Чем подсластить горечь жизни
Груши почистить и варить, пока они не станут мягкими. Извлечь из воды, сохранив отвар.
Разрезать каждую грушу на четыре части, удалить сердцевину, положить в кастрюлю, добавить корицу, кумин, мед, вино и масло, залить отваром.
Варить на медленном огне, в конце добавить желтки. Подавать горячими, посыпав толчеными орешками.
Интересно, а доколе варить и без того мягкие груши?
Думаю, до гомогенного состояния.
А желтки останутся сырыми, коль "добавить в конце"?
Сказано "в конце", а не "после конца".
Не в начале же их добавлять, чтобы уваривались неизвестно сколько!
О милых лебедях
Ну так и готовьте себе гусей. Зачем же убивать нежных лебедей?
А Вы бы предпочли не нежных, а жёстких и сухих?
Интересно, а, скажем, мясо кур или коров тоже нужно выбирать по такому принципу?
*Удивлённо* Кур, коров, гусей, уток и прочую живность – естественно. А как же. Но лебедей нельзя, ибо это преступное деяние по отношению к ним, нежным и трепетным однолюбцам.
А злодеяния по отношению к коровкам, свинкам, овечкам, зайчикам, цыпляткам, улиткам, невинным актиниями - не считаются?
Вы только подумайте: цыпленок, невинное существо, ещё не расставшееся с детскими иллюзиями, ни разу не вкусившее радостей любви - а его на сковородку. Да ещё и приговаривают: "Так тебе и надо - за то, что не лебедь!"
*Возвышенно* Курица найдёт себе другого петуха, бык – другую корову, и не одну, гусь – вообще стадо гусынь, селезень – сколько угодно уток, а лебедь не ищет другую, равно как и лебедица. Это же понимать надо.
Понял!
Значит, гуманизм требует, чтобы лебедей по одному не готовили - только парами.
Хотя.. . подозреваю, что тезис об особой склонности лебедей (независимо от их цвета) к страданиям, не присущей другим динозаврам, не поняло бы подавляющее большинство патрициев, плебеев, брахманов, шудр, самураев, дайме, баронов, вилланов, эмиров, сипахов, феллахов, академиков, героев, мореплавателей, плотников и негров (преклонных годов).
Добавьте сюда ещё кочегаров, высотников, монтажников, которые не в пример патрициям, вообще смотрят на лебедей свысока, ну так и что с того.
Да я многих могу добавить.И летчиков с пулемётчиками, и танкистов с кавалеристами, и моряков с пехотинцами, и барабанщиков с музыкантами и запевалами. И народ в целом.
Полетит самолет, застрочит пулемет,
Загрохочут могучие танки,
И линкоры пойдут, и пехота пойдет,
И помчатся лихие тачанки.
Подымайся народ, собирайся в поход!
Барабаны, сильней барабаньте!
Музыканты, вперед! Запевалы, вперед!
И физиков с лириками, и мам-вагоновожатых.
Зато поэты лебедей понимают:
«О шея лебедя! О грудь! О барабан! И эти палочки — трагедии знаменье!»
Вот! Трагедия! Поэт, однако.
Да, гибель пьяной шестидесятилетней нищенки Божены Махачковой под колесами автомобиля №235, без сомнения, трагична. Но при чем здесь блюдо из лебедятины?
Пойду искать, где оскорблённому есть чувству уголок, туда, где не едят лебедей и много-много поэтов. Сочувствующих.
Я тоже. В Бенедиктбойренский сборник Codex Buranus - там как раз подходящий по трагизму текст есть. Приведу позже.