
- Пора, - решился он, наконец, и злорадно улыбнулся. - Сегодня я ему покажу…
Вооружившись хитро изогнутым куском проволоки, он поковырялся в замке, пока тот не поддался, и, стараясь перемещаться бесшумно, вышел в коридор.
Двигаясь ощупью, Валентин неслышно продвигался вперед, и был уже близок к цели, как внезапно его рука, выставленная вперед, наткнулась на что-то мягкое.
- Кто здесь есть? – раздался шепот.
- Та, та, кто? – послышался второй.
- Катершванцы, - понял Валентин, и на душе стало спокойнее.
- Это я, Васспард! – отозвался он. – Вы что делаете?
- Мы хотели ему показать… - доверчиво отозвался один Катершванц.
- Та, та, мы очень хотеть… - подтвердил второй.
- Давайте показывать вместе! – обрадовался Валентин.
- Та, та, давайте! – подхватил кто-то из близнецов.
Дальше отправились втроем – впереди Катершванцы, за ними Валентин.
При выходе в зал внезапно послышался глухой стук и невнятное ругательство по-бергерски. Оказалось, Норберт налетел лбом на кого-то…
- Кто здесь? – испуганно спросил Валентин.
- Васспард, вы? – послышался голос отца Германа.
- Я… - растерянно ответил Валентин.
- И что вы тут делаете?
- Я… - Валентин попытался подобрать какое-то правдоподобное объяснение тому, что трое унаров делают ночью в коридорах, но второй Катершванц простодушно брякнул:
- Мы хотеть ему показать!
- Трогательное единодушие… - заметил отец Герман. – И мы с унаром Куньо тоже…
- Давайте показывать вместе! – вновь обрадовался Валентин.
Процессия из пяти человек направилась дальше, по пути пополнившись Арно Сэ…
Когда шестеро прибыли на место, они поняли, что опоздали. В лунном свете обомлевшие герои увидели, что у стены стоит и трудолюбиво занимается живописью Первый маршал Талига герцог Рокэ Алва…
15.07.08
фок Гюнце
Выбор

В этот день – День Выбора – он проснулся рано, и долго лежал, размышляя…
Много лет прошло с тех пор, когда он впервые многими трудами и кровью заслужил Право Выбора, но он еще ни разу не решался им воспользоваться. Другие, равные ему, а потом и его подчиненные, ровесники и более молодые без колебаний и сомнений делали свой Выбор, а он не мог… Собирался, решался, но когда доходило до дела, до самого Выбора, какая-то непреодолимая сила препятствовала сделать последний шаг.
Многие судачили о том, что он еще ни разу не выбирал. Кто-то – с недоумением, а иные – и посмеиваясь… Он знал об этом. Знал, но ничего не делал, чтобы пресечь кривотолки. Он был выше этого – внешне – но в глубине души сознавал, что теперь, когда четвертый десяток лет подходит к концу, дальше так продолжаться не может… Сегодня он дал себе слово – что бы ни случилось, но он сделает свой Выбор, наперекор всему и на глазах у всех…

Время тянулось мучительно долго. Близился полдень, и все повторялось. Вновь один за другим его товарищи, соратники, друзья и недруги совершали Выбор, а он не мог… Не решался… Жизнь продолжалась, кто-то что-то говорил, люди приходили, уходили, суетились, а ему казалось, что сотни глаз устремлены на него в ожидании, когда он, наконец, изменит своим странностям и, как все, сделает Выбор. Ни на кого не глядя, он внешне невозмутимо смотрел перед собой, и никто не мог догадаться, какая буря чувств бушует под этой ледяной маской…

Неожиданно в ритуал, освященный веками, непрошеной гостьей пробралась пауза, и в это миг он, наконец, принял решение. Оглядев собравшихся, он остановил взгляд на Ожидающем Выбора, собрал волю в кулак подобно пловцу, бросающемуся со скалы в море, подавил волнение и словно со стороны услышал свой ленивый баритон:
- Герцог Ричард Окделл! Я, Рокэ, герцог Алва, Первый маршал Талига, принимаю Вашу службу!
16.07.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

Кошмар во дворце - III. В поисках выхода

- Это все Айрис… - злобным тоном заявил Ричард Придд, глядя на дверь, захлопнувшуюся за Робером Приддом и украдкой выплевывая на ладонь два выбитых зуба. – Кошка закатная… Пока Иноходец с ней не познакомился, он таким не был… Он был таким тихим… таким мирным… Ласковым...
Ричард тихонько всхлипнул.
- Седьмые штаны! – не слушая Дика, сокрушенно высказался о своем Альдо Придд, рассматривая бело-золотое великолепие, непоправимо испорченное кровью. – Что делать? Портные уже не хотят шить в долг… Может, начать носить фиолетовые с серебром?
- Обидно же! – убежденно заявил Дик.
- Без штанов ходить еще обиднее. И холодно! – не менее убежденно возразил анакс. - И как древние ходили? Ветер, комары, пыль…
- Они ничего не понимали! – брякнул Дикон и сам испугался.
- Ты много понимаешь! – обиделся за древних Альдо. – Вот что теперь делать? Так и будем страдать?
- А я знаю, что делать! – Дикон обрадовался простой и красивой мысли, неожиданно пришедшей ему в голову. – Надо спрятаться. В Ноху. Эр… Ну, словом, Ворон – он добрый! И Приддов любит! Он нас защитит!!!
- Ворон? – Альдо удивленно посмотрел на Дика, подумал и решительно заявил. – А что, это мысль! Хорошая мысль! Не гадюка же он какая-то, в самом деле! Поехали в Ноху! К Ворону!
Он замешкался и пригорюнился:
- Только вот где штаны взять? К Ворону без штанов ехать как-то неудобно… Не так поймут…
16.06.08
фок Гюнце

Кошмар во дворце - IV. Выход...

К Алве добирались с приключениями.
Проблему штанов, правда, решили быстро – Альдо решительно разоблачил ближайшего гимнета. Тот остался нести караул без штанов, но, впрочем, и без эмоций по этому поводу.
- Как древний воин! – порадовался за него Дик.

Приключения начались в Нохе. Кардинал с интересом рассматривал государя и его приближенного, впрочем, не задавая вопросов. То ли был хорошо воспитан, то ли вопросы не требовались… Допускать Альдо к Рокэ он не спешил, настойчиво домогаясь объяснений причины королевского визита.
- Узника хорошо стерегут, убежать, как я Вам говорил, он не может, но, скажу Вам прямо, настроен к Вам он не слишком благожелательно, - повторял Левий, поглаживая кошку. Та сидела не кардинальском плече и неприязненно рассматривала гостей. – К чему Вашему величеству тратить на него Ваше драгоценное время?
- Поймите, то, чего я хочу, никак не нанесет ущерба узнику и кому бы то ни было, и будет направлено лишь на всеобщее благо! – упрашивал его Альдо. Кардинал только скептически покачивал головой.
В конце концов, кардинал сдался и, видимо в знак доверия, отправил в качестве провожатого не пару своих воинов, а только тщедушного агнца – секретаря.
Дикон рано обрадовался. Когда дверь перед посетителями отворилась, Альдо издал сдавленный звук и рухнул на руки Дику, от неожиданности чуть не уронившему государя. В небольшой уютной комнатке сидели двое – Алва и Робер…
- Чему обязан? - Ленивый баритон эра вызвал у Ричарда Окделла (тьфу! Придда, конечно же Придда! Надо привыкать!) щемящие воспоминания… - Ричард, благоволите успокоить вашего… сюзерена…
Дик принялся утешать Альдо, и тот – сильный человек, что ни говори – наконец, справился с собой и, пугливо поглядывая на Робера, заговорил:
- Мы тут… Придды… пришли… по государственному делу…
- Придды? Опять Придды… Слишком много вас… - неожиданно мягко сказал Алва. - Говорите, по государственному делу? – с легким интересом переспросил он. – Интересно…
- Но… Я бы хотел наедине… - замялся Альдо.
- А Ваш Первый маршал к государственным делам не имеет отношения? Любопытно…
- Глаза бы мои его не видели! – прорвало Альдо. - Он не Иноходец, а гадюка какая-то! Дерется!
- С кем дерется? – явно заинтересовался Алва.
- Со мной! Бьет! Меня побил. Вон, Дикона побил. А Дикон – Придд молодой, начинающий, его пожалеть надо!
- И сильно бьет? – сочувственно поинтересовался Рокэ.
- Да! И сильно, и больно! Только на Вас вся надежда! Объясните ему!
- Это правда? – спросил Алва Робера. – И зачем Вы это делаете?
- Обычай у меня такой, - твердо ответил Робер.
- Откуда обычай?
- Добрые люди подсказали…
- Пора бы отвыкать, - наставительно заметил Алва. – Впрочем, Вам виднее. Добрые люди зря не подскажут... Ну что же, Робер, не смею Вас больше задерживать… Жду к вечеру… А Вы, господа, побудьте пока у меня и не бойтесь – со мной Вас никто не тронет. Пройдите, пожалуйста, в соседнюю комнату и располагайтесь. Не туда! – там будуар королевы! Дик, опять подглядываете?
Альдо поспешно захлопнул открытую было дверь, за которой потрясенный Дик успел заметить дыбу, жаровню и разбросанные в художественном беспорядке плети, клещи и кэналлийские сапоги…
Гости, волнуясь, проследовали в соседнюю комнату и, потрясенные, замерли у входа. В достаточно просторном помещении, обильно украшенные шишками и синяками, располагались на кроватях и в креслах все члены Совета.  В полном составе…
16.07.08
фок Гюнце
****

Синие фасетчатые глазки
Ждущие меня под сенью пней...
Расскажи мне, киркорелла, сказку
Про свои страданья прошлых дней.
23.07.08
Janis
– Нас обманом из норы достали,
Заточили в тесные горшки,
И на галеасы намотали
Киркорелл несчастные кишки!
23.07.08
prokhozhyj
- А еще они - наверно, спьяну,
В этот роковой недобрый час
Оскорбили племя пауканов,
Перемазав яркой краской нас!!!
23.07.08
Janis
А потом красотками топтали,
Подрубали лапы, словно пни,
И достали... Ох, как нас достали!
Злые, нехорошие они!
– На потеху публике досужей
Расписали в книжках наш удел,
Да ещё твердят: "Поёте хуже!
Недостойно злобных киркорелл!"
23.07.08
prokhozhyj
Пнями одинокими рыдаем...
Можем доказать вам сей же час -
Мы - певцы, и мы об этом знаем!
Просто люди недостойны нас!
01.08.08
фок Гюнце
Вообщем, так. В обиде благородной
Сговорились мы уйти в Алат.
Горный воздух там вдохнем свободный,
И Альберт, бесспорно, будет рад.
Мы оставим угнетателей неверных
Спорить с беспощадною судьбой.
Раз не ценят - значит, сотни древних
Тайн навеки унесём с собой.
Будем мы служить Альберту честно,
Всяким маршалам пусть ставят нас в пример.
И певцы расскажут повсеместно
Всё о доблести великих киркорелл.
02.08.08
Hatifnatt
Над седой равниной моря киркореллы грозно реют,
Между тучами и морем черным воронам подобно...
08.09.08
фок Гюнце
А на дне несметным войском огурцы морские зреют,
И пиратский флаг латая, косятся на небо злобно.
08.08.08
Hatifnatt
Зверь Раканов робко прячет тело жирное в утесах.
"Буря! Скоро грянет буря!"... Это все его пугает...
И ызарги тоже стонут, стонут, мечутся над морем.
Этот стон у них от века кличем боевым зовется.
08.09.08
фок Гюнце
Черный лев, делясь с нар-шадом своим личным львиным горем,
Клич услышав, в страхе жутком вглубь пустыни унесется.
08.08.08
Hatifnatt
Только гордые ызарги, боевые киркореллы с голотуриями вместе
Реют смело и свободно над седым от пены морем...
08.09.08
фок Гюнце
Капитан, чей взор бесстрашный вдруг заметит эту стаю,
Отвернет с пути галеру, просто так, на всякий случай...
08.09.08
C@esar
И на дно морское спрячет свой корабль, не ожидая,
Когда страшные созданья атакуют грозной тучей.
08.09.08
фок Гюнце
Ох, наивный! У придонья огурцов жестоких стая
Подкрадется. Как обычно, спишут на несчастный случай.
08.09.08
Hatifnatt
Опустело сине море. Боевые киркореллы с голотуриями вместе
Под прикрытием ызаргов уж на сушу устремились...
08.09.08
фок Гюнце
И тому ведь подтвержденье безусловное есть в тексте:
Те агарисские крысы - с кораблей бежать решились.
08.09.08
Dolorous Malc
Крысы те - подобье Молний,
Огурцы - подобны Волнам,
Киркореллы - словно Ветер
И ызарги точно Скалы...
Содрогнулась Кэртиана...
09.09.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

Нервный срыв или сага о том, как малые причины рождают великие последствия

Далеко заполночь вдрызг пьяный Рокэ сидел на полу кабинета и, заливаясь слезами пил... Пол был залит слезами Первого маршала, в которых плавали пустые бутылки.
Слуги соберано столпились у дверей кабинета и подслушивали, пытаясь понять, что случилось с их хозяином. Однако им удавалось разобрать немногое...
- Неверная! - периодически доносились из-за запертой двери жалобные возгласы. - Я ли тебя... Как родную... И дыба с жаровней... И сапоги кэналлийские... И сапоги простые, горнострелковые...  (Всхлип) И Штанцлер... А ты... За что?!
Раздалось продолжительное бульканье.
- Хуан!!! - закричал соберано. Тот стремительно ворвался в кабинет.
- Где воюют? - заплетающимся языком спросил Рокэ.
- Не могу знать! - четко отрапортовал Хуан.
- Болван! - отреагировал Алва и уронил голову на грудь. Хуан потоптался в нерешительности и собрался было покинуть кабинет, как вдруг маршал вновь подал признаки жизни.
- Пусть воюют! - заявил он. - Распор-р-рядись! Я ни мминуты тут не останусь, в этом гнез-з-де с ырраз... ырза... азыргами и Катаринами...
Хуан растерялся было, но взял себя в руки.
- Кому с кем прикажете? - деловито спросил он.
- Пусть воюют! Кто хочет с кем хочет! - твердо ответил Рокэ и присосался к очередной бутылке. - Какая разница? Мне Катари изменяет, у меня нервный срыв, понимаешь, а ты... ты... Жестокие вы, бессердечные... Никто меня не понимает...
Маршал опять всхлипнул.
- На севере Вы уже воевали, на востоке воевали, на западе воевать не с кем - Вы там живете... - начал размышлять вслух Хуан.
- Умница! - возопил Рокэ. - Дай я тебя поцелую! На юге! Подбери там кого-то и пусть воюют! А я поеду, развлекусь...
Хуан помчался исполнять приказ. Алва несколько минут смотрел ему вслед, а потом пробормотал:
- А братьев ее я все же убью... Пусть знает, неверная!
07.10.08
фок Гюнце
*
Обижали люди Дика...
Хотя милый, славный Дик
Одиноким был и тихим -
Не свиреп был и не дик.

Люди Дика обижали,
Оскорбляли, унижали,
Часто думать предлагали...
Он старался, бедный Дик,

Но его ругали: "Мало!"
И язвили, словно жалом
Словно бы им не хватало
Недостатков у других...

Благороднейшие эры!
Показали бы примеры,
Преисполнились бы веры,
Что исправится наш Дик!

По делам вы не судите,
За предательства простите,
Душу юноши поймите -
Он страдает, бедный Дик!

Ошибаться каждый может -
Кто украдкой яд подложит,
Кто-то друга уничтожит,
Кто-то в спину вонзит ножик,
А обруган только Дик.

Пощадите, люди, Дика!
Он невинен, мил и тих,
Только вот скажите честно:
Пожалел ли бы вас Дик?
09.10.08
фок Гюнце
*
- Оправдали, значит, Окделла-то нашего, - сказала фок Гюнце его служанка.
Фок Гюнце несколько лет назад, после того как Высокая Комиссия признала его членом Зеленого Форума, обосновался на форуме и теперь пробавлялся преимущественно написанием миниатюр, безобразных уродцев, которым он измышлял фальшивые литературные достоинства.
Кроме того, он страдал графоманией и в настоящий момент строчил эпическую поэму «Песнь о моем Дике», которую намеревался выдать за перевод с кэналлийского.
- Какого Окделла, пани Мюллерова? – спросил фок Гюнце, не прекращая писать. – Я знаю двух Окделлов. Один служил при дворе Эрнани Последнего. Как-то раз по ошибке он убил Алву, за что и претерпел; а был еще Эгмонт, тот который только хотел убить Алву. Обоих ни чуточки не жалко.
- Нет, сударь, Ричарда Окделла. Того, который жил в доме Алвы, того молодого, придурковатого.
- О, зегнершафферен! – вскричал фок Гюнце. – Вот те на! А как это с герцогом приключилось?
- На Форуме его оправдали, сударь. Напился он у куртизанки, спать лег…
- Скажите на милость, пани Мюллерова, напился у куртизанки! Конечно, такой барин может себе это позволить. А наверное, и не подумал, что попойки могут этим кончится. Да еще у куртизанки… Герцога, значит, оправдали. Долго мучились?
- Тут же и оправдали, сударь. Известно, с герцогами шутки плохи.
- Иного герцога, пани Мюллерова, хоть лопни – не оправдаешь. Таких герцогов – пропасть. Но для Ричарда Окделла, наверное, придумали что-нибудь этакое, особенное…
- Там, говорят, народу было много, сударь.
- Разумеется, пани Мюллерова – подтвердил фок Гюнце, заканчивая поэму и нажимая кнопку «Отправить». - Если бы Вы, например, пожелали оправдать герцога Окделла или государя Альдо Первого, Вы бы обязательно с кем-нибудь посоветовались. Ум хорошо – два лучше. Один присоветует одно, другой – другое, «и путь открыт к успехам», как поется в чьем-то гимне…
10.10.08
фок Гюнце
*
А уже на следующий день газета "Столичные Хроники" вышла с передовицей "Внесудебная рассправа".
"Вчера во Дворце Правосудия" состоялся суд над герцогом Ричардом Окделлом. Присяжные учитывая юный возраст подсудимого, его житейскую неопытность, а также свойственные ему мечтательность и внушаемость вынесли оправдательный вердикт. Ричард Окделл искренне поблагодарил членов Суда и клятвенно заверил что приложит все силы для того, что бы оправдать оказанное ему доверие, а так же сделает всё возможное, дабы искупить хоть малую часть своих грехов.
Но радость собравшихся была недолгой. Едва герцог покинул Дворец, как к нему подскочили четверо в масках и прежде чем Окделл успел спросить: "За что?", крикнули: "За Алву! За Талиг! За Надор! За всё хорошее!" и нанесли ему четыре удара - "Словом", "Делом", "Примером" и "Наукой". Во всяком случае, по показаням очеведцев, именно эти слова были написаны на дубинах. Приехавшие в последствии медики, обнаружили что все четыре удара были смертельными. Неизвестные, выкрикнув на последок: "Правосудие свершилось!", бросили на площадь пачку листовок и скрылись. Ниже мы приводим текст агитки.
"Мы не согласны с политикой всепрощения и попустительства которую проводит Суд. Мы берём правосудие в свои руки и сделаем его подлинно справедливым и беспристрастным. Все ответят за содеяное, да так, что им мало не покажется.
                                                   Месть. Кара. Расплата. Возмездие."
10.10.08
Лукач
*
Отрывки из "Биографий", хранящихся в библиотеке Менина.

Первый маршал Талига был существом со слабой нервной системой, часто страдал нервными срывами и не владел собой.
Еще будучи полковником, он часто, нервничая, убивал генералов. В попытке сохранить поголовье генералов его сделали маршалом, но это не помогло. Став маршалом, генералов он уже не убивал, а расстреливал. Во время нервных припадков Рокэ Алва приобрел  также странную привычку взрывать скалы.
А еще частые нервные срывы маршала сопровождались поезками на войну...

Семья Дораков придерживалась строгих правил. Юного Квентина учили писать по гербовнику, так что мальчик старательно переписывал фамилии всех титулованных дворян Талига с именами членов их семей.
Когда мальчик немного подрос, его заставляли переписывать гербовник наизусть. Первые фамилии (Алва, Савиньяки, Ноймаринен) запали ему в голову так твердо, что их он уже и не писал...
Эта привычка сохранилась у Квентина и в зрелом возрасте, так что он зачастую в минуты отдыха брал лист бумаги и для развлечения заполнял его фамилиями и именами дворян Талига.
Однажды этот список попал в чужие руки...
13.10.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

Святой Баловник
Это смиренное, кроткое и добродетельное создание, всю жизнь ходившее в незлобии, много лет с честью служило Повелителям Скал. Если бы не сомнительное происхождение, оно с полным правом могло бы быть причисленным к Людям Чести наравне с морским огурцом...
В знак траура по утраченной Великой Талигойе и протеста против произвола приспешников узурпатора Баловник всегда носил короткий хвост.
Как и все истинные талигойцы, Баловник немало пострадал от прихвостней Олларов. В частности, он был изгнан из столицы происками Первого маршала Рокэ Алвы, но и в несчастии сохранил твердость и величие духа. Наградой за это для Баловника явилась возможность посрамить Кэналлийского Ворона, что редко удавалось истинным Талигойцам (см. пост № 1 данной темы).
В трудный и ужасный миг испытаний истинные и неизменные эсператистские добродетели святого, его честь, твердость в вере, неизменность помыслов и преданность спасли Баловника, отвратив от него козни демонов, устрашившихся истинной веры.
14.10.08
фок Гюнце
*
К сожалению один подвиг Святого Баловника остался незамеченным, а потому и неоценённым. Впрочем добрый конь привык верой и правдой служить обитателям Надора и не ждал наград за то, что почитал своим Долгом и Обязанностью.
Когда в надорской конюшне появился прибывший из Олларии новичок Бьянко, прозорливый Баловник сразу насторожился. Нет, неспроста коварный кэналлиец заслал его в обиталище герцогов Окделл. И первая же конная прогулка Айрис подтвердила подозрения Баловника. Разве может действительно добрый, придерживающейся истинной веры конь развивать такую скорость? Ни один из надорских одров, а все они свято блюли традиции и потому были подлинно добрыми конями, не мог скакать и в половину так быстро, как мчался Бьянко. Увидев это Баловник окончательно утвердился во мнении, что это проделки Леворукого и его главного приспешника. Ему открылось, что Бьянко обуян демонами, которые вселилсь в коня, дабы пробраться в Надор и изнутри сокрущить эту твердыню истинной веры.
Укреплённый осознанием той ответствености, которая легла на его холку, Баловник, которому подлинная вера придала сил и решительности, обрушился на демонов. И сокрушил их. К несчастью Бьянко не пережил акта экзорцизма, проживание под крышей подручного Зеленоглазого развратило коня и подточило его дух.
Но коварство слуг Повелителя кошек не знает предела. Даже блистательную победу Баловника они смогли обратить себе на пользу. Смерть Бьянко стала причиной размолвки между вдовой и дочерью Эгмонта. В результате чего Айрис покинула отчий дом и отправилась в гнездо разврата, подлости и прочих мерзостей. Но Святой Баловник не дремал. Он взялся сопровождать неразумное дитя. И как мы знаем не напрасно. Его прибытие в Олларию ознаменовалось ещё одним триумфом в борьбе со злом, которой Баловник посвятил свою жизнь.
Вот что ИСТИННАЯ ВЕРА делает. Ах, если бы люди почаще слушали своих лошадей. Скольких бы бед они могли избежать.     
14.10.08
Лукач
*
Королева Алиса очень любила моду и покровительствовала изящным искусствам.
В частности, будучи страстной поклонницей модернизма, она завела в покоях мебель разработки лучших дизайнеров Дриксен. Среди наиболее прогрессивных образцов мебели особенно выделялся шаддийный столик с вращающейся столешницей...

Соберано Алваро Алва, как и все представители его рода, был очень нервным человеком и любил теребить все, что попадется в руки. Если же то, что попадалось в руки, тереблению не поддавалось, он это крутил. Например, будучи приглашен к августейшей чете на чашечку шадди, он от нечего делать крутил вращающуюся столешницу...
17.10.08
фок Гюнце

Его Величество Франциск Второй очень любил шадди. Но уступая пожеланиям супруги пил шоколад и травяные настои, Алиса полагала что они полезнее для здоровья. Как же он был рад, когда увидел на столе именно шадди. Ради этого Франциск был готов простить Алве даже его невыносимую привычку теребить что попало. И когда герцог начал вращать столешницу, король попрусту растерялся, такого он никак не ожидал. Чашки с обожаемым напитком проносились мимо, со всё возрастающей скоростью, и перехватить их не было никакой возможности. Потеряв терпение Его Величество только открыл рот, что бы со всей решительностью призвать кэналлийца к порядку. Но в это время шадди, подчиняясь центробежной силе покинул чашки и устремился в лица собравшихся. Королева и герцог, которые терпеть друг друга не могли и потому хранили молчание, что бы ненароком не устроить словесную перепалку. Они отделались мокрыми лицами. А вот король, видя летящий в него шадди, непроизвольно глотнул и пожаловавшись на отвратительный вкус во рту, отказался от обеда и попросил что бы его оставили в покое. Через два часа супруга обнаружила что он мёртв.
Но Франциск Второй нестал последней жертвой коварного напитка. Впереди у шадди была многолетняя охота за кардиналом Сильвестром, которая так же завершилась победой напитка.   
17.10.08
Лукач
*
За окном творилось что-то мерзкое. То ли дождь, то ли снег сыпал из низких рваных туч, несущихся над самой землей. Мерзко подвывал ветер.
Занес меня Леворукий в эту Олларию… А в Агарисе сейчас тепло, приятно… - подумал Альдо Ракан, с тоской глядя в окно.
Дурное настроение анакса можно было извинить – он плохо спал ночь. Волновался. Да и кто бы не волновался перед первой в жизни встречей с Повелителем Ветра?
- Зато просидел бы всю жизнь в этой дыре и никогда бы не встретился с Рокэ, - утешил себя анакс и кликнул слуг умываться.
Быстро умывшись и наскоро прожевав завтрак, Альдо принялся готовиться к встрече. Приказав подать себе одежду для выхода, он замер в раздумьях. Для начала его смутили белые, шитые золотом штаны. Самому Альдо они безумно нравились, но сейчас он вдруг задумался – Первый маршал Талига слыл большим эстетом.
- А ну как не оценит? – волновался анакс. – Сочтет разфуфыренным провинциалом? Посмеется? Всерьез не воспримет? Нет, белые штаны нельзя…
Подумав, он начал влезать в роскошный костюм, розовый с золотом, но остановился, пораженный внезапной мыслью:
- Нет, лучше не надо. Бестактно. Возгордился, скажет, достаток выпячиваю…
Отвергнутый костюм отправился к белым штанам, а Альдо остановился на чем-то бесформенном, коричного цвета…
- Нет, и это не подойдет, – уже почти закончив облачаться, осознал он. – Неуважительно. Не к кому попало еду – к самому Рокэ Алве! Сочтет за пренебрежение…
Разоблачившись, он замер в раздумьях, и в это время в дверь постучали.
- Ну кто там еще? – нетерпеливо крикнул Альдо. Дверь нерешительно приоткрылась и перед анаксом предстал Повелитель Скал.
- Ну, что тебе нужно, паршивец? – выкрикнул Альдо – нервное напряжение анакса требовало выхода. – Зачем приперся? Видеть тебя не хочу!
- Я… я… - залепетал насмерть перепуганный Дик, пытаясь понять, какие кошки укусили обожаемого государя.
- Что «ты»… - передразнил его Альдо. – Опять отравил кого-то? Или предал? Или очередную клятву нарушил? Вот из-за таких, как ты, нас и не любят. Я еду к твоему эру просить прощения за все твои художества. Он ведь тебя кормил, поил, лечил, учил, одевал, обувал, защищал. А ты его как отблагодарил,? Уйди, противный!
Глаза Дикона стремительно набухли слезами. Несчастный Повелитель явственно всхлипнул и исчез.
- Зря я так, - с раскаяньем подумал Альдо. – Мальчишка же совсем, молодой, неопытный. Жизни не знает. Детства не было, отец погиб, мать ругается, сестра дерется… Вот и попался в сети Штанцлера…
- Войди, противный! – крикнул анакс. Дикон немедленно появился вновь.
- Ладно, ладно, не реви, - успокаивающе произнес Альдо. – Все еще не так страшно… Знаешь что… Отправляйся-ка ты к Придду.
- К этой каракатице? – возмутился было Дик.
- Еще раз услышу такое – совсем рассержусь, - посулил Альдо. - Герцог Валентин-Отто Придд – никакая не каракатица, а весьма разумный и достойный молодой человек. Я ему сейчас напишу письмо и попрошу тебя приютить. А ты поживешь у него в доме и будешь во всем ему подражать. И учиться. Понял? И пока не станешь таким, как герцог Придд, чтобы ко мне не приходил.
Покончив с Окделлом, анакс вновь приступил к облачению. Теперь и костюм выбрался легко, и настроение заметно улучшилось.
- А мальчишка успокоится, - подумал он про Окделла. – Еще и какое-нибудь пророчество к случаю подберет. Мол, Повелители должны стать единым целым. Вот пусть и станет подобен Придду – это куда достойнее, чем кому иному. А там, глядишь, и до Алвы доберется…
Помечтав о вечном и недостижимом, Альдо начал вспоминать, все ли он сделал как нужно.
- Что там Высшие Силы подсказали? Письмо Мэллит написал, - вспоминал он по пунктам. – Мол, прости милая, я тебя недостоин, а вот Робер Эпине тебя любит и ждет. Про розы упомянул. Счастья пожелал. Что еще? Штанцлера в Занху отправил. Налоги снизил. Ноймаринену обоз с ядрами и порохом послал…
Все же ощущение чего-то несделанного не проходило. Вздохнув, Альдо понял, что без обращения к Высшим Силам не обойтись.
Анакс запер дверь и осторожно достал из тайника священный артефакт, позволяющий Избранным познать волю Высших Сил. Со священным трепетом Альдо коснулся матовой поверхности предмета, созданного в незапамятной древности теми, кто был превыше людей. Руки сами собой пробежали по странной, узорчатой поверхности святыни и свершили Зов Высших Сил. Перед трепещущим в ожидании чуда анаксом как обычно, само собой возникло Слово древнего, божественного языка, недоступного людям:
http://kamsha.ru/forum
Покой анакса озарился божественным зеленым сиянием…
21.10.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

Если где-то трясется суша,
Если в море неладно тоже,
То во всем виноват Дикуша,
Потому что: а кто ж еще же?

Если что-то не так в Талиге,
Если бунты страну гложут,
Знай: во всем виноват Сильвестр!
Ну и Дикон, конечно, тоже.

Если тучи ветер развеял,
И враги удирают лихо,
Это Алва в страну вернулся,
А во всем виноват Дикон!

Если серыми стали будни,
Если моль расправляет крылья,
Это дело рук Мирабеллы!
И про Дика мы не забыли…

Если яркая личность таится
Под холодной и чопорной маской,
Значит, видим мы герцога Придда,
Ну а Дикон здесь… для контраста.
25.10.08
C@esar

Если тихо на синем море,
Если суша спокойна тоже.
Значит Ричард уснул на ложе
Или умер, нам всем на горе.
25.10.08
Лукач
*
Ну что же… Самое главное я, оказывается, сделал, - через 120 минут удовлетворенно вздохнул Альдо, прекращая общение с Высшими Силами. – А Силы, оказывается, тоже разные… Некоторые и вовсе застрелиться советуют… А ведь грех… Ладно, стреляться еще подожду… А пока доделаю мелочи
Альдо отпер дверь и приказал дежурному гимнет-капитану:
- Распорядитесь немедленно послать гонца к госпоже Оллар и от моего имени пригласить, именно, пригласить ее к супругу в Багерлее. Да полюбезнее. И по дороге приподнесите ей букет гиацинтов. И второго гонца – к коменданту Багерлее, пусть срочно приготовит камеру для госпожи Оллар. Между камерами герцога Алвы и Фердинанда Оллара. И того же качества.
Покончив и с этим делом, анакс, наконец, направился в Багерлее.
Изрядно промерзнув в карете, волнующийся Альдо оказался перед дверью камеры. Комендант вошел первым и доложил дрожащим голосом:
- К Вам его Величество Альдо Первый Ракан. Прикажете просить?
- Ну зачем он так? – занервничал Альдо. – Невежливо… Мог бы и помягче. Мол, принять просит. Не откажите…
- Ракан? – донесся из-за двери ленивый баритон, и у Альдо забилось сердце. – Ну, пригласите вашего Ракана. Раканам, как и дамам, отказывать неприлично…
Альдо набрал полную грудь воздуха и вошел…
В просторной прихожей тюремной камеры Рокэ Алвы было уютно и тепло. С наслаждением избавившись от верхней одежды, принятой расторопным слугой кэналлийского вида (а ведь маршал и не подозревал, сколько труда потребовалось, чтобы найти в пределах Кольца Эрнани кэналлийцев и пригласить их послужить соберано!) Альдо прошел во внутренние покои.
Там было еще теплее. Покои были убраны кэналлийскими коврами, купленными анаксом за большие деньги. На стенах висели странные языческие инструменты (видимо, музыкальные), шпаги, рапиры, цвайхандеры, эспадоны и еще что-то. На столе стояли бутылки с кэналлийским. Словом, Альдо остро позавидовал герцогу.
- Умеют же некоторые устраиваться! – подумал он. – Им все само в руки идет. А у меня во дворце – голо, пусто, неуютно.
- Располагайтесь, – вежливо пригласил его узник. – Вино, шадди, ликеры? Касера, наконец?
Маршал привстал с дивана, на котором полулежал до этого, держа в руках какую-то книгу.
- Не надо, не надо, - испугался Альдо. - Не утруждайтесь... Я и сам могу...
21.10.08
фок Гюнце

Устроившись поудобнее, Альдо начал дозволенные речи.
- Герцог! – патетическим тоном произнес анакс. – То, что я Вам расскажу, касается благополучия и, скажу больше, судьбы всего нашего мира, и должно остаться глубочайшей тайной. Поэтому я попрошу Вас приказать оставить нас одних.
- Оставить нас наедине друг с другом? – переспросил Алва светским тоном. – Если мы останемся одни, каждому из нас будет затруднительно общаться с собеседником. Впрочем, в таком случае и собеседника у каждого из нас не останется…
Пока сбитый с толку Альдо собирался с мыслями, Алва сделал легкое движение рукой, и слуги немедленно вышли в другое помещение.
- Продолжайте, не стесняйтесь, - поощрил анакса Алва и налил себе стакан вина.
- Я хочу открыть Вам, герцог, одну важнейшую тайну: то, чему нас учили – неправда! – понизил голос Альдо.
- Ну, надо же! – огорчился за анакса Алва. – И Вам не повезло с учителями? Увы, но уровень современного образования оставляет желать лучшего. Впрочем, Вы не расстраивайтесь – при должном старании и прилежании для Вас ничего пока не потеряно. Меня, например, считают неплохим фехтовальщиком, хотя если бы Вы знали, кто меня учил фехтованию в Лаик, Вы бы очень удивились.
Беседа начала заходить куда-то не туда. Альдо помялся, налил вина себе, залпом выпил и решил продолжить под благожелательным взглядом Рокэ.
- Я имел в виду историю…
- И это тоже, - вздохнул Алва. – Преподавание истории – это вообще бич Кэртианы. Хотя с этой бедой Вам, скорее, следовало бы обратиться не ко мне. Если пожелаете, у меня дома есть настоящие специалисты, так что я мог бы снабдить Вас рекомендательными письмами…
- Вы имеете в виду, в Кэналлоа? – оторопел Альдо.
- В Кэналлоа, или на Марикьяре. Могу также порекомендовать маркграфство…
- Спасибо, но лучше не сейчас, - вывернулся Альдо. - Я хотел поговорить о другом…
- О землеописании? – предположил Алва. – или о поэтике?
- Не совсем… Об истории, но не о той, что преподают, а о той, что случилась на самом деле.
- Ну что за чушь я несу? – мелькнула в голове Альдо мысль. Судя по выражению лица Рокэ, его эта же мысль посетила чуть раньше.
- Вот когда эти две истории начнут совпадать, тогда беспокоиться будет незачем, - наставительно произнес Алва. – Я имею в виду, конечно, Вашу озабоченность уровнем собственного образования.
Альдо вздохнул. Алва тоже вздохнул, сочувственно глядя на анакса.
- Я беспокоюсь не о своем образовании, а о судьбе Кэртианы! – наконец выдохнул Альдо.
- Вы – благородный человек, - подтвердил Алва. – Людям, знаете ли, больше свойственно заботиться о себе, а Вы, осознавая собственное несовершенство, заботитесь при этом о совершенствовании человечества на своем примере.
Это было уже слишком. Поняв, что разговор принял абсолютно непредвиденный оборот, Альдо прекратил дозволенные речи, извинился перед герцогом, пообещал вернуться через некоторое время и пулей вылетел из камеры, открыв по дороге массивную дверь собственным лбом…
За дверью анакса ожидала очередная неприятность. Пока он стоял в коридоре , потирал разбитый лоб и пытался собраться с мыслями для продолжения разговора с Алвой, явился гонец из дворца. Оказалось, в отсутствие анакса во дворец явился кардинал. Зная вкусы Левия и подчиняясь приказу Альдо, кардинала угостили шадди. Тот отхлебнул глоток и объявил питье шадди из чайных чашек, равно как и его кипячение, а также добавление в напиток лимона, сахара и меда ересью и демонопочитанием...
22.10.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

- Не голубь, а гадюка какая-то, - чуть было не рыкнул Альдо, но, наученный общением с Высшими Силами, от оглашения своих зоологических комментариев воздержался. Вместо этого он поразмыслил над очередным политическим кризисом. Занятие было непривычным, но оказалось увлекательным...
Через некоторое время на его лице показалась злорадная усмешка.
- Отправляйтесь во дворец и передайте – пусть срочно направят посыльного к Левию и передадут следующее: Альдо Первый Ракан глубоко огорчен и даже потрясен тем печальным обстоятельством, что в его дворце взошли семена ереси, оскорбляющие Создателя. Коль скоро кардинал Талигойский и Бергмарский призван насаждать веру истинную и истреблять веру ложную, Альдо Первый немедленно направит к нему весь персонал дворцовой кухни, дабы кардинал укрепил поваров в служении Создателю и наставил их в подлинно эсператистском приготовлении шадди. Запомнили? И пока они не научатся варить шадди, пусть кардинал не оставляет своих богоугодных трудов.
- Как я голубка-то нашего? – самодовольно подумал анакс. – Этих дубиноголовых учить – не проповеди читать!

Позлорадствовав над участью кардинала, который будет обучать дворцовых поваров, разбитых посменно, приготовлению шадди, и не будет в это время так утомлять государя, Альдо вернулся к самому главному. Поразмыслив и сделав несколько глубоких вдохов, он решительно, но без излишней развязности постучался в дверь.
Слуга Ворона, открывший дверь, встретил анакса без излишнего восторга.
- Все ходят и ходят. Как к себе во дворец, - негромко, но явственно буркнул он. – И в тюрьме от них покоя нет…
Проигнорировав ворчание кэналлийца, Альдо прошел в личные покои узника. Тот вновь отложил книгу, оказавшуюся 35-м томом собрания сочинений Дидериха, и вежливо, однако без особенного радушия поприветствовал анакса.
- Опять Вы? Ну, садитесь, раз уж пришли. Вина? Ликеров? Шадди не предлагаю – не думаю, что он Вас сейчас обрадует.
-Нужно что-то делать со звукоизоляцией в хваленой Багерлее, – отметил для себя Альдо, помялся и начал:
- Я хочу обратиться к Вам  несколько необычной просьбой – мне нужно сообщить Вам чрезвычайно важную тайну, но, пока я буду ее излагать, я хочу попросить Вас помолчать…
- Хорошо, - вежливо согласился Рокэ. – Хочу только заметить, что для этого Вам не стоило себя утруждать личным присутствием. Я вполне мог помолчать и в Ваше отсутствие, чем, собственно, без Вас и занимался.
Глядя на Альдо, начавшего багроветь, Рокэ улыбнулся.
- Так я Вас слушаю…
На этом месте открывается Великая Тайна Альдо Ракана, доступная лишь Избранным и Посвященным.
Тем, кто относится к числу Избранных и Посвященных, рекомендуется закрыть спойлер, поскольку его содержание им уже известно. Тем же, кто, подобно мне, не относится к числу Избранных и посвященных, также рекомендуется закрыть спойлер, поскольку в настоящее время его содержание является секретным для всех (в том числе, и для меня).
Когда Альдо закончил дозволенные речи, наступило молчание. Анакс поднял глаза на Рокэ, думая, что тот потрясен услышанным. Увы, оказалось, что Рокэ с тоской и вожделением рассматривает отложенного Дидериха.
- Это все? – наконец нарушил молчание Алва. – И где Вы такого набрались? Небось, от Высших сил? Так Вы там и не про такое услышите…
- А Вы откуда про них знаете? – задохнулся Альдо.
- Странно было бы… - неопределенно улыбнулся Рокэ. – Так все же, да или нет?
- Ну, не совсем… - неопределенно ответил анакс.
- Странно, - задумался Алва. – Кто еще мог Вам это, хм… все… рассказать? Других таких рассказчиков я не знаю.
Обескураженный неожиданно слабым эффектом своего рассказа, Альдо сидел тихо, как мышка Создателя перед кошкой Леворукого…
- Так, - решительно заявил Рокэ. – Эту дурь нужно из Вашей головы выбить, а то мало ли что с ней, с головой то есть, может случиться. А если Вы ее еще кому-то рассказали...
- Окделлу, - смущенно признался Альдо.
- Окделлу? Ну, это не страшно, - утешил его Алва. – Это существо останется блаженным, что ему ни расскажи… Больше никому?
- Только Вам…
- Ну, уже легче. А теперь послушайте меня, - внушительно велел Алва и наклонился к самому уху анакса.
Здесь раскрывается Великая Тайна Того, Что Было На Самом Деле. В соответствии с требованиями безопасности рекомендуется немедленно закрыть этот спойлер.

Когда Рокэ Алва закончил, ошарашенный Альдо долго сидел, хлопая глазами, а затем залепетал:
- Как же это! Что же это! А что теперь?
- Вот и думайте сами, что теперь, - велел Алва.
Альдо еще несколько минут приходил в себя, а затем подскочил и кинулся вон, по пути вновь открыв многострадальную дверь не менее многострадальным лбом…
Через полчаса пред очи Алвы предстал комендант Багерлее, вновь оторвав герцога от Дидериха.
- Ва… ва… вашество! – лепетал он, покрываясь пятнами.
- Что случилось, сударь? – любезно поинтересовался узник? – Бунт? Пожар? Возвращение Создателя?
- Хуже... Вам просили передать… - комендант сунул герцогу свернутую бумагу, - это Ваш экземпляр. Остальные уже направлены для оглашения и опубликования.
Рокэ пробежал бумагу глазами:
«Мы, Альдо Первый (фамилия автора была благоразумно опущена, равно как и титул), движимые желанием всеобщего блага и спасения Кэртианы, уведомляем наш народ, что единственным законным государем, анаксом, императором и королем Анаксии, Империи и королевств Талигойи и Талига признаем Ринальди Первого Ракана. Обязанность нахождения упомянутого законного государя и возведения его на престол мы возлагаем на регента Анаксии, Империи и обоих королевств Рокэ, известного народу под фамилией Алва, каковому поручается исполнять все обязанности анакса, императора и короля до вступления на престол государя Ринальдо Первого.
Дано в столице Анаксии, Империи и королевств Кабитэле, именуемой также Олларией и Раканой".
- Вот паршивец,– с чувством сказал регент…
27.10.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

*
- Это еще не все… - продолжил комендант, робко глядя на Алву. – Бывший… ну, словом, Альдо… ну, Вы понимаете? Он после Вас направился к бывшему… ну… Фердинанду Оллару…
- И что же? – с беспокойством спросил Алва.
- И вот… - комендант протянул герцогу еще одну бумагу. – Ее тоже… уже оглашают…
Алва углубился в чтение.
«Мы, Фердинанд Оллар, милостью Создателя король Талига, движимые желанием всеобщего блага и спасения Кэртианы, перед лицом испытаний, грозящих нашему народу и миру объявляем, что единственным законным государем, анаксом, императором и королем Талига мы признаем Ринальди Первого Ракана, в связи с чем отрекаемся в его пользу и в пользу его преемников от престола Талига за себя и всех наших потомков. Нахождение упомянутого законного государя и возведение его на престол мы возлагаем на наиболее достойного этой высокой миссии регента королевства Рокэ, известного народу под фамилией Алва, каковому поручается исполнять все обязанности короля до вступления законного государя на престол. Мы освобождаем упомянутого Рокэ, герцога Алва, регента королевства от всех клятв, принесенных нам, и заклинаем его и впредь служить королевству так же верно и честно, как он служил нам доселе.»
Бровь регента всего на свете выгнулась луком.
- Вот и разговаривай с такими… - пробормотал он, похоже, впервые в жизни растерявшись.
- И еще… - замялся комендант. – Его… хм… господин Фердинанд Оллар просил Вас в частном порядке уступить ему Ваш дом – он Вам пока все равно не понадобится…
- Если там что-то осталось, – буркнул Алва. – А этот… паршивец меня тоже о чем-то просил?
- Нет, Ваше Высочество! – гаркнул понятливый комендант. – Альдо Ракан вскочил на коня и покинул Багерлее так резво, словно за ним Леворукий мчался.
- Куда направился, он не говорил?
- Как же. Не просто говорил, а кричал.
- Что именно кричал?
- В Гальтары! В Гальтары!
- Какой любознательный молодой человек! – туманно прокомментировал регент.
30.10.08
фок Гюнце

Смею ли я скромно предложить добавить единственную фразу?

...и заклинаем его и впредь служить королевству так же верно и честно, как он служил нам доселе.»
Бровь регента всего на свете выгнулась луком.
- Вот и разговаривай с такими… - пробормотал он, похоже, впервые в жизни растерявшись. - Опять я пригрел змею на груди!...
30.10.08
prokhozhyj

*
Все в мире повторяется…
Полутемный кабинет освещался только пламенем камина. В кресле у камина сидел черноволосый синеглазый человек и смотрел на пламя сквозь бокал с вином. Напротив него за столом сидел в расслабленной позе белокурый красавец.
- Лионель, - хмыкнул черноволосый, - ты неисправим. И исправляться не желаешь. Бери пример с брата – уже и тот перешел на «Кровь», и только ты хлещешь «Слезы» .
- Судьба у первых маршалов такая, - хмыкнул в ответ собеседник. – Ваше дело – военное, кровавое, а мы – люди гражданские, мирные, слезливые, если хочешь.
Черноволосый расхохотался.
- А в Кадане ты тоже «Кровь» пил? – поинтересовался он.
- Ответить Лионель не успел – в дверь кабинета постучали, и на пороге возник молодой человек с замкнутым, непроницаемым выражением лица. Он ледяными глазами осмотрел присутствующих и обратился к черноволосому:
- Ваше Высочество, разрешите?
- Что у Вас, герцог? – отставив бокал, обратился тот к вошедшему.
- Очередное послание из Гальтар, - с чуть заметной иронией отозвался юноша. – Уже по городу ходит. Извольте ознакомиться.
Черноволосый скривился, как от зубной боли, и протянул руку.
- Садитесь, герцог, не стойте, как укор совести. «Слезы», или «Кровь»?
- Благодарю, Ваше Высочество, - вежливо ответил юноша, передавая увесистый свиток. - Если Вы не возражаете, «Змеиную».
- Змеиную... - Черноволосый чуть слышно хмыкнул и развернул свиток.
- Послушайте! – иронично произнес он, цитируя прочитанное. – «И как едина пирамида, но ее четыре грани, не будучи одним и тем же, все же составляют ее и, не будучи тождественными, тем не менее нераздельны и неслиянны, так и Четверо»… Наш Альдо неподражаем. Герцог, Вы это уже прочитали?
- По долгу службы, - отозвался юноша, - я, как цивильный комендант столицы отвечаю за порядок в городе. А прочтение подобных документов людьми непривычными может повлечь за собой беспорядок, так что, разумеется, я вынужден был предварительно ознакомиться.
- Вы полагаете, что этот, хм, трактат может вызвать беспорядки?
- Это слишком сильно сказано, Ваше Высочество, - равнодушно ответил юный комендант. – Скорее, у людей с недостаточно развитым разумом либо излишне развитым воображением он вызовет признаки помутнения рассудка, как и у его автора, а избыток людей с помутившимся рассудком никак не является порядком.
- Убил бы этого Альдо! – еле слышно пробормотал себе под нос черноволосый. – Такого юношу испортил. Мало мне одного подобного…
Вслух же он произнес:
- Ричард, Вы так и не выпили бокал.
- Если Вы прикажете пересказать Вам этот опус, я обязательно выпью. На трезвую голову это сделать будет затруднительно, - все так же вежливо ответил Ричард. Лионель расхохотался.
В дверь снова постучали.
- Вечер встреч, - хмыкнул черноволосый. – Войдите!
В дверях возник еще один юноша, ровесник Ричарда, с таким же холодным и непроницаемым лицом. Впрочем, друг на друга они посмотрели достаточно тепло и приязненно.
- А что нам скажет военный комендант? – поинтересовался черноволосый. – Что случилось, герцог?
- Монсеньор регент, патруль доложил, что под одним из каштанов было замечено движение. Источник движения не выяснен.
- И что? – регент стремительно вскочил на ноги.
- Я немедленно объявил тревогу и направил в это район дополнительные силы для проверки любого подозрительного движения.
- Ричард, поехали, - регент стремительно направился к дверям. – Герцог Придд, указывайте дорогу – это может быть он!
- Кто он? – не понял Ричард.
- Ринальди, - бросил регент через плечо, стремительно сбегая во двор вместе со спутниками. – Он обычно водится под каштанами и может быть опознан только по косвенным признакам!
03.11.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

*
Архонт стоял у окна. Казалось, он давно привык и к этим ивам, и к чужому пламенеющему небу, привык и перестал замечать. Но сегодняшний закат разбудил закопанную на самую глубину души тоску. Небо над Этерной горело тем же светом... Тем же светом сияли шелка Ад... Сияли и горели... В ту ночь сгорело всё. То, что он выжил, единственный из всех, Архонту казалось глупой шуткой Судьбы. Впрочем, на его взгляд, Судьба вообще отличалась странным чувством юмора.

...Алое пламя сменилось сначала лиловым, затем угольной чернотой. Архонт, обругав себя (столько дел ждёт, а он расчувствовался как последний дурак), отвернулся от окна и вновь сосредоточился на письме прознатчика.
Новости были не из приятных. Архонт был один, поэтому позволил себе помянуть Кошек и бросил листки в камин.

Бутылка "Дурной Крови" манила даже через запертую дверь потайного шкафа, но время для отдыха ещё не пришло. Да и придёт ли когда-нибудь?
Архонт приоткрыл дверь:
— Франсуа! Карла ко мне! Срочно!
На третьи сутки бодрствования даже этернианская закалка не помогает. Шадди бы... Кто бы мог подумать, что придуманный этими странными кэртианцами напиток так хорошо разгоняет сон. Но нельзя. В его особняке шпионит каждый первый, а он не в том положении, чтобы давать кому бы то ни было лишний козырь, даже такой невеликий.

...Наверное, он всё же задремал. Обнаружив себя держащим кинжал у горла бледного как мел Карла, Архонт снова выругался, и, кивнув гостю на кресло, буркнул: "В следующий раз стучи". Проклятые рефлексы! Конечно, платить больше, чем он платит Карлу, вряд ли кто-то сможет, но если речь зайдёт о чём-то более святом для этого негодяя, чем деньги... Можно не сомневаться, при виде верёвки Карл вспомнит всё подробнее, чем на исповеди. На эти откровения и расчитывал Архонт. Остаётся только надеяться, что в последний эпизод никто не поверит.
— За эту работу в случае успеха получишь двойную плату. Слушай внимательно. Через два дня в Олларию приезжает купец из Эйнрехта. Встретишься с ним и...

...Отпустив наёмника, Архонт откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Чем дальше, тем более сложной казалась ему задуманная комбинация. Слишком много переменных в задаче. Слишком много ниточек, которые нужно держать в руках, следя, чтобы они не запутались. Слишком много игроков как по ту, так и по эту сторону стола. Самое забавное, что никто из них не должен даже догадываться, за кого он играет. Истинные цели принятого образа не должны соответствовать ни видимым целям, ни, тем более, целям самого Архонта.

А ведь соратники считают его погибшим! Кто же догадается, что под маской старого больного человека скрывается тот, от кого некогда зависили судьбы миров... И сейчас зависят, несмотря и вопреки!
Почему он не отправился тогда на Рубеж? Почему предпочёл штопанье расползающихся дыр открытому бою с Чужим? Там всё было бы просто: меч в руках, плечом к плечу с товарищами, готовыми, не задумываясь, отдать за тебя жизнь, и знающими, что ты, также не задумываясь, сделаешь то же самое для них. А здесь... Мир трещит по швам, но люди, населяющие его, не видят этого и не хотят видеть. Он пробовал докричаться до них под маской проповедника. Не вышло. Личина интригана оказалась действеннее. Пока все развлекаются, просчитывая его связи с Дриксен и Гайифой, он латает дыры Кэртианы. Если бы ему ещё так же, как на Рубеже, везло с теми, кто должен стоять с ним плечом к плечу!
Один потомок последнего Одинокого чего стоит! С уходом того на Рубеж, кстати, и началось расползание по этому миру заразы. Да и Этерна после этого простояла недолго. Есть ли здесь связь, или нет её - вывод один: каждый должен быть на своем месте. Место того, кого именуют Повелителем Ветра, на страже Кэртианы, хочет он того или нет, но поди, растолкуй ему!
Пожалуй, настал момент перейти к решительным действиям. "Если уж это не раскроет глаза упрямцу на его истинную сущность и предназначение, мне останется одна дорога —  в монастырь", —  подумал Архонт, отодвигая потайную панель, за которой скрывалась его лаборатория. —  "В конце концов, интриган я или нет? Да и помимо поддержания образа, нужно дать Алве возможность посетить мой особняк, не вызывая подозрений, и наконец поговорить спокойно. А там... можно будет и уехать из столицы".

Оторвавшись к рассвету от реторт и ссыпав порошок в пробирку, Архонт не только выглядел, но и чувствовал себя подстать принятому образу. Теперь ещё одна встреча, и на сегодня всё! Открыв гайифскую шкатулку, Архонт на мгновение задумался, выбирая. Пусть будут рубины. Цвет Ады и его прошлого...

—  Не буду тебе мешать, Дикон. Пусть тебе подскажет твоя совесть и твоё сердце. Если не сможешь, оставь кольцо на столе. В моём доме воров и предателей нет.
14.12.08
Hatifnatt
*
Ещё раскопанны алмазы к  «Избранным статьям из Энциклопедического словаря Талига»

Дейерс, барон.
известный поэт, композитор и исполнитель времен Рокэ Алвы (см. Алва, Рокэ).
В результате политических расхождений с королевской властью большую часть жизни провел в изгнании. После возвращения домой трагически погиб во время коронации Альдо Ракана (см, Ракан, Альдо).
Творчество Д. проникнуто пессимистическими настроениями и посвящено отражению гонений Олларов (см.) на оппозицию и разнообразным страданиям оппозиционных деятелей Талига времен Круга Скал. До наших дней не сохранилось ни одного достоверно атрибутированного произведения, однако доподлинно известно, что в кругах, близких к Альдо Ракану Д. считался безусловным художественным авторитетом. Смутно известно о его эстетических разногласиях с Робером Эпине (см. Эпине, Робер), однако подробности не установлены и носят легендарный характер.
Д. интересен как предтеча литературного движения талигойского эмо (см. эмо талигойское). Многократно выдвигалось мнение о влиянии творчества Д. на мировоззрение Жиля Понси (см.), однако это предположение не доказано, и большинство исследователей склоняется к мысли, что понсийство (см.) и эмо талигойское (см.) возникли совершенно самостоятельно.
29.12.08
фок Гюнце
*
Окделл, Ричард
одна из самых сложных и противоречивых исторических личностей эпохи Рокэ Алвы (см. Алва, Рокэ).
Согласно сохранившимся историческим сведениям, был сыном надорского герцога Эгмонта, убитого на дуэли Рокэ Алвой. Несмотря на это, являлся единственным оруженосцем последнего и участвовал в этом качестве в варастийской кампании (см.), где отличился и был награжден орденом. Тем не менее, согласно большинству источников, после варастийской кампании пытался отравить Рокэ Алву в компании с мифическим Штанцлером (см. Штанцлер, Август).
Во время мятежа Альдо Ракана (см. Ракан, Альдо) О. якобы был одним из его активных сторонников, но, несмотря на это, после гибели Альдо Ракана он входил в состав регентского совета королевства.
В поисках выхода из перечисленных противоречий многие ученые придерживаются мнения о том, что во время мятежа Альдо Ракана О. по поручению Рокэ Алвы, используя старые семейные связи, проник в лагерь мятежников для противодействия последним. Сторонники этой теории указывают, что тщательное изучение хроник и иных источников того времени позволяет сделать вывод о том, что деятельность О. во время мятежа Альдо Ракана явно имела разрушительный характер и во всем вредила мятежникам. Сведения об участии О. в попытке отравления Рокэ Алвы и связях его с мифическим Штанцлером сторонники этой теории считают последующими домыслами, обусловленными неясностью мотивов О для массового сознания. Так, вполне обоснованно указывается на сомнительный характер сведений о т.н. отравлении Рокэ Алвы, в частности, на общепризнанно вымышленную фигуру самого Штанцлера, совершенно неправдоподобные данные об участии в отравлении королевы Катарины (см. Оллар, Катарина-Леони), а также на то, что по понятиям того времени участие оруженосца в отравлении своего эра (см. Эр) являлось абсолютно немыслимым поступком.
Наиболее распространенная в настоящее время теория утверждает, что в эпоху Рокэ Алвы существовали два Ричарда Окделла – один, являвшийся оруженосцем Рокэ и, впоследствии, членом регентского совета, и второй, скорее всего, самозванец, выдвинутый кликой Альдо Ракана для установления контроля над стратегически важным герцогством Надор (см.).
Сторонники этой теории указывают на то, что, согласно достоверным историческим источникам, сестра подлинного О., пребывавшая в столице во время мятежа Альдо Ракана, категорически отказывалась признавать личность, именовавшуюся О., своим братом. Обращает также на себя внимание тот факт, что многие легенды и сказания указывают на гибель О. вместе с Альдо Раканом (по одним данным, он, как и Альдо, был растоптан конем Рокэ Алвы (см. Моро), по другим – застрелен Робером Эпине (см. Эпине, Робер). Видимо, это отражает реальный исторический факт гибели самозванца во время подавления мятежа Альдо Ракана.
Следует также упомянуть, что согласно позднейшей талигойской мифологии, О. в течение всей своей жизни находился под особой опекой и покровительством т.н. внучат Штанцлера (см.). 
30.12.08
фок Гюнце
*
Пнище матерое
устойчивый фразеологический оборот, часто применяемый к личности и творчеству великого талигойского писателя, просветителя, философа и публициста Жиля Понси (см. Понси, Жиль).
Эпитет заимствован из трудов одного позднейшего мыслителя и литературоведа, который, анализируя творчество Жиля Понси , в восторге восклицал: «Какая глыба! Какое матерое пнище!»
Истоком этого образа служит поэзия Марио Барботты (см. Барботта Марио, пнизм).

Эмо талигойское
термин, обозначающий особое направление литературного творчества, основанное на сильных пессимистических эмоциях в произведении и хаотичной или полностью отсутствующей художественной составляющей. Отличительные особенности этого стиля - манера написания, включающая в себя плач, переходящий в бурные рыдания, стоны, срывающийся шёпот и даже визг. Тексты носят глубоко личностный характер и повествуют о глубокой скорби и мучительных переживаниях автора по поводу несовершенства мира.
Основоположником ЭТ является Марио Барботта (см. Барботта Марио). Огромный вклад в популяризацию ЭТ внес великий талигойский писатель, просветитель, философ, публицист и литературный критик Жиль Понси (см. Понси, Жиль).
Как имя собственное применяется к личности Марио Барботты]/b] («Марио Барботта – наше сокровище, наше великое Талигойское Эмо» (Ж. Понси)).
30.12.08
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

Akjhtywbz22

  • Флёр Сомсовна - папина дочка
  • Герцог
  • *****
  • Карма: 2097
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 4595
  • Настоящий враг никогда тебя не покинет
    • Просмотр профиля

Читала, читала, радовалась жизни :) Хорошо, что так много великолепных миниатюр перекочевали на новый форум. Что-то вспомнилось, что-то порадовало новизной, и хорошо, что всё это можно перечитывать теперь в одном месте (хотя раньше и полазать по старым темам в поисках жемчужин было увлекательно :) ).
Спасибо, эрэа passer-by, за Ваши неустанные труды по откапыванию и извлечению на белый свет этих подзабытых сокровищ :)
Записан
Блондинка -  это не цвет волос. Это алиби...
_____________

Звучит в ночи гитара соберано.
Струна звенит, а сердце замирает...

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

Я стараюсь. радостно. :)
****
Крошка-сын к отцу пришел
И сказала кроха:
"Окделлом быть хорошо,
А вот Диком - плохо"
12.02.09
фок Гюнце

И ответил тот отец
Своему сынишке
Ричард вовсе не подлец,
А глупенький мальчишка.
Он конечно совершил
Множество ошибок
И за это заслужил
Трёпку за загривок.
Только что его лупить?
Он и так весь в шишках.
Дать возможность искупить!
Как тебе мыслишка?
12.02.09
Лукач

Ежели бы я имел
Этого сынишку,
Я б его не захотел
Даже вставить в книжку...
13.02.09
фок Гюнце

Воля Ваша, сын ведь Ваш,   
Изымайте его из книги.
Только данный персонаж,
Важен для интриги.
Ну вокруг кого ещё
Будем биться в спорах.
Сильвестру и тому слабо
Быть темой в разговорах.
Стоит только потерять
Этого мальчишку,
Диспут будет умирать, 
Станет как ледышка.
13.02.09
Лукач

А, представьте, в КнК,
Вовсе не было ДикА!
Стало бы все непонятно
И запутано слегка.

Баловник - без седока,
Оскар Феншо - без дружка,
Даже Рокэ, даже Алву 
Заедает грусть-тоска.

Драться некого учить,
Эстебана не убить,
Если бы не Ричард Окделл –
Кто бы Алву стал травить?

Кто б замучал Катари?
Кто б терзал себя внутри?
Вобщем, Дикон для сюжету
Нужен – что и говори.

Как же без Окделла жить?
Уму-разуму учить?
Так что Отблесков без Дика
Вообще не может быть!
17.02.09
Parmezan

Вот те номер, вот те раз...
(Черт не вынес, бог не спас)
Инкарнация Архонта -
Вот кто, стало быть, у нас...
17.02.09
Mik@

Кто бы Штанцлера любил?
Кто бы в доме Алвы жил?
Кто во всем бы верил Альдо
И как хвост за ним ходил?
17.02.09
Инна ЛМ
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

*
Навеяно не только размышлениями, но и регулярным откапыванием клавиатуры от карт течений и ветров.
И, как говорится, готовившим, участвующим в Ыкспедициях, а таже всем сочувствующим  географическим раскопкам Кэртианы посвящается


«А мы и есть Абвении - любители... » (number93)

Дело было вечером, делать было нечего… (старинная народная мудрость)

Лит, Анэм, Унд и Астрап сидели за круглым столом, накрытым белой скатертью. В круге света, отбрасываемом лампой под зелёным абажуром, были разбросаны карты. Сегодня, как и во все предыдущие вечера последнюю тысячу лет, это было тонто. Вы когда-нибудь пробовали каждый вечер на протяжении тысячи лет играть в тонто? Если нет, то лучше и не пробовать, не советую. Вот и братья смотрели на карты с явным отвращением.
Вечер обещал быть совсем тоскливым. Разговор не шёл, и братья молча потягивали вино.
– Может быть, в кости? – предложил Астрап. Ответная гримаса Лита была красноречивее всяких слов: в кости они играли предыдущее тысячелетие.
За свою жизнь братья успели наиграться во все карточные игры, в лото, фанты, «балду», «виселицу», шарады и прочие забавы, придуманные в мирах Ожерелья. Им успели надоесть заграничные эрмет, рэндзю, шахматы и даже экзотический тетрис. Что делать и как жить дальше, братья не представляли. Будущее рисовалось им в самых мрачных тонах.
Выручил Анэм. Резко вскочив, он на минуту отлучился и вернулся с пачкой чистого пергамента, чернилами и перьями. Подмигнув братьям (блеск в его глазах несколько обеспокоил Унда, но благоразумие было тут же затоптано представлением о будущем тоскливом существовании), Анэм сказал:
– Я знаю замечательную игру. Вам понравится! – с этими словами он расстелил перед собой лист пергамента. – Вот, смотрите…
– А как она называется? – перебил брата Лит.
Анэм замялся. Говоря по совести, игра (нет, не так. Игра) пришла ему в голову минуту назад, и придумать название он просто не успел.
– Ну… она называется… называется… Она называется «Песочница»! – радостно от нового озарения ответил Анэм.
– «Песочница»? – переспросил Унд. – Так нам она, вроде бы, не по возрасту… – «Большинству», уточнил про себя Лит. – И песка у нас нет…
– Песок нам не нужен. Лит, ты помнишь, как ты любил играть в куличики?
– И как ты, Анэм, любил их раздувать, помнишь? – встрял Астрап.
– Я, по крайней мере, в отличие от некоторых, не носился со спичками, поджигая всё вокруг, – обиделся Анэм. – Так мне продолжать, или будем выяснять, кто запустил ту петарду, разбившую четыре окна?
– Ладно вам, хватит воевать, – Унд, как всегда, был готов затушить огонь возникающей ссоры. – Ты хотел объяснить правила.
– Смотрите. – Анэм, тоже как всегда, моментально остыл и был вновь полон энтузиазма. – Вот это, – он нарисовал подобие круга, – будет земля. Вокруг будет море. – Он добавил завитушки по периметру круга. – На земле мы рисуем горы и реки, – перо порхало по пергаменту, оставляя закорючки (когда-то Анэм с треском провалился на вступительных экзаменах в художественной школе), – теперь добавляем леса, и, – Анэм, держа рисунок в вытянутой руке, с гордостью рассматривал плоды своих трудов, – самое интересное: населяем эту землю всякими ползучими, прыгающими, летающими и думающими! И начинаем веселиться!
– Подожди. – Лит взял у брата рисунок. – Так, как ты нарисовал, быть не может, и вообще мне не нравится. Кто тут у нас Лит? Так что землёй буду заниматься я. Значит, так. Эти горы протягиваем на север, эти соединяем с этими и делаем повыше, здесь будет равнина, а вот тут устроим астроблему…
Дальнейшее бормотание Лита в ушах братьев потеряло всякую осмысленность. Только и слышалось «геосинклиналь», «магнетиты», «флексура», «метагенез» и «дефляция». Неожиданно Лит хихикнул.
– Унд, подойди-ка, – позвал он, – тебе должно понравиться.
Унд вместе с братом склонился над рисунком. Что происходит за широкими плечами, было не разглядеть. Только слышались, перемежаемые смешками, «Давай вот так», «Нет, так будет интереснее», «Согласен», «А вот здесь можно сделать ещё…», «И аквамаринов им, аквамаринов…», «Да, зыбуны не забудь», «А это что такое?», «А я откуда знаю? Но пусть будут. Для красоты».
Когда братья, наконец, закончили, один угол на рисунке представлял собой что-то невообразимое.
– Зачем это? – В один голос спросили у сияющих братьев Анэм и Астрап.
– А чтобы веселее было! – ответил Унд. – И чтобы занять тех, кто не летает, не прыгает и не ползает.
После чего внимательно оглядел всю картинку и нахмурился.
– Нет, так дело не пойдёт. С одной такой маленькой сушей у нас разгуляются такие волны, что все ваши красоты смоет, – сказал он. – Унд, конечно, я, но против законов физики особо не поабвенишь. Так что, хотите вы этого или нет, давайте прикрывать материк со всех сторон.

На детальное обсуждение размеров и конфигураций остальных материков ушла ещё пара часов. Наконец Лит и Унд пришли к согласию, а пергамент со всех сторон оброс подклеенными исписанными кусочками. В течение этих двух часов Анэм несколько раз пытался вмешаться в обсуждение, но братья не обращали на него никакого внимания. Астрап не зря вспоминал про судьбу куличиков Лита: всё шло к тому, что новое творение постигнет такая же. Обиженно притихший Анэм уже раздумывал, откуда будет сподручнее дуть, чтобы показать, кто в этой Игре главный. Решив, что с севера, он сообщил об этом братьям.
– А с севера тебе дуть не полагается, – ответил Унд. – планета вращается с запада на восток, и в соответствии с распределением общепланетарного барического поля и действием силы Кориолиса в умеренных широтах преобладает западный перенос воздушных масс. Разумеется, местные барические максимумы и минимумы над материками и океанами эту картину искажают, но с севера тебе дуть не с чего.
– А я буду! – Анэм иногда отличался поистине литовым упрямством. – Может, у этого Кориолиса и есть Сила, но игрушка-то моя! А чтобы они совсем запутались, с севера я буду дуть только зимой, а летом – с юга! Вот так!
Кто эти «они», Анэм не уточнил. Зная, что, когда он в таком настроении, с ним спорить бесполезно, братья молча согласились. Впереди было самое интересное: заселение земель.

– И где они тут будут бродить? И что есть? Ягель или просто камни обгладывать? Придумать мы, конечно, можем, но как бы эти шерстистые верблюды не пошли разбираться, кто довёл их до такой жизни. И ведь не посмотрят на статус Абвениев, им всё равно, что человека, что Абвения обидеть – раз плюнуть!
Заскучавший было Астрап встрепенулся.
– А давайте я им подземный подогрев устрою, хотите? Нет? – расстроился младший брат. – Ну тогда можно я хотя бы буду за звёзды отвечать?
И вооружившись пером и пергаментом, Астрап ушёл в размышления. Занятые обсуждением, трое старших братьев не обращали на него внимания. А зря.
Шесть глаз (не считая кошачьих, мышиных и морискильих) с одинаковым изумлённым выражением смотрели на Астрапа, увлечённо излагающего свои построения.
– Вот эта будет вертеться здесь, эта – здесь, а эта будет появляться раз в 400 лет и будет разноцветной.
– И как ты это объяснишь? – осторожно спросил Унд.
Астрап выглядел явно оскорблённым.
– Объяснять? А почему я должен что-то кому-то объяснять? Абвений я или кто?
– Правильно, к тому же не будем лишать удовольствия непрыгающих, – поддержал брата Лит.

…Вечер давно перешёл в ночь, перевалил за её половину и стремительно двигался к рассвету. Когда с небосвода ушла последняя звезда, братья наконец подняли головы от горы исписанного пергамента и, усталые, невыспавшиеся, но довольные, принялись собираться на работу.
26.03.09
Hatifnatt

*
И когда почил Повелитель Скал, его душа отправилась в Рассветные Сады...
- Куда? - с каком-то нехорошей интонацией поинтересовались при входе. - Ричард Окделл? Наслышаны, наслышаны... Ну, и что вы у нас собираетесь делать?
Этот простой вопрос ввел Дикона в затруднение.
- Ну... Что всегда... - промямлил он, досадуя, что не удосужился узнать, чем надлежит заниматься порядочной душе в столь славном месте.
- Вот именно... что всегда, - многозначительно процедили ему. - Такими делами занимаются не тут!
Двери захлопнулись. Дикон вздохнул и нерешительно поплелся в сторону Заката, мужественно подавляя рыдание.
- Ричард Окделл? - поинтересовались в Закате. - Наслышаны, наслышаны... Вам тут не место - все, что Вы сделали, было сделано не со зла, а по причине особенностей разума и воображения...
- А куда мне? - растерянно пролепетал Дик.
- А вот сюда! - ему указали на скромное здание между Рассветом и Закатом. На здании была неразборчивая вывеска, украшенная странным рисунком, а над ней была прибита великолепная золотая шпора с левой ноги.
Дикон вздохнул, нерешительно потянул дверь, вошел и оцепенел... На него уставились десятки глаз. Нехорошо уставились, с нездоровым интересовм и даже с радостью. Примерно так большое семейство кобр рассматривает невинную, случайно заблудшую в их гнездо мышку...
- Ричард Окделл? - выдохнули обитатели здания. - Наслышаны, наслышаны!!!
09.07.09
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

*
Против семерых, или по другой версии полтора против семерых. А что если по поводу легендарной дуэли двое накануне состоялась встреча…
                   
             Есть ли пределы у кэналлийского коварства?
  Таверна «Румяный гусь». За одним из столов расположились трое. Двое – юноши, обоим по семнадцать, состоят в «свите» Эстебана Сабве. Третий – мрачноватый кэналлийец. Молодые люди наперебой докладывают.
  - И тут Оклелл подходит и как врежет Эстебану, у того рожа в крови, а Окделл и заявляет: «Где и когда вам будет угодно». Толстяк начал ему чего-то лепетать…
  - Что говорил толстяк? – перебил говорившего кэналлийец.
Докладывавший сбился, тогда продолжил его приятель:
  - Ну там, что нас семеро, что нельзя драться со всеми сразу и даже эр Рокэ…
  - Он так и сказал – эр Рокэ?
  - Да, точно так, - подтвердил первый, перехватывая инициативу у своего товарища, - а Окделл его отпихнул и говорит. Мол, мне всё одно со всеми сразу или поодиночке. Назначайте время и место и я там буду. И ушёл с этим толстым в соседний кабак, К ним потом Северин ходил, договорились на завтра, в шесть утра, в Нохе.
  - И что решили? - спросил кэналлийец. – Все вместе или по одному?
  - Эстебан его никому не уступит, - ответил один из приятелей, - он давно хочет с ним посчитаться. А как у Манриков побывал, так и заявил что всё, отхрюкался Окделл.
  - Завтра, - распорядился кэналлийец, - когда эти двое сойдутся, вы вступите в бой на стороне Эстебана.
  - Да Эстебан его и сам, без нас уделает. - Изумился один из приятелей. Но второй, был  посообразительней:
  - Эстебану это не понравится, нам потом …
  - Никаких потом, – отрезал кэналлийец, - завтра вы втроем навалитесь на Окделла. Ни в коем случае не убивать. Просто нападите. Дальше не ваше дело. Но за это я спишу ваш долг. Всё поняли?
  Приятели кивнули.
  - Хорошо. Сделаете всё как я сказал, накину каждому по десятку талов. Подведёте -  скручу и отвезу на продажу шадам. Они вам найдут применение. Всё идите, у вас завтра беспокойный день.   
21.07.09
Лукач

*
Микроминиатюра.

Из "Истории кухни Золотых земель".

"В конце Круга Скал в Торке начала распространяться новая мода - массовое изготовление выпечки в форме шляп, камзолов, перевязей и других деталей туалета, причем особое внимание пекари уделяли максимальному сходству продукта с имитируемой одеждой.
Причины этого явления до сих пор не установлены. Некоторые источники произвольно связывают появление этого обычая с деятельностью герцога В. Придда."
21.07.09
фок Гюнце

*
Избранные места из трактата З-О. фок Гюнце "Рассуждение о методе".

Одним из примеров того, каким прискорбным образом метод наших размышлений влияет на результат оных, является широко известный вопрос о том, что суть являют собой действия  Рокэ Алвы в городе Фельпе - предательство, либо нечто иное, доселе неведомое.
Разительно то, что дискутанты, кем бы они не были, будучи людьми честными и мудрыми, а также не чуждыми науке и знанию, не применили научного подхода к разрешению этого вопроса, что и явилось причиной того, что мы имеем то, что имеем, и отнюдь не имеем того, что хотели бы иметь.
Итак, чего требует истинно научный метод? Истинно научный метод требует восхождения от простого к сложному, пренебрежения несущественными факторами и величинами низшего порядка малости, с тем чтобы строить модель явления, учитывающую лишь самые характерные его особенности, и только потом, после анализа модели, вводить пренебреженные величины, приближаясь таким образом к Истине.
Участники же дискуссии сразу же начали анализировать ситуацию, в которой участвует достточно сложный объект в виде осажденного бордонами Фельпа и предельно сложный субъект в виде герцога Алвы. Это - ненаучный подход.
Научный подход требует первичной модели, в которой отброшены второстепенные признаки и выделены самые главные. Так, применительно к объекту, в такой модели следует вместо осажденного города Фельпа использовать нечто менее сложное, но имеющее некоторые существенные характерные признаки. Например, физический вакуум. То же должно быть применено к субъекту, то есть, вместо герцога Алвы в первичной модели следует использовать нечто, не имеющее несущественных признаков, мотивов, которые не всем интересны, а также второстепенных обстоятельств. Это нечто должно обладать только важнейшими признаками, к числу которых следует отнести скорость, способность к активным действиям и общению к себе подобными. В связи с этим мне кажется перспективным при таком моделировании использовать коня, а чтобы несущественные признаки не отвлекали от получения результатов, коня следует считать имеющим простейшую геометрическую форму.
Итак, мы построим первичную модель ситуации и сможем вместо сложной дискуссии на тему "Являлись ли предательством действия Рокэ Алвы в Фельпе" получить ответ на куда более простой вопрос "Являлись ли предательством действия сферического коня в вакууме".
После этого методами последовательного усложнения модели можно будет получить ответы на следующие вопросы:
- Являлись ли предательством действия лемура в атмосфере;
- Являлись ли предательством действия Дика Окделла на гравитирующей плоскости;
- Являлись ли предательством действия шимпанзе на гравитирующей сфере;

и, только тогда мы сможем, наконец,  строго научно прийти к интересующему нас явлению и получить ответ на вопрос, являлись ли предательством действия Рокэ Алвы в Фельпе.
04.09.09
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

*
- Иди сюда, мой маленький! Иди, мой хороший! Не бойся, это не больно...
Некто, видимый со спины, поколебавшись, выбрал из множества находившихся в клетке крыс самую крупную и осторожно извлек ее рукой, облаченной в армированную перчатку.
Перенеся крысу на пол, он поставил ее перед надувной куклой, изображавшей молодого русоволосого человека с правильными чертами лица и начал намазывать правую кисть куклы густым мясным бульоном.
- Ну вот, моя прелесть, видишь? Это вкусно. Куси его, куси!

Несколько дней спустя
- Иди сюда, мой маленький! Иди, мой хороший! Не бойся, это не больно...
Знакомый нам некто вновь извлек крысу из клетки. Зверек начал оживленно барахтаться в руках экспериментатора.
- Нет, милый, пока ты останешься без обеда. У нас сейчас другие планы.
С этими словами некто перенес крысу на лабораторный стол, зафиксировал зверька, подвинул к себе пробирку  с надписью "Противоядие" и акуратно раскрыл крысе рот.
- Так... и так... и еще так... - натирая зубы крысы противоядием, мурлыкал неизвестный. - Готово. А теперь так...
С этими словами он достал другую пробирку с надписью "Яд" и начал натирать зубы вновь.
- Ну вот и готово... Вначале пациент получит яд, потом - противоядие, и все будет очень, очень хорошо...
С этими словами  неизвестный освободил крысу и, держа ее в руках, направился к странному сооружению, больше всего напоминающему обыкновенный дверной проем, установленный посреди комнаты. Перед проемом было установлено нечто, более всего напоминающее обыкновенную клавиатуру, укращенную бронзовой табличкой "Нуль-переход гиперспространственный  портальный типа НПГПП-А1N1".
Неизвестный набрал свободной рукой на пульте слова "Лаик, норка №7" и шагнул в проем. Через несколько секунд он вернулся. Крысы с ним уже не было...
Еще несколько дней спустя
- Иди сюда, мой маленький! Иди, мой хороший! Не бойся, это не больно...
С этими словами все тот же некто извлек из шкафа восковую куклу, выполненную в виде невысокого и стройного черноволосого красавца с синими глазами. Уложив куклу на кушетку, он пододвинул к ней столик на колесиках, украшенный каким-то немслимо сложным прибором со множеством клавишей,  циферблатов, ручек, верньеров, кремальер и экранчиков. Поглядывая на несколько экранчиков сразу, неизвестный принялся втыкать в голову куклы стальные иглы, соединенные проводами с прибором...
И еще несколько дней спустя
Первый маршал Талига со скукой привычно рассматривал ряды унаров, выстроившихся внизу на площади. Он томился, вспоминая, сколько дел его ждет в то время, как он вынужден попусту терять время на пустопорожней церемонии, на которой он, собственно, был не нужен, как, собственно, и она была ему абсолютно не нужна. Рассеянным взглядом он вновь обвел молодых людей и невольно остановился на русоволосом юноше, баюкавшем правую руку.
- Очередной Окделл... - мрачно подумал Рокэ Алва и вдруг его словно что-то подтолкнуло. С изумлением и испугом он, словно со стороны услышал собственные слова:
- Ричард, герцог Окделл! Я, Рокэ, герцог Алва, Первый маршал Талига, принимаю вашу службу!
- Я же этого не хотел! - потрясенно подумал Первый маршал. - Что же это?
А в знакомой нам лаборатории незнакомый нам некто хихикнул и довольно потер руки:
- Получилось! - радостно воскликнул он. - Ну, а теперь осталось подумать, зачем мне это было нужно.
Он вскочил со стола, и на лацкане его халата затрепыхался бейдж с надписью "Институт экспериментальной истории. Д-р З.О. Абсолют"
10.09.09
фок Гюнце

*
Ультрамикроминиатюра

- А я тут Вам того... Ну, значит... Э-э-э... Водички принес... это... святой, - старательно отводя глаза и глядя в угол, смущенно пробормотал магнус Клемент, сгибаясь под тяжестью увесистого бидона. И покраснел.
10.09.09
фок Гюнце

*
Шел ХХ секретный съезд Тайного Опчества... Докладчик занял свое место на трибуне, прокашлялся и взял слово...

Благородные эры и эреа! Пора взять курс на разъяснение чуждого духу Тайного Опчества возвеличивания одной личности, превращения ее в какого-то сверхчеловека, обладающего сверхъестественными качествами, наподобие бога. Этот человек будто бы все видит, все знает, за всех думает, все может сделать, он непогрешим в своих поступках.
Такое понятие о человеке, и, говоря конкретно, о Алве, культивировалось у нас много лет.
В настоящем докладе не ставится задача дать всестороннюю оценку жизни и деятельности Рокэ Алвы. О заслугах Рокэ Алвы уже написано вполне достаточное количество книг, брошюр, исследований. Общеизвестна роль Рокэ в проведении предотвращении массовых бедствий, в войнах Талига, в борьбе за построение светлого будущего в этой стране. Это всем хорошо известно. Сейчас речь идет о вопросе, имеющем огромное значение и для настоящего и для будущего Опчества, - речь идет о том, как постепенно складывался культ личности Рокэ Алвы, который превратился на определенном этапе в источник целого ряда крупнейших и весьма тяжелых извращений принципов Опчества, а также семантики и формальной логики...
10.09.09
C@esar

ДА!
И, произнеся: "Низложил сильных с престола и вознес смиренных" (Лк. 1. 52) снимем Алву с пьедестала и вознесем взамен конную статую епископа Оноре. На Моро. Со святой водой в руке.
10.09.09
фок Гюнце

- Итак, как показывает нам эта реплика из зала, разъяснительная работа среди членов партии  Опчества крайне необходима... Ведь, что предлагает нам  благородный эр фок Гюнце? Он предлагает нам развенчать одного персонажа и возвеличить другого! Это в корне неверный подход,  товарищиблагородные эры!
Возвеличивание отдельных людей, придание им ореола непогрешимости есть противоестесственное принципам марксизма-ленининизма Опчества занятие.
10.09.09
C@easer

/*Мрачно, в сторону*/ Уважаемый докладчик думает, что он спорит со мной... Увы, спорит он не со мной, а со святым евангелистом Лукой...
И до чего мы докатимся? Сегодня - с евангелистами, завтра - с магнусами, а там, глядишь, и до Абвениев доберемся? До Кабиоха? До...
Ой... Небось вот так и Этерна погибла...
/*Громко, на весь зал*/  Так нельзя, эры и эрэа! Должно быть что-то святое, стержень, опора, основа и корень!.. а также суффикс и префикс...
Ударим страстотерпием по нигилизму!
10.09.09
фок Гюнце

Гиперультрамикроминиатюра

"Запись нар-шадов на выморочные титулы эориев - в подвале северной стороны, третья дверь налево"
(Объявление на воротах королевского дворца в
Кабитэле"

15.09.09
фок Гюнце

Ультрамикроминиатюра

- Я прочитал все! Это - оксо! окско!!! оскорле... оскорбление!!!! Я вызываю вас всех!!!!! На линию!!!!!! одновременно!!!!!!!
Завсегдатаи Таверны обернулись на крик Дика Окделла, держащего в одной руке шпагу, а в другой -ноутбук. Шпага была выставлена вперед, а ноутбуком герцог Окделл интенсивно размахивал.
- Ну вот как хорошо... А мы-то думали, как повеселее провести вечер, - рассудительно заметил один из завсегдатаев. - Теперь можно будет очень мило поспорить, отправить ли это горюшко назад в Кэртиану, или это будет неблагородно и нужно принимать вызов... На ближайшую пару-тройку вечеров дискуссии хватит...
15.09.09
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

*
Материалы из Кэртианской энциклопедии
«Слово о полку Окделлове» («Слово о походе Окделловом, Ричарда, сына Эгмонтова», др.-талиг. Слово о плъку Окделлове, Дикона сына Эгмонта) — самый известный памятник средневековой талигойской литературы. В основе сюжета — неудачливая, но полная мужества и побед жизнь Повелителя Скал герцога Надорского Ричарда. Подавляющее большинство исследователей датируют «Слово» концом Круга Скал, (реже - одним-двумя годами позже). Проникнутое пленительной поэзией и языческой древнекэртианской мифологией, по своему художественному языку «Слово» резко выделяется на фоне современной ему талигойской литературы и, наряду с трудами Ж.Понси (см.) стоит в ряду крупнейших достижений кэртианского эпоса.
Сюжет
В кратких и сжатых выражениях «Слова» изображаются не только события неудачной жизни Ричарда Окделла, как об этом повествуется в летописях но и припоминаются события из междоусобий, походов и удачных битв, начиная с древнейших времен. Перед нами как бы народная история, народная эпопея в книжном изложении писателя конца Круга Скал.
В начале автор «Слова» несколько раз обращается к своим читателям и слушателям со словом «братие», напр.: «почнем же, братие, повесть сию от старого Эрнани до нынешняго Дикона». Затем следуют предания об анаксах и императорах, королях и Абвениях -  некоторые из которых находят параллели в древних летописях - а также о Великой Талигойе.
Несомненно, что до «Слова о полку Окделлове» существовали устные предания о подвигах Повелителей и их единоборствах. Они, скорее всего, и поалияли на облик главного героя - Ричарда
Храброго, «иже зареза Валентина пред вазами парковыми». Эти предания захватывали события от старого Эрнани до Эрнани Последнего.
Наиболее известным лирическим фрагментом "Слова", исполненным поэзии, считается знаменитый "Плач Катарины" (см.). В королевском дворце Катарина, рано выданная замуж за нелюбимого и ничтожного правителя, всем сердцем тоскует и стремится к герою. Во время поединка героя с силами Зла, олицетворяющимися образом злобного Валентина,  она плачет. «На Данаре Катарина горько плачет, чайкою небесной утром рано стонет. Полечу я чайкою по Данару, омочю бебрян рукав в фонтане Старого парка, утру Дику кровавые раны на могучем его теле». Она обращается к Стихиям - Ветру, Волнам, Молниям. Ветер развеял ее радость, Волны несут ее слезы, а Молнии в поле безводном Дикону изменили и жаждой умучили...
Но Стихии все же не оставляют праведника в руках грешников, говорит летописное сказание об Окделле. «Четверо путь кажут Окделлови". Автор как будто сам пережил чудесное спасение -  он помнит, с каким трепетом и ловкостью выбирался Дикон, под условный свист верного Карваля, с конем как пробегал он Фебиды, скрываясь и охотой добывая себе пищу, перебираясь по струям Данара.
Заключительным словом к собратьям и единомышленникам заканчивается «Слово о полку Окделлове».
18.09.09
фок Гюнце
*
Микроминиатюра
Семья Борраска страдала наследственным склерозом. Когда их сын Альбин, взяв с собой любимого сурка, ушел на охоту и заблудился, они уже через два дня забыли о его существовании. Когда, спустя много лет, он нашелся в Кэналлоа, они так и не смогли вспомнить, кто он такой.
А потомки впоследствии окружили эту историю романтическим ореолом...
23.09.09
фок Гюнце
*
Откуда в пра-Холте появились верблюды? Почему море называется Холтийским? И в чём причина запрета на приближение к «большой воде» для холтийцев? Эти вопросы были подняты не раз, но ответа так и не было получено. Попробую исправить ситуацию.

 
Раз в Круг и отпуск бывает. Лит, Унд, Анэм и Астрап, решив, что четырёх стен с них хватит, собрались провести его на природе. Решить-то решили, но договориться, где именно они его проведут, у братьев не получилось. Унд хотел проверить силы в покорении главной вершины Сагранн, Лит мечтал об отдыхе на золотых пляжах Померанцевого моря, Астрап подумывал о неспешном сплаве на плоту по Рассанне, а Анэм уже почти завербовался волонтёром в багряноземельский заповедник черных львов. Братья серьёзно разругались, всё шло к тому, что отпуск они проведут по отдельности, когда последним предотпускным вечером в их окно ветром внесло рекламный проспект. В нём все желающие приглашались в тур по главным архитектурным достопримечательностям красивейших городов Кэртианы. Предложение неожиданно заинтересовало всех братьев. Правда, сразу возникло одно осложнение. Говоря о «всех желающих», организаторы тура имели в виду только желающих потратить некоторое количество собственных («Или не собственных», – заметил Унд) средств на повышение своего культурного уровня («В нашем случае, приведение его в отличное от нуля состояние», – уточнил Анэм). Братья же полагали себя слишком бывалыми путешественниками, чтобы за путешествия ещё и кому-то платить. Таким образом, было решено отправиться в путь «дикарями». Сборы много времени не заняли, и ранним утром следующего дня, нагрузившись всем необходимым, они вышли из дома. До Гальтары – первого пункта их маршрута – было несколько часов хода.
День выдался погожим, настроение у братьев было приподнятое (весь отпуск впереди!), и они, весело болтая, незаметно прошли большую часть пути. Вокруг не было ни малейших следов цивилизации, кроме маленькой палатки у дороги с обычным ассортиментом: фигурки Зверя со светящимися глазами, деревянные ложки со знаками Абвениев, Настоящие Гальтарские Туники, настольные макеты Подземелий Гальтар и прочая туристская мелочь. Лит и Унд при виде предприимчивых торговцев нахмурились («И сюда добрались»), Анэм и Астрап же отчего-то заинтересовались предложенными товарами. Вернувшись к старшим братьям, они гордо продемонстрировали свои приобретения, без сомнения, сразу превратившие их в настоящих путешественников. Астрап стал обладателем круглого предмета размером с маленькую тыкву со стрелкой внутри. Стрелка, по уверениям продавца, всегда указывает на Полночную сторону. Проведённые тут же испытания заставили даже скептически настроенного Лита поверить, что что-то в этом есть. Анэм же обзавёлся картой Золотых и прочих земель местного производства. Унду и Литу оставалось только снисходительно качать головой, глядя на младших братьев, явно вообразивших, что теперь в Кэртиане не останется мест, где они не смогут побывать в самое ближайшее время.
Дальше двинулись в таком порядке: впереди шёл Лит, даже мысли не допустивший, что какие-то рукотворные предметы позволят ориентироваться в Кэртиане лучше, чем может он, следом за ним шёл Астрап, держащий на вытянутых руках свой шар со стрелкой и неотрывно следивший за её движением (пару раз братьям пришлось останавливаться, чтобы помочь ему подняться и оттряхнуть от пыли, когда, увлекшись наблюдением за танцем стрелки, Астап забывал следить за кочками). Третьим в процессии был Анэм, сверявший местность вокруг со своей картой и, когда находил между ними явное сходство, оглашавший окрестности радостными криками. Замыкал шествие Унд, с трудом сдерживающий улыбку (да что там улыбку, дикий хохот) и раздумывающий о том, что отпуск будет куда как более весёлым, чем одинокое восхождение на Польвару.
Впереди уже виднелись городские башни, и братья уже предвкушали заслуженный отдых в трактире (настоящие путешественники умеют ценить комфорт), когда погода резко испортилась. Налетел ветер, небо затянуло свинцово-серыми тучами и вдобавок на землю опустился такой густой туман, что дальше чем на пару шагов стало невозможно ничего разглядеть. Братья немного растерялись (в переносном смысле) и, чтобы не растеряться в смысле прямом, встали ближе друг к другу и взялись за руки. Они стояли так довольно долго, но туман и не думал рассеиваться. Наконец Анэм не выдержал.
– И сколько мы так будем стоять? – спросил он, откровенно стуча зубами (сырость уже успела пропитать не предназначенные для такой погоды одежды). – Пока не превратимся в камни или, хуже того, в ледышки?
– А что ты предлагаешь? Ты знаешь, куда идти? – поинтересовался Унд.
– Я не знаю, но у нас есть шар со стрелкой. Астрап, ты помнишь, куда показывала стрелка до того, как на нас свалилась эта мерзость?
– Помню, – ответил Астрап. – Но как мы пойдём, если дороги не видно? Тут недолго и в пропасть свалиться, посмотри по своей карте, сколько их тут.
– Вот я и буду смотреть по карте, в каком направлении мы идём, и где в округе что есть. Если скажешь, что нам нужно идти на Восход, я тебе сразу отвечу, хорошо, но тогда осторожнее с Полуденной стороной – там обрыв в 200 бье. Пошли? До городской стены рукой подать, всё не минуем.
К этому времени закоченели все братья, поэтому план был встречен молчаливым одобрением. Тесной группой, держась в пределах видимости, они медленно пошли вперёд. «Рукой подать» оказалось намного дальше и дольше, чем думалось. В тумане сложно ориентироваться не только в пространстве, но и во времени, но, казалось, прошли часы, а городской стены всё ещё не было. А может, и не казалось. По крайней мере, когда Унд пробормотал что-то вроде «И какой Круг, интересно, мы уже кружим?» никто даже не улыбнулся. Анэм выглядел на редкость обеспокоенным, Астрап начал ещё более напряжённо вглядываться в туман, а Лит, шедший следом за ним, услышав эти слова, обогнал брата, чтобы самому посмотреть на то, куда указывает шар со стрелкой.
– Она повернулась! – закричал Астрап. – Смотрите, только что она указывала назад, а теперь показывает вперёд!
– И правда, – согласился Унд. Анэм, чтобы тоже взглянуть на капризы стрелки, вклинился между старшими братьями. В этот момент стрелка в шаре снова повернулась.
– Лит, она показывает точно на тебя! – заметил Астрап. – Смотри, стоит мне отнести шар в сторону, как стрелка перемещается. Оказывается, это шар-Литоуказчик?
– А мне кажется, что стрелке больше нравится не Лит, а рюкзак Лита, – подумал вслух Анэм. – Что у тебя там есть ценного?
– Да так, по мелочи, обычный набор: два топора, три котелка, ящик с образцами руд, что собрал по пути, – ответил Лит.
– Давайте выяснение того, к чему так привязан шар со стрелкой, оставим на потом, – безжалостно залил Унд вспыхнувший было в глазах Астрапа огонь жажды познания. – А сейчас займёмся более неотложным делом: попробуем выяснить, где мы находимся и куда идти дальше

Легко сказать! Братьев по-прежнему окружал туман, по плотности больше всего похожий на гороховый суп. Им оставалось только прислушиваться к слабым звукам, наполнявшим туман. Понять, что их издаёт (то есть решить, надо ли от этого спасаться) и откуда они исходят, у братьев никак не получалось. И тут среди тумана явственно послышалось грустное протяжное «Му-у-у!». Братья переглянулись и, осторожно ощупывая дорогу, медленно двинулись в направлении звука и пару минут спустя нашли его источник. Точнее, об него споткнулись. Лежащая на земле корова укоризненно посмотрела на пришельцев, издала ещё более грустное «Му», после чего поднялась и, приподняв рогами полог, скрылась в стоящем тут же шатре, который братья поначалу приняли за кучу земли. Несколькими мгновениями позже полог шатра снова приподнялся, и оттуда вышел невысокий человек в одежде из шкур. В его глазах, казалось, застыла скорбь всего мира.
– Вы почто животное обидели, добрые люди? – спросил он братьев. Те неловко потупились.
– Не хотели мы обижать твою корову, о человек! – ответил наконец Анэм. – Заблудились мы и нечаянно на неё наткнулись.
– Заблудились? Ах, как нехорошо, – покачал головой человек. – Что же вы в такой туман бродить вздумали? Или совсем голов на плечах нет? Откуда ж вы такие и куда направляетесь?
– Мы… – Астрап замялся. Как объяснить этому странному человеку то, что и самим не до конца понятно? – С юга мы, – нашёлся он, поёжившись. – А шли мы в Гальтару.
– В Гальтару? – на лице человека отразилось изумление. – Эк вас занесло. Мы здесь только слышали о таком городе, но никто из нас там и не бывал… Как же вы так: шли в Гальтару, а оказались в Седых Землях?
– В Седых Землях? – в один голос воскликнули братья.
– В них, в них, – подтвердил человек.
– Да есть у нас… путешественники, – усмехнулся Лит. – Всё на карты да на стрелки надеются…
– На карты? Как интересно! – оживился человек. – У вас есть карты? Покажите, уважьте бедного человека. Наш народ издавна к картам неравнодушен.
Анэм протянул ему своё приобретение. Человек бережно взял лист пергамента, перевернул его вверх ногами, долго вглядывался, после чего разразился хохотом.
– Ох, потешили бедняка! Да разве ж это карта? Это творение только и годится, чтобы чудаков вроде вас с толку сбивать. Нет, что-то в ней есть. Но это «что-то» с тех пор успело четырежды по четыре раза измениться, так что найти дорогу по ней даже и не пытайтесь.
Вернув карту Анэму и взглянув на расстроенные лица братьев, он сжалился.
– Ладно, не печальтесь. Отвезу вас почти до ваших земель. Только услуга за услугу! Будете в Гальтаре, передадите тамошним начальникам прошение от народа холтийцев, чтобы они прямо к Абвениям его отправили.
– Нет проблем, – подмигнув братьям, согласился Унд. – А что за прошение у народа холтийцев?
– Луну с неба не просим, не беспокойся, – ответил человек. – Нужно нам, чтобы завезли сюда зверей, с которыми сподручнее холтийцам жить будет. А то эти, – кивнул он на осторожно выглядывающую из шатра корову, – одни хлопоты, а толку – молоко разве. Нам же нужна скотина посерьёзнее. Да ты не думай, мы уже всё решили и даже нарисовали, вот, смотри, – он протянул Унду кусок коры.
– А ты уверен, что вам нужно именно это, – осторожно спросил Унд. – Зачем вам такое… хм… существо?
– Вроде бороду отрастил, а ума не нажил, – укорил его человек. – Неужели и правда не понимаешь? Живут тут по соседству вариты, так повадились всё, что мы через их земли провозим, досматривать. Дескать, не везёте ли чего запретного? А запретное у них почему-то именно то, что мы всегда и возим. Вот нам и нужно, чтобы зверь был высоким, горбатым, лохматым, умел плеваться и плавать. Тогда никакой досмотр не страшен.
Унд даже слегка опешил от такого сочетания характеристик.
– Ну, если вы и правда решили… Сделаем, что сможем, – пообещал он.
– Спасибо, добрый человек. Поговорили, повеселили, пора и мне обещание сдержать. Доставлю, глазом моргнуть не успеете! Только шатёр соберу, да леммингов запрягу.
– Леммингов?! – за последний час братья, похоже, потратили годовой запас удивления.
– Конечно, – ответил человек. – Не знаете, что ли? Самый быстрый зверь, только его нужно убедить, что впереди обрыв.
Он выволок из шатра что-то вроде саней, свернул шатёр, положил его в сани, сверху посадил корову и свистнул. Прибежавшие на свист зверьки быстро впряглись в сани и, оглянувшись, выжидающе посмотрели на человека. Тот жестом пригласил братьев забраться в сани, залез сам, достал что-то вроде удочки, на конце которой висела табличка с нацарапанным «Обрыв там» и опустил её перед зверьками. Сани резко рванули с места. Не успевшие усесться братья попадали на корову, посмотревшую на них уже куда дружелюбнее. Сочувственное «Му!» слилось с песней, которую затянул их возница: «Мы поедем, мы помчимся на верблюдах утром ранним и отчаянно ворвёмся прямо в нашу тундростепь! Эх, пушистые!»…

…Первый рабочий день после отпуска не всегда наполняет энтузиазмом. Глядя на уже накопившиеся на столах бумаги, братья с трудом сдерживали тяжёлые вздохи, когда в кабинет вошёл подзадержавшийся сегодня Унд. Он молча подошёл к своему столу, вытряхнул на него из портфеля вместе с трухой кусок коры с нацарапанным прошением холтийцев и, усевшись, мрачно посмотрел на него.
– Что ты с ним будешь делать? – спросил Лит. – В печку или в архив?
– Удовлетворю, – ответил к удивлению братьев Унд. – Только, – мстительно добавил он, вспомнив слова холтийца и грустные глаза коровы, услышавшей, что от неё нет толку, – с одним небольшим дополнением. Я сделаю этих животных не просто водоплавающими, а любящими воду до сумасшествия. Чтобы как увидят хоть лужицу воды, сразу в неё забирались, и брассом, или кролем…

Несколько Кругов спустя. Побережье моря, отчего-то называемого Холтийским.
– Стой, кому говорят! Да стой же, порождение бесов!
– Якорь, якорь бросай!
Якорь цепляется за кусты, и верблюд, до того несшийся к морю, до которого осталось пара метров, тормозит и останавливается, уйдя почти по шею в землю. С него осторожно спускаются двое в халатах и, посмотрев сначала на море, потом друг на друга, в один голос произносят:
– Оказывается, в этом запрете и правда что-то есть…
24.09.09
Hatifnatt
*
Избранные статьи из Энциклопедического Словаря Талига (электронная версия – см. tg.wikipedia.org).
"Мир и Война"
— роман-эпопея великого талигойского писателя и мыслителя Жиля Понси (см. Понси, Жиль), описывающая события последних лет Круга Скал.
Признанный критикой всей Талигойи величайшим эпическим произведением золотоземельской литературы, МиВ поражает грандиозными размерами своего беллетристического полотна. Только в живописи можно найти некоторую параллель в огромных картинах в фельпском Дворце Дуксов, где тоже сотни лиц выписаны с удивительною отчётливостью и индивидуальным выражением. В романе Понси представлены все классы общества, от  королей до последнего солдата, все возрасты, все темпераменты и на пространстве огромного временного отрезка. Что еще более возвышает его достоинство как эпоса — это данная им психология народа. С поражающим проникновением изобразил Понси настроения людей, как высокие, так и самые низменные и зверские (например, в знаменитой сцене убийства скромного и честного генерала Феншо).

Везде Понси старается схватить стихийное, бессознательное начало человеческой жизни. Вся философия романа сводится к тому, что успех и неуспех в исторической жизни зависит не от воли и талантов отдельных людей, а от того, насколько они отражают в своей деятельности стихийную подкладку исторических событий. Отсюда его любовное отношение к юному Дикону Окделлу (см. Окделл, Ричард), сильному не стратегическими знаниями и не геройством, а тем, что он понял народную душу и через понимание и близость с простыми людьми осознал тот народный, не эффектный и не яркий, но единственно верный путь, которым можно было справиться с врагом. Отсюда же и нелюбовь Понси к Рокэ Алве (см. Алва, Рокэ) , так высоко ценившему свои личные таланты; отсюда возведение на степень величайшего мудреца скромнейшего солдатика П. Латтона за то, что он сознает себя исключительно частью целого, без малейших притязаний на индивидуальное значение; отсюда же, наконец, глубокое раскрытие образа скромного, незаметного труженика кардинала Сильвестра, отрекшегося от всего личного ради блага народа. Философская или, вернее, историософическая мысль Понси большей частью проникает его великий роман — и этим-то он и велик — не в виде рассуждений, а в гениально схваченных подробностях и цельных картинах, истинный смысл которых нетрудно понять всякому вдумчивому читателю.

В первом издании МиВ был длинный ряд чисто теоретических страниц, мешавших цельности художественного впечатления; в позднейших изданиях эти рассуждения были выделены и составили особую часть. Тем не менее, в своей гениальной эпопее Понси-мыслитель отразился далеко не весь и не самыми характерными своими сторонами. Нет здесь того, что проходит красною нитью через все произведения Понси, как писанные до «Мира и войны», так и позднейшие — нет глубоко пессимистического настроения. И в МиВ есть ужасы и смерть, но здесь они какие-то, если можно так выразиться, нормальные. После «Мира и войны» читателю хочется жить, потому что даже обычное, среднее, серенькое существование озарено тем ярким, радостным светом, который озарял личное существование автора в эпоху создания великого романа.
14.10.09
фок Гюнце

Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό

passer-by

  • Герцог
  • *****
  • Карма: 5500
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 10241
  • Я вольный воробей на ветке, от указаний отвернусь
    • Просмотр профиля

Ультрамикроминиатюра

Даже лишившись достоинства Повелителя Скал, он утешался тем, что сохранил титул Повелителя Дум...
30.10.09
фок Гюнце
*
Дверь таверны чуть слышно скрипнула, и в зал вошли самые гнусные злодеи Кэртианы.
Первым проскользнул незнакомый черноволосый худощавый и невысокий  бледный человек в темных очках, скрывающих его синие глаза от постороннего взора. Под мышкой он держал карту, исчерченную стрелками, со всех сторон направленными на странный паукообразный холм, а в руке - учебник по минному делу.
Вслед за ним вошел изящный кавалер с прямыми волосами, стянутыми на затылке на кэналлийский манер. Карманы кавалера были набиты колодами карт и проигранными женщинами.
Последней следовала немолодая, но все еще очень красивая эреа, из-за корсажа которой предательски выглядывала охапка драгоценностей, на каждой из которых виднелся вензель "Алиса Д."
Троица, поминутно озираясь, заняла самый дальний столик в темном углу Таверны.
- Мы собрались здесь для того, чтобы совершить самое гнусное, мерзкое и неслыханное злодейство в истории Кэртианы и истребить в ней раз и навсегда самое светлое, чистое, доброе и благородное начало! - зловещим шепотом обратился к подельникам первый мужчина и крикнул вслух:
- Официант! Подайте нам "Девичьи слезы", "Вдовьи слезы" и "Людскую кровь"! И тащите на закуску трепанга!!!
19.11.09
фок Гюнце
*
Размышлизм без ответа
Можно ли считать переход от Зверя Раканов к морскому огурцу эволюцией морали?

Размышлизм просто
"Чем больше я узнаю людей, тем больше я люблю трепангов" ((с) неизвестный адмирал за обедом).
19.11.09
фок Гюнце
*
Юноша зажег четыре свечи, трудолюбиво запихнул под порог тельце дохлой кошки, подобранное по дороге еще четыре дня назад, вытащил шпагу и четыре пистолета, надел на грудь родовую эсперу и косточку жабы, обвитую куриными перышками (оберег, подаренный старой выжившей из ума кормилицей) и гордо произнес в пространство:
- Скалы хранят избранных!
29.01.10
Фок Гюнце
*
Собственное мнение

- А-а-а!!! Этот мальчик - бяка!
- Ну что же такое ты, малыш, говоришь! Какой же он бяка! Посмотри - его и дедушка Руди любит, и дядя Росио. А дядя Росио бяк совсем не любит. Помнишь, как хороший дядя Росио тебя в детстве на коленке катал?
- Дядя Росио ничего не понимает! Он - хороший, а мальчик - бяка! Он со мной в детстве в галерею не ходил, а теперь в чужой песочнице игрался!
24.05.10
фок Гюнце
*
Ультрамикроминиатюра

Еще ребенком Никола мечтал вырасти и обзавестись туристической фирмой. Он не представлял себе более достойного занятия, чем организовывать для знатных лиц, баронов, графов, а может, чем Леворукий не шутит, даже герцогов поездки по родной стране, отдых на лоне девственной природы, ночевки у костра и прочие прелести первозданной жизни, не испорченной цивилизацией...
Мальчик вырос, но его мечта так и не сбылась - все время что-то мешало, то нехватка средств, то нелады на службе, то политические нестроения. Наконец, подвернулся удачный случай - и средства были, и нестроения закончились, и под рукой нашелся подходящий герцог. Настоящий! Можно было хотя бы попрактиковаться...
А зрители никак не могли понять, зачем и почему подчиненные Карваля  таскали по всему Талигу Дика Окделла...
07.10.10
фок Гюнце
*
По мере приближения Излома кэртианские дамы начали изменять мужьям тайком и украдкой.
Не потому, что они мужей боялись. Тут ничего не изменилось.
И не потому, что близился Излом и просыпались древние силы. Дамы не были суеверными.
Но огласки на форуме дамы начали опасаться. Репутация, знаете ли - великая вещь!

Кавалеры начали следить за своими поступками. Вешать Бермессеров остерегались. Повесишь раз, повесишь два - а потом руку подавать перестанут.
Взрывать стены и озера перестали. Не поймут, но осудят.
Самые дальновидные кэртианцы начали учиться нырять, лежать на дне и фильтровать воду. Пригодится...
01.04.11
фок Гюнце
*
Из ненаписанного

А по ночам он вынимал из рамочки портрет, который все видели днем, украдкой вставлял на его место миниатюру с изображением любимой женщины, недоступной, но бесконечно желанной, оглашал палатку томными вздохами, орошал портрет любимой слезами, прижимал его к сердцу, писал душераздирающие сонеты и рондели и перечитывал Веннена...
03.04.11
фок Гюнце
*
Ультрамикроминиатюра

В роду Алва многие века бытовал странный обычай - достигнув брачного возраста, юноши этого семейства начинали разъезжать по городам и весям, пристально рассматривая окна каждого дома. Посвятив этому занятию определенное время, они возвращались домой и женились по любви на девицах из лучших и знатнейших семейств
22.04.12
фок Гюнце
Записан
"Чистоту, простоту мы у древних берем,
Саги, сказки - из прошлого тащим,-
Потому, что добро остается добром -
В прошлом, будущем и настоящем!" (с)
"Если взлететь, то, в общем, не важно, больно ли падать". Leana
Είναι ανώτερη σοφία να μπορείς να ξεχωρίζεις το καλό απ' το κακό