Печать

[Карса]

Односельчане,за исключением некоторых, никогда не думали о Люте хорошо, всегда ожидали от него неприятностей и с лёгкостью верили самому плохому о нём, не утруждаясь доказательствами. А тут и основания кое-какие есть Так что удивляться нечему.  Здесь вообще очень неудачно сошлись обстоятельства. И нрав самого Люта, и его необычная внешность, и отношение окружающих. Возможно, если бы к нему изначально относились как к другим детям, всё было бы по-другому. И был бы Лют Лютобором, счастливым главой семейства, уважаемым знатоком леса. Если бы Зоринка не стала женой другого, тоже могло сложиться несколько иначе. Но вышло как вышло. И аукнулось аж правнукам Зоринки.
Любопытно, что Зоринка была спутницей Люта много лет, но детей у них не было.

[Артанис]

Благодарю вас, эрэа katarsis, эрэа Карса!

Интересно, что все злодеяния в округе приписывают одному только Люту. В некоторых случаях понятно - приметные вещи. Но вряд ли вещи из всех вообще ограблений были замечены на Люте и его товарищах. И не могут люди не понимать, что банда разбойников в лесу не одна. Видимо, дело в том, что очень уж Лют харизматичен со своими разными глазами и дивьим происхождением.

Ну да, Люта ни с кем не перепутаешь! И молва могла приписывать ему больше людей, чем было с ним на самом деле. Кроме того, в Лешевой Пади связывали с ним давнее нашествие волков и пожар, в котором погибла Зимогора. Да и в окрестностях наверняка были в курсе того происшествия. Так что его по умолчанию считают способным на все. И не удивляются ничему, если это касается Люта.

Односельчане,за исключением некоторых, никогда не думали о Люте хорошо, всегда ожидали от него неприятностей и с лёгкостью верили самому плохому о нём, не утруждаясь доказательствами. А тут и основания кое-какие есть Так что удивляться нечему.  Здесь вообще очень неудачно сошлись обстоятельства. И нрав самого Люта, и его необычная внешность, и отношение окружающих. Возможно, если бы к нему изначально относились как к другим детям, всё было бы по-другому. И был бы Лют Лютобором, счастливым главой семейства, уважаемым знатоком леса. Если бы Зоринка не стала женой другого, тоже могло сложиться несколько иначе. Но вышло как вышло. И аукнулось аж правнукам Зоринки.
Любопытно, что Зоринка была спутницей Люта много лет, но детей у них не было.

Вот-вот! Люди почему-то всегда охотнее верят в худшее.
В принципе, быть потомков дивий/ши/альвов, и как они еще зовутся - не приговор. Где-нибудь среди "детей богини Дану" его бы могли принять, даже с разными глазами и нелегким нравом, видели бы в нем будущего Хранителя. Да и среди сварожан, если бы там был хоть кто-то образованный и сведущий в делах дивий. Но обыкновенные поселяне не смогли с ним справиться, и он вырос чужим для всех. Спасибо, хоть Колот для него сделал все, что мог - благодаря ему, Лют вообще хоть как-то социализировался.
Так Зоринка же, родив Могуту, осталась бесплодной, об этом говорилось. Все одному досталось, вся жизненная сила. Потому и не было больше детей ни от Боривоя, ни от Люта впоследствии.

Сын Хозяина Леса (продолжение)

Колот стал готовиться к уходу в лес. Следовало оставить здесь, дома, все в порядке, как если бы он собирался подняться из Яви в Ирий.

Прежде всего он выпроводил из избы младшего сына, сказав ему:

- Улебушко, ступай, полей огород! Красе тяжело работать, ей скоро рожать. Натаскай воды из колодца и полей!

Улеб повиновался отцу. Загремел ведрами в сенях, собираясь идти за водой.

Сам же Колот сказал старшему сыну:

- А ты, Вячко, ступай со мной в амбар. Проверим, готовы ли дубильные вещества для шкур.

Отец с сыном ушли в амбар. Но там старший охотник не стал проверять, все ли готово для обработки шкур. Вместо этого он устало облокотился на одну из бочек и проговорил:

- Вячко, я должен открыться тебе... Смотри, никому покуда не говори, даже своей жене!.. Я должен покинуть вас и наши угодья, уйти в лес, к Люту! Скоро мы с вами расстанемся...

Вячко отшатнулся от отца, изумленно вытаращив глаза при свете единственной свечи.

- Батюшка, зачем?! Неужели же это необходимо?..

- Я много думал, как быть дальше, - отвечал Колот сурово, решительно. - Но другого выхода у нас нет. Если уж княжеский посланник подозревает меня в помощи Люту, то уже не оставит в покое. Когда я уйду, вас уже не обвинят в укрывательстве разбойников. Я не хочу неприятностей вам, моим детям! Да и Люту в самом деле потребуется моя помощь. У меня болит душа за него: наживет он беды, если не помочь. Он же никого не слушает, кроме меня...

Вячко провел ладонью по лбу, чувствуя, как его будто метелью подняло, земля уходила из-под ног. Стараясь успокоиться, он проговорил:

- Мне и в голову не приходило, батюшка... Но я сделаю все, как ты велишь, обещаю!

- Ничего, ты уже взрослый, справишься! - произнес Колот нарочито весело, положив руки на плечо сыну. - Поверь, я с легким сердцем готов уступить тебе нашу избу, усадьбу и все имущество! Об одном лишь прошу тебя: не бросай Улеба! Пусть у него всегда будет пристанище у твоего домашнего очага. Несмотря ни на что, он все-таки твой брат, и его жизнь не назовешь счастливой...

- Конечно, батюшка! Я буду обращаться с Улебом по-братски; надеюсь, что и он тоже, - добавил Вячко с горечью. В глубине души он считал, что Улеб уже давно сделался чужим для них с Красой. Но он не мог по-другому ответить на просьбу отца.

Колот вздохнул с облегчением. Он знал, что может вполне положиться на своего старшего сына.

А тем временем, Улеб натаскал воды и полил огород. Потом, по приказу Красы, принялся молоть зерно на ручной мельнице. Однако про себя он неотступно думал со злобой о своем двоюродном брате, Люте Разнооком, сыне Хозяина Леса. Рябой княжеский посланник разворошил воспоминания Улеба и разжег ненависть, тлевшую в его душе. Он мечтал как можно больше повредить тому, из-за кого погибла матушка, а сам он жил изуродованным. Ах, как жаль, что он не знал, где разбойничал этот лешак: с какой радостью выдал бы его! Но он мог лишь поделиться с посланником своими догадками. А теперь ему следовало думать, как уберечь отца. Он мог пострадать от подозрений в связях с разбойниками. Если от Люта, наконец, получится избавиться, отец перестанет разрываться между ним и домом, и все будет хорошо!

Ах, как жаль было Улебу, что он не представлял, где выследить Люта!.. Поразмыслив, младший сын Колота решил, что ему надо пока что притаиться, чтобы не вызвать у отца подозрений. А самому следить за отцом, чтобы по его следам пойти в лес, к убежищу Люта. Сделать это следовало осторожно, чтобы отец не заметил его слежки. Но ведь и он, Улеб, учился у отца лесным навыкам...

***

После решения Колота прошло некоторое время. Кузнецы Дубок и Боривой ковали железную снасть по его заказу.

В округе пока все оставалось по-прежнему. Рябой объезжал окрестные деревни, ища след Люта. Улеб следил за отцом, ожидая, когда тот соберется идти в лес.

А Колот и впрямь собрался к заветному дуплу, чтобы передать послание для Люта.

Улеб внимательно следил за отцом, и последовал за ним в лес. Крался позади в кустах вдоль отмеченной охотничьей тропы, - тихо, осторожно, точно подкрадывался к пугливому оленю. Даже веткой не хрустнул зря, чтобы его отец не насторожился.

Его терпение было вознаграждено: он увидел, как Колот свернул с тропы и направился к дуплистой березе. Охотник сунул в глубокое дупло свиток бересты - послание для Люта, не подозревая, что за ним следил его неверный сын.

Так Улеб убедился, что его отец продолжает сообщаться с Лютом. Никому другому его послание просто не могло предназначаться. Хотелось бы взглянуть, что отец оставил для лешака! Но перед ним простиралась поляна, и он не мог пройти так, чтобы не заметил отец. Ему ничего не осталось, как вернуться домой, не встречаясь с отцом. Самое главное и без того было ясно...

Когда Улеб вернулся домой, старший брат отругал его:

- Где ты бродишь, братец?! Опять надо поливать огород, а то солнце все сожжет. Батюшка ушел в лес, а я один, Краса на сносях... Давай-ка, Улеб, приучайся хозяйствовать вместе со мной! - Вячко не мог сказать брату, что отец скоро уйдет от них, но уже готовился действовать как хозяин.

Улеб поклонился брату с насмешливой покорностью и отправился за водой, не видя смысла спорить. Но, нося воду из колодца, а после поливая огород, младший сын Колота сосредоточенно размышлял, как ему быть дальше. Открыть ли, что его отец точно продолжает водиться с разбойником Лютом?!

***

Вечером и Колот вернулся домой. Он принес из дальней охотничьей избушки капканы и самоловы-пасти на пушных зверей, отмеченные знаком их рода. В избе, при свете лучины, показывал ловушки сыну Вячко, разложив их на скамейке, где они сидели.

- Ты знаешь, как пользоваться такими капканами, и как самому делать их из дерева, - проговорил Колот. - Они тоже будут твоим наследием! Пока ты сможешь добывать меха, твоя семья будет жить безбедно. Не забывай резать наш знак на новых капканах, чтобы все знали, что они имеют хозяина!

Вячко серьезно кивнул отцу, зная, к чему тот клонит.

- Я обещаю тебе, батюшка, достойно распорядиться этими вещами! И когда-нибудь мой сын пойдет по охотничьей тропе, как я ходил вместе с тобой.

Колот улыбнулся своему наследнику, коротко и ласково.

Они разговаривали наедине, пока Улеб поливал огород. Когда он вечером пришел в избу, ловушки были убраны в мешок из промасленной кожи. Улеб пристально взглянул на отца и брата, все еще сидевших на скамейке. И вновь сосредоточенно размышлял, что же ему делать с тем, что узнал, выслеживая своего отца.

Младший сын Колота смутно чувствовал, что происходит нечто важное. В их семье что-то неуловимо изменилось. Хотя Улеб никак не мог понять, что именно. Но был уверен, что это имеет значение.

Обожженный юноша и не представлял, насколько верны были его предчувствия. Ведь его отец собирался уйти в лес и присоединиться к ватаге Люта, стать изгоем. Так было нужно, чтобы уберечь семью старшего сына от подозрений властей, и исполнить обещание оберегать Люта. Оберегать прежде всего от него самого, от его горячности и неосторожности. Так он обещал племяннику перед лицом Отца-Небо. Да и для него самого, он чувствовал, будет спокойнее и безопаснее, покинуть Лешеву Падь. Иначе односельчане так и будут подозревать в нем пособника разбойников. А в деревнях сплетни не смолкают годами; его родные и прежде много страдали от них. Если же им и впредь будут интересоваться княжеские люди, вроде Рябого, что приезжал недавно, и вовсе ни самому Колоту, ни его родным не будет житья в родной деревне. Так что его уход получался лучшим решением, со всех сторон.

Вячко был опечален решением отца, но уважал его. Проводя последние дни рядом с отцом, он стремился перенять у него опыт и запомнить все его наставления, чтобы стать достойным наследником.

***

Минула еще пара дней.

Краса, по всем признакам, должна была вот-вот родить. Глядя на жену, Вячко уговорил своего отца:

- Батюшка, дождись, пожалуйста, пока родится ребенок! Возьмешь на руку своего внука или внучку, наречешь имя, а уж тогда и уходи в лес!

Колот задумчиво погладил бороду и проговорил:

- Конечно, и мне хочется дождаться, когда Краса родит!.. Ладно уж, задержусь еще немного! Хотя наши односельчане наверняка уже подозревают о моих намерениях. Ярош неспроста намекал мне: видно, Дубок проговорился о моем заказе...

И впрямь, кузнец Дубок сообщил деревенскому старосте, когда тот спросил его о своем поручении, что в первую очередь выполняет внеурочный заказ Колота. Староста удивился про себя. И стал в эти дни, как бы невзначай, чаще наведываться к Колоту, по делу или в гости.

Когда староста приходил к ним, это примечал Улеб. Он бросал работу в избе или в огороде и кружился возле старших, желая узнать, о чем те станут говорить. Однако Вячко не давал брату подслушивать, ругался на него.

- Ты что это подпираешь стенку, Улебко?! Коровник чистить надо, а в огороде опять овощи горят. Из-за тебя ни одну работу нельзя довести до ума!..

Улеб не возражал брату, было не до того. Лишь глядел презрительно: что он знает, Вячко, кроме своих хозяйственных забот?! А сам снова норовил подслушать, о чем отец будет говорить с деревенским старостой.

В последний раз Ярош сообщил Колоту:

- Кстати, если тебе интересно: наш недавний гость - Рябой, княжеский посланник, обещал мне перед отъездом, что по пути обратно в Дубравну заедет снова к нам, в Лешеву Падь. Хочет, видно, еще раз удостовериться напоследок, не узнали ли у нас чего о Люте...

Этот разговор удалось услышать Улебу, притаившемуся под дверью. Он вспомнил Рябого - такого же изуродованного, как он сам, и тоже врага лешака Люта. Они с Рябым поняли друг друга. Помочь ли ему, подсказать тайну дуплистой березы, явно связанной с Лютом?.. Это было бы хорошо! Улеб порадовался, что княжеский посланник скоро приедет вновь.

А вот его отец мрачно нахмурился в ответ на предупреждение старосты. Нахмурился и сжал зубы.

- Спасибо тебе, Ярош, что предупредил меня! - задумчиво поблагодарил он.

Колоту вовсе не хотелось вновь встречаться с Рябым, навлекать его подозрения. Ему было необходимо уйти в лес до возвращения княжеского посланника, чтобы тот не сумел найти ни следа его. Пусть никто не сможет его выследить! Искать в лесной чащобе таких опытных охотников, как Колот и Лют, - все равно что ловить рыбу голыми руками в бурной волне! Следовало все устроить, чтобы Рябому и на сей раз пришлось уехать из Лешевой Пади несолоно хлебавши.

[Артанис]

Сын Хозяина Леса (продолжение)

Прошло еще некоторое время.

Кузнецы, наконец, закончили ковать для Колота железные предметы. И он в назначенный день пошел забирать их.

Возле калитки усадьбы кузнеца охотник встретил Зоринку. Она гуляла с сыном, давая своей матери немного отдохнуть от неусыпного присмотра за неугомонным ребенком. Сейчас Могута забежал вперед матери, срывал на лужайке белые любавки и гонялся за пестрыми бабочками. Зоринка улыбалась, глядя на сыночка. Из кузницы слышался мерный перестук молотов и шипение огня в горне. Дубок с Боривоем трудились, не покладая рук.

Зоринка заметила приблизившегося охотника и почтительно поклонилась ему.

- Здравствуй, дядюшка Колот! - приветливо проговорила она.

- И тебе долгой жизни и радости, Зоринка! - ласково отозвался он. - Рад видеть, что у тебя все в порядке, что сыночек твой растет да наливается силушкой день ото дня!

Они стояли возле калитки, наблюдая за маленьким Могутой. А тот бегал, топча траву босыми пятками, и пытался ухватить ручками хоть одну из порхающих бабочек.

Зоринка спросила старого охотника:

- Что, дядюшка Колот, пришел за железной снастью? Все готово, ждет тебя. Батюшка говорит - за десять лет железо не изотрется!

Колот чуть заметно улыбнулся.

- Спасибо Дубку с Боривоем! Может статься, прослужат эти орудия и десять лет, и более того, коли нельзя уже будет обратиться снова к твоим родным!

Зоринка пристально взглянула в лицо своему родственнику.

- Стало быть, ты уходишь из деревни, дядюшка? Туда, где Лют? - ее голос дрогнул при этом имени.

Колот слегка развел руками.

- Все давно шло к тому, а теперь я готов. Жду только, когда Краса родит моего внука или внучку... Думаю, что там, в лесу, я буду нужнее, чем здесь, - прибавил он, думая о племяннике.

Зоринка глубоко вздохнула, не зная, как выразить свое беспокойство о том, кто навсегда ушел из ее жизни. Вернее - она ушла, предпочтя Боривоя и их сына. Но все же, Лют не был безразличен ей, и она желала ему счастья.

- Прошу тебя, дядюшка Колот: оберегай Люта, как делал это прежде! - тихо попросила она, и ее голос дрогнул.

Охотник серьезно кивнул, глядя ей в глаза.

- Обещаю, Зорюшка! Даю слово оберегать Люта от любых бед, сколько хватит сил! А ты проси Небеса за него и за меня!

Молодая женщина подняла ладони кверху молитвенным жестом.

- Да хранят все силы Неба и Земли тебя и Люта! Я всю жизнь стану просить за вас! - заверила она.

- Ну, тогда я спокоен! - Колот слегка улыбнулся. - Ладно, пойду за своим заказом!

Он направился к кузнице, легким, почти бесшумным шагом охотника, привыкшего много ходить по лесным чащобам.

Маленький Могута бросился наперерез охотнику, оглянулся на него и хлопнул в ладоши, звонко смеясь, как могут лишь дети. Он бегал вокруг идущего мужика, норовя опередить его.

Колот неожиданно для самого себя широко улыбнулся, глядя на забавного малыша. Хорошенький сынок рос у Зоринки с Боривоем, на радость всей семье кузнеца!..

Тут как раз и сам Дубок вышел из кузницы навстречу гостю. Его, от горла до колен, укрывал плотный кожаный фартук, неоднократно прожженный жгучими искрами, черный от дыма. Об этот фартук кузнец вытер руки, прежде чем поздороваться за руку с гостем.

- Здравствуй, Колот! - дружески приветствовал его Дубок. - Ты как раз вовремя! Твой заказ готов, взгляни сам.

- Проверим все: как станет бить твое железо, когда насадим его на древки, рогатины, топорища! - согласился охотник.

И двое мужчин ушли в пристройку, где хранили готовые изделия и сырые крицы железа. А маленький Могута поглядел вслед старшим, которых уже не мог догнать. Жаль, что дедушка со своим гостем не позвали его! Могута чувствовал, что у них там происходит что-то интересное. Ему нравилось, как пахли отец с дедушкой, приходя домой - углем и железом, и кожа у них на руках и лице почему-то бывала горячей. Он еще не думал, в чем состоит их работа, просто ему было любопытно. Но мальчик был еще слишком мал, чтобы вникать в жизнь старших.

И как раз тут Зоринка позвала сыночка:

- Могута, мальчик мой! Беги ко мне, далеко не уходи!

Услышав голос матери, мальчик побежал к ней, раскинув руки, сколько мог, чтобы обнять ее - матушку, самую лучшую на свете.

***

Между тем, в пристройке Дубок показал Колоту выкованные железные снасти: наконечники для стрел и рогатин, ножи, лезвия для топоров, заступ и молоток. Тут было все, что могло пригодиться лесному охотнику в его нелегком промысле, сколько бы времени он не собирался провести в глуши. Колот со знанием дела проверял каждую вещь: достаточно ли они остры и прочны, не сотрутся ли о толстые звериные шкуры и жесткое мясо, о твердые ветви и корни? Не сломаются ли в решающий миг, когда, может быть, от прочности оружия будет зависеть жизнь? Но нет, все было в порядке! Легкие маленькие наконечники стрел хороши для пушных зверей. А широкое граненое лезвие рогатины на прочном древке, да в надежных руках, могло уложить навек хоть медведя, хоть лося...

Дубок внимательно наблюдал, как Колот проверял железную снасть. Мысленно кузнец сочувствовал охотнику, готовому бежать от людских подозрений в лес, точно волк. Но не хотел говорить лишнего своему родичу и другу. Лишь указал, выражая поддержку:

- Я тут сделал еще кое-что... Вот второй нож и топор, заступ, молоток, а это рыболовные крючки. Тебе в лесу все может пригодиться...

- То правда, - Колот признательно протянул руку кузнецу. И, желая объяснить ему свое решение, намекнул: - Не всех в лес гонит вина. Порой бывает, что слухи преувеличивают. Пока волка зовут волком, лисица, глядишь, и разорит весь свет... А за все, что ты сделал для меня, Дубок, я отдам тебе плату сегодня же! Вячко принесет тебе меха.

Неясно, понял ли Дубок вполне намеки Колота. Он лишь моргнул и отвечал:

- Ну, как там обстоит дело - тебе виднее! А я желаю тебе добра, Колот... Давай-ка, помогу тебе все уложить!

Охотник достал из-за пазухи аккуратно сложенный полотняный мешок. Он развернул его, и двое мужчин принялись в четыре руки складывать туда всю железную снасть.

Затем Дубок проводил Колота до калитки. И проговорил напоследок, пожав ему руку:

- Хорошей добычи тебе в лесах, Колот! И - доброго пути, куда бы ты ни собирался!

Пожилой охотник огляделся по сторонам. Тут же стояла Зоринка, держа за руку маленького Могуту.

Колот обратился к ним всем, от души, хотя и сдержанно:

- А вам счастья в семье и в труде, милые родичи! Да хранят вас Небеса! - так он пожелал, сознавая, что, скорее всего, в последний раз вот так дружески беседует со своими родственниками и односельчанами.

Зоринка ничего не ответила. Лишь гладила сына по кудрявой, рыжей, как у Боривоя, голове, а сама смотрела на охотника, уходившего прочь.

"Да хранят тебя Небеса, дядюшка Колот! - мысленно говорила она. - Счастья тебе на лесном пути! Тебе - и ему, Люту, твоему племяннику! Прошу тебя, светлая Доля: пошли же им, наконец, счастье!"

Выйдя за калитку, Колот обернулся напоследок и взглянул на Зоринку и ее сына, что глядели ему вслед. С ними он не прощался. Его сердца коснулось предчувствие, что их тропинки еще пересекутся. Раз уж его племянник Лют, сын Хозяина Леса, избрал Зоринку своей суженой, то еще напомнит о себе, рано или поздно...

Дубок же закрыл за гостем калитку. И, как только Колот отвернулся и направился прочь, кузнец очертил ему вслед солнечный круг, древнейший оберег. Этот жест встречался чуть ли не у всех народов, над какими светило солнце. Он просил Небесное Око светить Колоту и защищать его повсюду, куда бы тот ни пошел.

***

Прошло еще несколько дней. Колот все подготовил для лесной жизни, и был готов уходить хоть сейчас. Ждал только, когда родится его внук, первенец Вячко и Красы, раз уж они просили его подождать.

К ним по-прежнему приходил староста Ярош, беседовал с Колотом. И как бы невзначай сообщал ему, какие вести доходили из соседних деревень о Рябом, княжеском посланнике. Тот все еще объезжал округу, ища следы "разбойника" Люта.

Колот убеждался, что время у него еще есть, хоть и не так много. И благодарил старосту:

- Спасибо тебе, Ярош! Всегда буду помнить, как ты старался помочь мне, каким хорошим другом был всю жизнь! - но лишь намекнул, не признаваясь, что скоро они простятся навсегда.

Так все и происходило. В положенный срок у Красы начались роды. Заранее пригласили старую травницу, ту самую, что помогала родиться на свет Могуте, сыну Зоринки. К счастью для всех, Краса разродилась быстро и легко, насколько это было возможно. Родился мальчик, небольшой, но здоровый на вид и хорошо сложенный.

После того, как молодая мать впервые покормила новорожденного, Вячко, сияющий радостью, вынес сыночка в горницу, чтобы показать его родным и наречь имя.

На скамье возле печи поставили чашу с чистой водой. Возле нее лежала ветка можжевельника, покрытая сизой хвоей.

Молодой отец обмакнул ветку в воду и трижды брызнул с нее на головку младенцу. Тот сразу пронзительно и недовольно заверещал.

Вячко объявил торжественным голосом, сдерживая волнение:

- Да хранят моего сына Отец-Небо и Мать-Земля! Да оберегают его всевидящий Хорс, Перун - Истребитель Нечисти, и Огонь родного очага! Да увидят его благие пращуры наши, и возьмут под защиту нового наследника рода, по имени... - он на мгновение примолк, прежде чем назвать имя, что будет лучшим для его сына. - По имени Колот, сын Вячко! - он торжествующе взглянул на своего отца.

Тот с сомнением покачал головой.

- На что тебе понадобилось давать сыну мое имя, Вячко? Поискал бы кого-то более достойного! Назови Полюдом, в честь дедушки, моего отца.

Но Вячко продолжал убеждать своего отца:

- Не отказывайся от чести, батюшка! Для нас с Красой важнее всего, чтобы твое имя продолжало звучать в нашей семье!

И Улеб поддержал брата с редким для них в последнее время единодушием:

- Соглашайся, батюшка! Твое имя достойнее всех для ребенка.

А старая травница, следившая за обрядом имянаречения, показала на ребенка, лежащего на руках у отца.

- Поглядите: ребенок открыл глаза, когда его нарекли Колотом! Значит, узнал себя, и быть по сему!

Старший Колот смущенно улыбнулся и подошел к сыну, взял на руки новорожденного внука.

- Ну здравствуй, малютка Колот! Счастья тебе в прародительском доме! - он поцеловал младенца в крошечные губки. - А я рад, что дождался тебя, и на руках подержал!

И, держа внука, старый охотник вспомнил, как некогда брал на руки родившихся сыновей - сперва Вячко, потом Улеба. А после - и племянника Люта, когда его сестра Синеока родила сына от Хозяина Леса. Лют родился крупнее его сыновей, и у него от рождения были разные глаза - наследство дивий. А маленький Колот - дитя как дитя, у него будет хорошая судьба среди людей...

Вечером в избу охотника пришел почетный гость - староста Ярош.

- Слышал я, что родился мальчик? - спросил он.

- Родился, родился! - Колот радостно приобнял гостя за плечи, повел в избу. - Хвала Небесам, прехорошенький малыш! Его назвали в мою честь, Колотом!.. Ну, пойдем со мной, поглядишь!

- Погоди чуток! - Ярош выставил ладонь вперед. - Сперва надо сказать тебе кое-что.

- Да? - насторожился Колот. А староста продолжал:

- В деревню Сосновку, что к нам ближе всего, приехал Рябой. Он возвращается домой с поисков твоего племянника. Так что тебе следует поторопиться, если не хочешь столкнуться с ним вновь. Лучше бы тебе уйти на промысел поскорее, - староста все еще говорил намеками. - Иначе Рябой не отстанет от тебя просто так.

Колот тревожно нахмурился, но тут же протянул руку Ярошу, исполненный благодарности.

- Спасибо тебе, Ярош, что предупредил меня вовремя! Что ж, я поступлю по твоему совету.

Охотник поглядел на своих сыновей, сидевших на скамейке. Скользнул взглядом по Улебу и остановился на Вячко. Указал на него деревенскому старосте:

- Вот, Ярош! Мой старший сын Вячко - ныне законный хозяин этой избы и всего имущества, а также охотничьего пути нашего рода. Ведите теперь с ним дела в деревне, как вели со мной!

При этих словах Улеб остро взглянул на старшего сына. А тот сперва смущенно покраснел, но тут же взял себя в руки и уважительно кивнул старосте, как равный.

Староста одобрительно кивнул в ответ.

- Жаль с тобой расставаться, Колот, - проговорил он затем. - Но, наверное, так будет лучше для всех. Пусть Велес хранит тебя!

На прощание Ярош с Колотом крепко пожали друг другу руки. И староста вышел, поклонившись огню очага.

А Колот проверил все необходимые вещи, что собирался взять с собой в изгнание. У него все было готово. Ничего не задерживало его здесь.

Старая травница отнесла новорожденного к его матери. И сама села на скамейку у постели роженицы, радуясь, что все прошло благополучно.

Краса еще выглядела истомленной после родов. Ее лицо было бледным, глаза провалились. Но она радостно улыбнулась, глядя на своего сыночка. Маленький Колот, получивший имя и досыта накормленный, спокойно заснул. Старуха чуть покачивала его колыбельку...

А в горнице Улеб, молчавший все время, вдруг сказал:

- Пойду почищу денник у коня! - и вышел во двор.

Здесь он остался без присмотра и мог поразмыслить, что делать дальше. Он понял, что отец покидает дом. Нужно было действовать быстро, не теряя времени. И Улеб решил вновь сообщить старосте Ярошу, что отец уходит к ненавистному Люту, чтобы тот удержал, отговорил бы его, но так, чтобы самому отцу не было вреда. Рябой мог в этом помочь. Улеб хотел, чтобы Ярош убедил Колота подождать приезда княжеского посланника.