Благодарю Вас, эрэа
katarsis! 
Как же жаль, что нельзя было просто спокойно развестись! Думаю, даже Гориславу стало бы лучше, хоть и не сразу.
Разводы - это непростая юридическая процедура, особенно для богатых и знатных людей. Сварожане пока что не усовершенствовали свое законодательство до такой степени. Да Горислав и не захотел бы расставаться с Ласкавицей. Хотя, может быть, со временем ему и вправду стало бы лучше без нее.
Обреченная любовь (продолжение)
Тем временем, события шли своим чередом. Воевода Власт вернулся из Славгорода и доложил князю Мстиславу Изяславичу, что все в порядке. Славгородские бояре, задобренные послом и принявшие во внимание непреходящую угрозу со стороны вархонитов, согласились принять Мстислава на княжение.
Мстислав в эти дни летал, как на крыльях, готовясь переехать в Славгород. Он назначил отъезд на листопад-месяц. Вначале князь собирался сам уехать вместе со старшей, боярской, и младшей дружиной, а затем забрать и свою семью.
Таким образом, Мстислав подготовил все, чтобы передать Дубравнинское княжество своему двоюродному брату, Болеславу Брячиславичу, согласно княжеской лествице.
Весь княжеский терем и дома знатнейших бояр превратились в развороченный муравейник: все собирали вещи. Предстоял переезд - хлопотное время для всех без исключения.
От княжича Любослава, по его малолетству, к счастью, не требовалось деятельного участия в сборах. И он все чаще уходил вместе со своими ближайшими друзьями, Ратмиром и Ласкавицей, гулять по городу, выбирая самые укромные уголки. Они договорились между собой не мешать суете, творившейся при княжеском дворе.
Однако для двоих из них такие прогулки были еще и потаенными свиданиями, хоть немного утолявшими жажду Ратмира и Ласкавицы быть вместе. Впрочем, в присутствии своего юного покровителя они всегда держались чинно, строго соблюдали все приличия. Но иногда витязь и молодая женщина тоскливо переглядывались, и их лица искажало страдание.
Любослав, внимательный и чуткий, как его мать Веселина Градиславна, понял чувства своего телохранителя и молодой боярышни. Никто не говорил с ним об этом, и все-таки, он безошибочно распознал, что они любят друг друга. Сочувствуя своим друзьям, он попытался им помочь, насколько это возможно.
Однажды после прогулки он пришел вместе с Ратмиром в свои покои и обратился к нему, внимательно взглянув в глаза витязю:
- Хочешь, я расскажу тебе историю, которую поведал мне мой прадедушка, великий князь Всеслав Вещий, несколько лет назад, как раз когда мы ездили на его день рождения?
- Ну, расскажи мне, княжич, если желаешь, - проговорил Ратмир, скрестив руки на груди и вспоминая печальный взгляд Ласкавицы.
- Прадедушка, да будет его душа счастлива в светлом Ирие, рассказывал мне о деве-лебеди Зване, дочери Стрибога, и о ее возлюбленном, смертном юноше Алете, - начал рассказывать Любослав. - Звану и ее братьев и сестер, вечно юных Вьюг, взял в плен на зачарованном острове злобный колдун, порождение Ящера. Алет же был простым рыбаком, которого Звана спасла во время бури на море. Но они полюбили друг друга, хотя все на свете разделяло их: самая суть и возможности делали разными их судьбы. Но они любили друг друга, и их любовь преодолела все! Алет погиб, ценой своей жизни уничтожив ящера-колдуна. Но и тогда Звана не отдала его Моране! - отрок торжествующе возвысил голос. - Она добилась его возвращения к жизни, и потребовала у своего небесного отца дозволения разделить вместе с Алетом его судьбу - сперва на земле, потом в вечности. Они пришли к людям и прожили среди них тридцать лет, как один день, их дети помогли людям одолеть ящеров. А когда пришло их время, Алет и Звана вознеслись на Ветреное Небо, чтобы и там быть вместе! Вот, - сказал мне прадедушка, - как сильна бывает любовь! - и княжич спросил у своего телохранителя с деланым простодушием, не сомневаясь в его любви к Ласкавице: - А ты, Ратмир, мог бы любить кого-нибудь так же сильно, как древний Алет - свою Деву-Лебедь?
Ратмир отвел глаза, понимая, что его раскрыли.
- Ты не по годам мудр, княжич, и взял все самое лучшее от своего прадеда, Вещего князя!.. Однако в обычной жизни все иной раз оказывается сложнее, чем в древних легендах. Та, кого я люблю - не пленница злобного ящера, но все-таки, она несвободна. А ее муж вряд ли отступится от нее.
Любослав не стал переспрашивать, о ком идет речь, хотя не сомневался, что это Ласкавица. Он лишь вздохнул, исполненный сочувствия к своему старшему другу. И проговорил:
- Мой прадедушка, Вещий князь, говорил, что во всем надо надеяться и на Небеса, и на себя.
Ратмир печально улыбнулся. Все-таки, его подопечный был совсем еще юн, и к тому же, он княжеского рода, привык, что все делается по его воле. Сам же витязь хорошо знал, что далеко не все на свете складывается, как хочется.
И все-таки, разговор с княжичем и рассказанная им легенда подарили витязю надежду на лучшее. Если любовь иногда способна преодолеть даже смерть, так ли уж необходимо покоряться человеческим законам, что разлучили его с Ласкавицей?! На весах справедливости их любовь должна была перетянуть все условности, установленные людьми!
Юный княжич подарил Ратмиру надежду, что он еще может быть счастлив вместе с Ласкавицей. И молодой витязь решился бороться за их совместное будущее.
***
А между тем, в доме, где жила его возлюбленная, никак не предполагали опасности для своего семейного очага. У них и без того было предостаточно забот, связанных с предстоящим переселением княжеского двора в Славгород.
Утром, уезжая на службу, боярин Гремислав сообщил жене, боярыне Яснолике:
- Я скоро уеду в Славгород, вместе с князем Мстиславом и всей старшей дружиной. А, когда куплю там усадьбу и обустрою все, перевезу и вас, мою семью.
Яснолика поцеловала мужа в щеку.
- Я рада, что князь Мстислав продолжает высоко ценить тебя, муж мой! Хоть меня и тревожит твой отъезд!
Казначей горделиво усмехнулся:
- Ничего не поделаешь - кто-то должен сосчитать, что получит государь Мстислав Изяславич в Славгороде!.. Пока меня не будет, наш сын Горислав вполне позаботится о вас с Ласкавицей. Да наша невестка и сама не промах, как я узнал! Пока Горислав помогает мне на службе, она развлекает беседами и прогулками юного княжича Любослава. Он был подавлен смертью своего прадеда, Вещего князя, но Ласкавица помогает ему успокоиться.
Яснолика задумчиво ответила:
- К счастью, такая дружба не опасна! Отрок Любослав еще слишком юн, чтобы заглядываться на жен своих бояр. Вот через несколько лет - да, может быть...
Но про себя боярыня встревожилась сильнее, чем хотела показать. Ведь княжича Любослава нынче повсюду сопровождал Ратмир, что был первой любовью Ласкавицы...
Яснолика стала приглядываться и размышлять.
Вечером, во время семейной трапезы, она следила, как Горислав и Ласкавица держались за столом. И, на первый взгляд, между ними царила чуть ли не супружеская идиллия. Молодой боярин угощал жену самыми лакомыми кусочками, она же искренне благодарила его, спрашивала, как прошел день. А, когда Горислав или его мать спрашивали ее о том же, Ласкавица рассказывала им о сегодняшней прогулке с юным княжичем, по-видимому, ничего не скрывая, и смело глядела им в глаза.
После трапезы Яснолика велела невестке:
- Будь добра, ступай, погляди, как мои челядинки ткут новое покрывало! Ленятся, наверное, если за ними не следить!
Ласкавица послушно вышла, а ее свекровь осталась наедине с сыном, что и было ей нужно. Она спросила у него с видимой улыбкой:
- Ну, мой мальчик: как у тебя дела? Как вы общаетесь с Ласкавицей?
Горислав проговорил с надеждой на лучшее:
- Мы с Ласкавицей хорошо ладим, матушка! Она стала ко мне более нежна, и мы с ней теперь не просто супруги, но и близкие друзья.
Яснолика постаралась тактично навести сына на самое важное, проговорив:
- На вас с женой действительно радостно смотреть, когда вы вместе! Но где ты оставляешь Ласкавицу, когда сам занят на службе? Не скучает ли она в одиночестве? Скука - опасный враг молодых жен!
Но Горислав, по-видимому, ни о чем не беспокоился:
- Когда я на службе, Ласкавица часто проводит время в обществе княжича Любослава Мстиславича. Они вместе прогуливаются по городу, беседуют обо всем на свете. Несмотря на свой отроческий возраст, княжич умен и многое знает. Кроме того, он чуток и обходителен, пошел нравом в свою матушку, княгиню Веселину Градиславну, так что с ним приятно общаться. И, в конце концов, дружба с наследником престола весьма полезна для нашей семьи в будущем, так что я благодарен своей жене.
Но Яснолика лишь вздохнула с сомнением. Она все больше убеждалась, что Ласкавица подружилась с княжичем отнюдь не только ради него, и даже не ради блага казначейского семейства. Однако боярыня сдержалась, чтобы не навести сына на подозрения, которые, в конце концов, еще ничем не подтверждались. И она постаралась дать сыну добрый совет:
- По крайней мере, не покидай жену надолго, Горислав! И не допускай, чтобы она скучала с тобой и веселилась без тебя!
Молодой боярин почтительно поклонился матери:
- Благодарю тебя за помощь, о, мудрейшая из матерей!..
***
Вечером Горислав в самом деле старался превзойти самого себя в любезности и внимательности к своей жене. И Ласкавица, казалось, разделяла с ним радость, принимала его прикосновения и поцелуи, а, когда он смеялся, она вторила ему своим серебристым смехом. Все это дало молодому боярину надежду, что их отношения могут измениться в лучшую для него сторону. И, когда они удалились в спальню, Горислав мягко обнял жену за плечи и прошептал ей на ухо:
- Любимая моя, жена моя, как ты прекрасна сегодня! Может быть, уже прошло достаточно времени, чтобы ты согласилась принять меня и ответить на мою любовь? В конце концов, нельзя вечно предаваться тоске! Может быть, в объятиях друг друга мы скорее обретем счастье?..
Горислав заглядывал в глаза жене ласково и с любовью, предоставляя выбор ей. Но перед глазами Ласкавицы сразу появился Ратмир, и она уже не могла позволить, чтобы другой мужчина, хотя бы и законный муж, владел ею.
И она ответила, присев на край кровати, меж тем как Горислав держал ее за руку:
- Мне очень жаль, мой милый супруг, но я сегодня не готова разделить с тобой ложе. Я видела паука - большого паука, плетущего паутину. А ты знаешь, что это дурная примета, и над нами может сплести сети нечисть. Давай подождем более благоприятных примет!
Горислав разочарованно вздохнул, но тут же поцеловал жену в щеку, с уважением принимая ее выбор:
- Будем надеяться!.. Спокойной ночи, любимая моя.
И супруги легли - на одну широкую кровать, но на разные края ее, чтобы не мешать друг другу.
Прежде чем заснуть, Ласкавица долго размышляла, как ей быть дальше. Она любила Ратмира, но ей было жаль Горислава. И молодая женщина тревожилась, как долго она еще сможет находить предлоги для отказа от супружеской близости.
***
На следующий день княжич Любослав в сопровождении Ратмира и Ласкавицы пришел в священную Перунову дубраву.
На сей раз все трое были молчаливы, задумчивы, сдержанны. Ратмир и Ласкавица неизбежно думали о том, что они, находясь так близко друг от друга, не вправе быть вместе. А княжич вновь задумался о чем-то своем, не находя ответов на мучившие его вопросы:
Наконец, Любослав увидел, как верховный жрец Перуна украшал алтарь дубовыми ветвями. И, повинуясь внезапному порыву, княжич приблизился к нему и проговорил:
- Почтенный служитель Хозяина Громов, Победителя Ящера! Знаешь ли ты, что будет дальше с нами всеми? Как нашу семью примут в Славгороде, где так стремится княжить мой батюшка? А кто будет лучше для Дубравны и ее обитателей - мой отец или князь Болеслав Брячиславич, что встанет на его место? Из-за княжеской лествицы князья и их дружины живут, как кочевники, сменяя и замещая друг друга. А я порой не знаю, смогу ли занять достойное место во всем существующем порядке. И еще мне хотелось бы знать: мой прадед, Вещий князь Всеслав Брячиславич - он-то, видя все теперь из Ирия, одобряет существующее положение?
Верховный жрец, старик огромного роста, с длинными белыми усами, некогда был витязем княжеской дружины. Многие бывшие воины, состарившись, уходили в святилище Перуна и вешали свои мечи и щиты на ветви священных дубов. Теперь жрец пристально взглянул в глаза юному княжичу и проговорил с уважением:
- Пойдем, Любослав Мстиславич, послушаем, что скажет нам Громовержец в шуме опадающих листьев, в звоне железа, в клекоте орлов! Небеса всегда посылают ответ тем, кто готов услышать.
Княжич, увлеченный порывом, направился по тропе следом за жрецом. Обернувшись к Ратмиру и Ласкавице, он сказал:
- Погуляйте пока что по святилищу, а я скоро вернусь!
Он ушел, а Ратмир и Ласкавица остались наедине и смущенно переглянулись.
- Пойдем, и вправду погуляем по дубраве! - предложил витязь. - На восходной ее части есть пруд, а на его берегу поставили красивые изваяния, - он порывисто протянул руку молодой женщине, но замер, не решившись коснуться ее.
И Ласкавица тоже протянула ему ладонь, готовая опереться на его руку, и тоже отдернула ее, не посмев соприкоснуться. Они переглянулись, и оба тяжело вздохнули в унисон. Ведь их все сильнее притягивало друг к другу, они стремились быть вместе, но не могли преодолеть последнюю преграду. Как-никак, у Ласкавицы был муж, и она не могла просто так расстаться с ним.
И они пошли просто так - рядом, но не вместе, - по тропинкам между священных дубов. Их кроны были еще густы, однако все больше листьев и желудей устилало землю золотисто-рыжим ковром, шуршащим под ногами. В еще высоком небе, сером с просинью, пролетела стая белых лебедей, поднимавшихся с земли на зимовку в Ирий. Ратмир и Ласкавица глядели им вслед и махали руками.
- Возвращайтесь, посланцы светлой Лады! Люди будут рады вам весной! - кричали они улетающим лебедям.
Затем они вновь направились через осеннюю дубраву, живое святилище, открытое живительным вихрям и грозам, солнцу и небу. Сварожане не возводили Высшим Силам каменных храмов, как народы запада.
Наконец, они подошли к пруду, вокруг которого возвышались изваяния небожителей и древних героев, вырезанные из дерева с удивительным мастерством.
Ратмир первым заметил изваяние девы с лебедиными крыльями и красивого юноши рядом с ней. Он указал на них Ласкавице, подойдя ближе:
- Это - Звана, Дева-Лебедь, и ее возлюбленный, смертный герой Алет! Полюбив друг друга, они не могли разделить общую судьбу, потому что у людей и небожителей разная участь. Но Алет спас свою возлюбленную от колдуна-ящера, хоть и сам был смертельно ранен. А Звана, дочь Стрибога, вознеслась со своим возлюбленным к Престолу Небес, и не позволила Моране забрать его. И тогда влюбленные все-таки получили дозволение разделить судьбу, одну на двоих, в Яви и в Прави!
С этими словами Ратмир вновь преданно взглянул в глаза Ласкавице, и, наконец, взял обеими руками ее руки. И Ласкавица, глядя ему в глаза с безграничной нежностью и печалью, не отняла рук, горячих от волнения. Она лишь ответила с болью в душе:
- Не нужно никаких подвигов, Ратко! Нас разлучили не злые силы, просто жизнь. Нельзя нам быть вместе. А сердце к сердцу тянется...
Ратмир с тоской и надеждой смотрел в глаза возлюбленной.
Автор
Тема: Черная Роза (Война Королев: Летопись Фредегонды) - XII (Прочитано 15359 раз)