Печать

[Colombo]

Ну они же хотели как лучше, а всего предусмотреть невозможно. Какой, извините, Линней назвал гриб Phallus impudicus? А есть еще Phallus hadriani, явно в связи с конкретным Адрианом. Веселый народ биологи...

[фок Гюнце]

Ну они же хотели как лучше, а всего предусмотреть невозможно. Какой, извините, Линней назвал гриб Phallus impudicus?

Видел я этот гриб - и хочу сказать, что как раз в данном случае все строго по Горацию, cognata vocabula rebus.
Это нам не китопер мышонок, а именно, что написано. Если не по содержанию, то в любом случае, по форме каковая есть небытие, а небытие есть форма. Небытие неотделимо от формы,  форма неотделима от небытия. То, что является небытием, является и формой, то, что есть форма, есть небытие.

А есть еще Phallus hadriani, явно в связи с конкретным Адрианом. Веселый народ биологи...

Особенно весело - что с тем самым, который первым его описал

[prokhozhyj]

Какие глубины в словах θῆλυς  - "женский" - и φόνος - "убийство" - и счастье еще, что ни один телифон не подал в суд (пока!) с требованием наказания за клевету и возмещения морального ущерба.

А вот предъявить телифона какой-нибудь матроне и посмотреть на её реакцию... Тут-то имечко и заиграет .

[prokhozhyj]

Веселый народ биологи...

 "...ботаник из Пруссии Иоганн Сигезбек, который в своем труде "Ботанософия" (Botanosophiae, 1737) осудил систему Линнея как "непристойную", выступая против идеи, что цветы могли предаваться такому "мерзкому распутству" [NB: тычинки/пестики – Прхж.], и вообще не стеснялся в выражениях. Прежде Сигезбек и Линней вели дружескую переписку, но Линней всегда плохо воспринимал критику с его стороны. Он отомстил Сигезбеку, назвав его именем новый вид Sigesbeckia orientalis. В чем же тут месть? Дело в том, что сигезбекия — мелкий, неприятно липучий и довольно непривлекательный на вид сорняк, к тому же с крошечными цветками. Учитывая аналогию, которую Линней явно проводил между половыми органами человека и растений, вид с крошечными цветками он выбрал неслучайно..."

[фок Гюнце]

/*Задумчиво"/ Не знаю, кто и за что аналогичным образом отомстил Александру Йерсену, Киеси Шиги, Ховарду Риккетсу или, скажем, Дэниелу Сальмону...
Впрочем, и в наши дни какая-нибудь Scaptia beyonceae тоже заставляет задуматься о таинствах коварства в недрах душ иных биологов...

Вот если бы кто-нибудь когда-нибудь, скажем, открыл новый гриб и назвал его Coprinus guntiae - я бы обиделся...

А вот предъявить телифона какой-нибудь матроне и посмотреть на её реакцию... Тут-то имечко и заиграет .

Во-первых, вот помрет телифон от таких опытов - и что? Переменуем матрону в Уропигициду?
Во-вторых, по такой логике в телифонов следует переименовывать и род Natrix, и семейство Muridae, и, возможно, отряд Araneae.

[фок Гюнце]

PS. A китопёра мышонка, Balaenoptera musculus, переименуем в китопёра женоубийцу, Balaenoptera thelyphonus.

Впрочем, стоит только заглянуть в глубины океана, in oceani profundum, как там обнаруживаются не менее странные, чем китоперые мышата, твари. Да можно и не заглядывать, так, посмотреть одним глазком - и вспомнить, что на древнегреческом σάρξ - это мясо, а πτερόν - перо, после чего вдруг задумываешься о том, что с точки зрения кладистики все мы - ежи, ужи, птицы и люди,  волки и кобылы, львы в автомобиле, зайчики в трамвайчике и жаба на метле - саркоптеригии, а стало быть, являемся мясоперыми. Что бы это ни означало.  Перья у нас - из мяса, чего бы динозавры себе ни навоображали. А может - мясо из перьев...
В общем, мясоперые, втородырочные (дейтеростомы, а στόμα - это, собственно, "отверстие"), двубокие (bilateria) задопалочники (κοντός - это копье, а можно просто палка).  Такими родились, такими и живем... А рядом то ли предки, то ли дальние родичи, воронкокнутиковые, плавают на зависть подвалам инквизиции - и ничего...

[фок Гюнце]

PPS И все же вдумайтесь, какой чудесный язык - латинский.

Биологам он позволяет скрывать от непосвященных истинную природу живых существ - скажем, называть китопёрым мышонком вот это существо:

Непосвященные слушают и думают, что говорят о мышатах. Китопёрых. А ведь на самом деле, если внимательно вглядеться в фотографию, можно заметить, что почти ничего общего с мышатами у этого существа нет.  Да и перьев у него не видно - ни китовых, ни любых других. Впрочем, само существо немного смахивает на кита, хоть оно и мышонок...

Но с другой стороны, латынь необычайно поэтична.
Например, как назвать вот эту фотографию?

На латинском, например, очень красиво: Infundibulum in profundus...
И скажите на милость, кому могло прийди в голову, что он похож на глину??? Автор названия глину хотя бы раз видел?

И вообще, представьте, что бы было, если бы римляне не успели вовремя, до изобретения современной биологии, дать имя, точнее, целых два разных имени, существу на картинке ниже.

Уверяю вас, что если бы имя ему придумывали   зоологи линнеевских и постлиннеевских времен, знали бы мы его под именем вроде Anatiptera cervifera - уткопер шееносный.
А так пришлось использовать оба латинских имени, комбинируя их в неожиданных сочетаниях.

[passer-by]

А что? Уткопер шееносный - вполне себе, не так уж и некрасиво.
Что-то похожее на утку, но красивее, ибо отличается от утки красотой шеи. Красавица или красавиц! Вполне себе приемлемо, если учесть выше приведенные названия.

[фок Гюнце]

Михаил Александрович Врубель. Царевна Уткопер шееносная.

Красота...
 
/*Напевает*/
Уткопёры шееносные
Солнечным днем...

[passer-by]

Михаил Александрович Врубель. Царевна Уткопер шееносная.

Красота...
 
/*Напевает*/
Уткопёры шееносные
Солнечным днем...

И что?
"Как розу ты не назови, она все равно будет пахнуть розой". 
Красота никуда не денется, как бы её не обзывали. Ей от этого ни холодно, ни жарко.
А у Врубеля действительно красота. Я всегда любовалась, когда удавалось посмотреть "вживую" саму картину.

[фок Гюнце]

Михаил Александрович Врубель. Царевна Уткопер шееносная.

Красота...
 
/*Напевает*/
Уткопёры шееносные
Солнечным днем...

И что?
"Как розу ты не назови, она все равно будет пахнуть розой". 

Utrum et genera et species, quamdiu genera et species sunt, necesse sit subiectam per nominationem rem aliquam habere an ipsis quoque nominatis rebus destructis ex significatione intellectus tunc quoque possit universale consistere, ut hoc nomen 'rosa' quando nulla est rosarum quibus commune sit? (Abelard)
Увы, но если мы попробуем последовать за Абеляром и, как учит нас тринадцатилетняя девушка на балконе, начнем публично называть розу какой-нибудь Spina aromadator, колючка дарящая аромат, верблюда - Tubarifer sputator, горбонос плеватель, а этого самого китопера-мышонка - Cetus caeruleus (или  Dytiscus ingens, нырятель огромный) - вот тут придут к нам ICBN с ICZN, и наши попытки объяснить, что роза пахнет розой, как ее ни обзови, проигнорируют. А биологи еще и занудствовать начнут - мол, Dytiscus  - это совсем другое, хотя ни один dytiscus, которого они так называют, и близко не способен нырнуть так, как этот самый мышонок-китопер.
Да и вообще... Что в имени? - то, что зовем мы вилкой, под именем любым наделать может дыр. Но если мы начнем (да и все вокруг затеют) именовать эту самую вилку упомянутым именем любым  - то на кого обижаться, если мы придем в магазин за немудрящими бытовыми покупками, а нам в качестве столового прибора начнут подсовывать то велосипед, то шляпку с ушками, то дрель, то пистолет-пулемет (игрушечный)?
А вот когда мы cyanidum kalii назовем saccharum - нам и вообще не поздоровится...

 
Красота никуда не денется, как бы её не обзывали. Ей от этого ни холодно, ни жарко.

Решено. Начинаю называть того кого раньше именовали Cygnus cygnus, Акакием Акакием. А C. olor, соответственно - Акакием Сосипатром. Красоте от этого ни холодно, ни жарко.
И будет у нас картина "Царевна Акакий".     

[Colombo]

Уверяю вас, что если бы имя ему придумывали   зоологи линнеевских и постлиннеевских времен, знали бы мы его под именем вроде Anatiptera cervifera - уткопер шееносный.

Можно Ophiuchus. Вообще на присвоение имен влияет много факторов и обстоятельств.

   - Открытие! Великое открытие! - кричал Линус Питт, прыгая у борта. - Совсем новый, неведомый науке вид! Совершеннейший уникум! Ах, как я вам благодарен милсдарь ведьмак! Отныне этот вид будет фигурировать в книгах как... как Geraltia maxiliosa pitti!
   - Уважаемый бакалавр, - щелкнул зубами ведьмак. - Если вы взаправду хотите меня отблагодарить... то пусть эта холера называется Everetia.
   - Тоже красиво, - согласился ученый. - Ах, какое открытие! Какой уникальный, изумительный образец! Наверняка единственный живущий в Дельте!
   - Нет, - неожиданно угрюмо сказал Гладыш. - Не единственный! Гляньте!
   Прилегающий к недалекому островку ковер желтых кувшинок дрогнул, резко заколыхался. Они увидели волну, а потом - огромное, продолговатое, напоминающее гнилой ствол тело, быстро перебирающее многочисленными конечностями и щелкающее челюстями. Лысый оглянулся, дико взвыл и поплыл, колошматя по воде руками и ногами.
   - Какой экземпляр, какой экземпляр! - быстро записывал возбужденный до предела Питт. - Головные хватательные конечности, четыре пары челюстеножек... Сильный хвостовой веер... Острые клещи...
   Лысый снова оглянулся и завыл еще пронзительнее. А Everetia maxiliosa pitti вытянула хватательные головные конечности и сильнее взмахнулв хвостовым веером. Лысый поднял фонтаны брызг в отчаянной и безнадежной попытке спастись.
   - Да будет вода ему водкой, - сказал Ольсен. Но шапки не снял.
   - М-мой пап-пка, - защелкал зубами Эверетт, - умеет плавать быстрее, ч-чем тот дядя!
   - Уберите ребенка, - буркнул ведьмак.

 

 
Красота никуда не денется, как бы её не обзывали. Ей от этого ни холодно, ни жарко.

Ей-то пофиг, это нам может стать холодно и жарко, причем одновременно.

[passer-by]

Михаил Александрович Врубель. Царевна Уткопер шееносная.

Красота...
 
/*Напевает*/
Уткопёры шееносные
Солнечным днем...

И что?
"Как розу ты не назови, она все равно будет пахнуть розой". 

Utrum et genera et species, quamdiu genera et species sunt, necesse sit subiectam per nominationem rem aliquam habere an ipsis quoque nominatis rebus destructis ex significatione intellectus tunc quoque possit universale consistere, ut hoc nomen 'rosa' quando nulla est rosarum quibus commune sit? (Abelard)
Увы, но если мы попробуем последовать за Абеляром и, как учит нас тринадцатилетняя девушка на балконе, начнем публично называть розу какой-нибудь Spina aromadator, колючка дарящая аромат, верблюда - Tubarifer sputator, горбонос плеватель, а этого самого китопера-мышонка - Cetus caeruleus (или  Dytiscus ingens, нырятель огромный) - вот тут придут к нам ICBN с ICZN, и наши попытки объяснить, что роза пахнет розой, как ее ни обзови, проигнорируют. А биологи еще и занудствовать начнут - мол, Dytiscus  - это совсем другое, хотя ни один dytiscus, которого они так называют, и близко не способен нырнуть так, как этот самый мышонок-китопер.
Да и вообще... Что в имени? - то, что зовем мы вилкой, под именем любым наделать может дыр. Но если мы начнем (да и все вокруг затеют) именовать эту самую вилку упомянутым именем любым  - то на кого обижаться, если мы придем в магазин за немудрящими бытовыми покупками, а нам в качестве столового прибора начнут подсовывать то велосипед, то шляпку с ушками, то дрель, то пистолет-пулемет (игрушечный)?
А вот когда мы cyanidum kalii назовем saccharum - нам и вообще не поздоровится...

 
Красота никуда не денется, как бы её не обзывали. Ей от этого ни холодно, ни жарко.

Решено. Начинаю называть того кого раньше именовали Cygnus cygnus, Акакием Акакием. А C. olor, соответственно - Акакием Сосипатром. Красоте от этого ни холодно, ни жарко.
И будет у нас картина "Царевна Акакий".   

    

Не надо!!!

[фок Гюнце]

Можно Ophiuchus.

Можно и Ophiuchus...
Впрочем, следуя славной зоологической традиции, два родственных вида будут именоваться Serpentarius serpentarius и Serpentarius ophiuchos.

Михаил Александрович Врубель. Царевна Уткопер шееносная.

Красота...
 
/*Напевает*/
Уткопёры шееносные
Солнечным днем...

И что?
"Как розу ты не назови, она все равно будет пахнуть розой". 

Utrum et genera et species, quamdiu genera et species sunt, necesse sit subiectam per nominationem rem aliquam habere an ipsis quoque nominatis rebus destructis ex significatione intellectus tunc quoque possit universale consistere, ut hoc nomen 'rosa' quando nulla est rosarum quibus commune sit? (Abelard)
Увы, но если мы попробуем последовать за Абеляром и, как учит нас тринадцатилетняя девушка на балконе, начнем публично называть розу какой-нибудь Spina aromadator, колючка дарящая аромат, верблюда - Tubarifer sputator, горбонос плеватель, а этого самого китопера-мышонка - Cetus caeruleus (или  Dytiscus ingens, нырятель огромный) - вот тут придут к нам ICBN с ICZN, и наши попытки объяснить, что роза пахнет розой, как ее ни обзови, проигнорируют. А биологи еще и занудствовать начнут - мол, Dytiscus  - это совсем другое, хотя ни один dytiscus, которого они так называют, и близко не способен нырнуть так, как этот самый мышонок-китопер.
Да и вообще... Что в имени? - то, что зовем мы вилкой, под именем любым наделать может дыр. Но если мы начнем (да и все вокруг затеют) именовать эту самую вилку упомянутым именем любым  - то на кого обижаться, если мы придем в магазин за немудрящими бытовыми покупками, а нам в качестве столового прибора начнут подсовывать то велосипед, то шляпку с ушками, то дрель, то пистолет-пулемет (игрушечный)?
А вот когда мы cyanidum kalii назовем saccharum - нам и вообще не поздоровится...

 
Красота никуда не денется, как бы её не обзывали. Ей от этого ни холодно, ни жарко.

Решено. Начинаю называть того кого раньше именовали Cygnus cygnus, Акакием Акакием. А C. olor, соответственно - Акакием Сосипатром. Красоте от этого ни холодно, ни жарко.
И будет у нас картина "Царевна Акакий".   

    

Не надо!!!

Это еще отчего?
Что в имени? То, что зовем акакий,
Под именем любым по озеру плывет. 

[фок Гюнце]

PS Но вообще, иногда в этих загадочных словосочетаниях определенная логика наличествует.  Только она упрятана глубоко-глубоко, и знает, где она лежит, возможно, только автор.
Вот, к примеру, кого называют "дыхатель-большеглав" (ну, или дующий с большой головой)?
Кто является "похожим на пасущегося передом"?
Кто "имеет места для прогулок"?
У кого "жабры в дырке"?
Кто "имеет форму чужих без углубления"?
А ведь в каждом случае авторы названия могли бы рассказать, за что они так бедных звериков...