Печать

[Gileann]

У меня есть стихи, посвящённые этому бывшему зав. кафедрой. Писала я их, будучи в полном отчаянии от бесполезности жизни, злые и корявые, как сейчас вижу.

Может быть стихи нуждаются в некоторой шлифовке, но это честные стихи, и видно, что Вы пишете о наболевшем.

***

История про методичку очень хороша. Я сразу представил ее на экране - добро торжествует, зло наказано. Но чувствуется, что это только первая серия сериала. Ждем продолжения

[passer-by]

Мне очень приятно, что пишу не в пустоту. Спасибо Вам, эр Gileann и эрэа Tany.
Пока я решила написать ещё одно пояснение.

Сын-шутник
Может появиться недоумение, как могли подписать такую фантастическую характеристику в столь серьёзном НИИ? Поэтому напишу один эпизод из жизни Золотой Рыбки. Для ясности.
Должность сына была тогда: инженер 1 категории.
Сын сделал одну очень внушительную работу по прочностным расчётам, которую должны были отослать в одну очень серьёзную контору в Москве. Свою рукопись он завершил, как и положено сверху – вниз:
 Директор НИИ, академик Ф.И.О.,
Начальник сектора, академик Ф.И.О.,
Главный инженер КБ, Ф.И.О.,
Начальник отдела КБ, Ф.И.О. и
Инженер Самой Первой категории, Ф.И.О. шутника.
 Это была рукопись, которую он и сдал для печати. На этом его работа заканчивалась. Рукопись была напечатана, сын не глядя, всё было в большой спешке, подписал документ, и работа уехала в Москву.
Спустя некоторое время шутника отправили в командировку в ту контору. Там, занимаясь делами, сын случайно увидел документ и ошалел: в документе красовалась гордая строчка: Инженер Самой Первой категории, Ф.И.О.

[passer-by]

Песнь 2. Об учебнике под редакцией шефа
Грянула великая эра компьютеризации. Шеф замыслил напечатать так называемый учебник с использованием информационных технологий в прочностных расчётах. Выделил каждому преподавателю тему. К каждому из них (за исключением двоих опальных) прикрепили профессиональных программисток, тех подшефинь, которые, собственно, программы и писали. Каждый преподаватель (кроме шефа, поскольку он не умел сделать даже это) должен был сформулировать задачу, расписать формулы, а подшефини – выдать по этим формулам программы. В число опальных, разумеется, попала я и ещё один слишком умный преподаватель.Это был Умница, прекрасный лектор, знающий и эрудированный в науке «Сопромат», которого буквально обожали все студенты.  Вот нам двоим подшефинь и не досталось. «Пишите программы сами», – заявил шеф.
Мне попалась моя родная тема, по которой я на стажировке написала ту любимую методичку с 30 программами.  Обрадовалась и тут же принесла подшефнику готовую работу. Но подшефник, главный спец по программированию, меня быстренько успокоил и повелел предоставить в его ручонки не эти 30 программ, а разработать другую, более универсальную программу. Напугал ежа…
Не проблема. Под рукой имелась Золотая Рыбка, которая быстренько её и выдала в мои рученьки. Мы отладили программу, она получилась большой, получили результаты, сделали распечатку, я добавила теорию, и сдали подшефу. Он, понятное дело, курировал эту работу на предмет быстрейшей сдачи программ, поэтому требовал не затягивать со сроками.
А вот Умнице не повезло. Он составил задачу, написал формулы, а программы он, как и все остальные тогда, писать не умел. Умница попытался что-то сляпать сам, выложил свой «труд» на своём столе. Когда я зашла на кафедру, то увидела веселящихся подшефника и подшефинь у его стола. Это вынести было невозможно. Я взяла его задачу, отнесла сыну. Тот, правда, тоже неприлично заржал, после чего быстренько написал и эту программу. Она была гораздо проще нашей, и сын всё быстро сделал, не вникая.
Но писал он программу по уже разработанной им теории и готовым математическим формулам, которые написал Умница. Когда мы запустили одну из основных задач, то программа считала её около часа, а потом выдала результаты. Поскольку результаты были правильными, то мы отдали готовую программу Умнице тем более, что подшефник всё время подгонял, указывая на сроки. Как я уже говорила, у самого шефа задач и программ не было (в программировании он вообще не разбирался, да и составить задачу и формулы тоже не умел), поэтому Сам был редактором де-юре, а подшефник – де-факто. 
Я так подробно пишу об этих программах, потому что дальше будет большое веселье, связанное с этой злополучной программой для Умника.
Напечатанный предварительно экземпляр книги шеф принёс нам и велел исправить каждому ошибки в своём тексте, если они там имеются. Я посмотрела свой раздел. Это было что-то!!! Поскольку шеф велел исправлять шариковой ручкой красным цветом, то я так и сделала. Страницы моего раздела превратились в рукописный текст, мелко исписанный, красного цвета. Там были сплошные ошибки, не 40-50, какое там! Море! Океан!! Я исправила, показала шефу это безобразие и посетовала, что невозможно будет потом получить качественную книгу, ибо все ошибки исправить просто невозможно. В книге они «вылезут».
Я была оптимисткой. Книга вышла, в числе прочих авторов была и моя фамилия, но мне было невероятно стыдно видеть свою фамилию в числе авторов этого «шедевра». Ни одной, ни одной! ошибки не было исправлено, программа представляла из себя сплошную абракадабру. Просто глупость несусветную. Я не знаю, то ли мне с моей программой так не повезло, то ли у других было то же самое. Мне было противно даже в руки брать эту халтуру, где гордо красовалось: УЧЕБНИК и «Под редакцией шефа», а шеф-редактор носился с этим бредом, как с писаной торбой. И не зря. За этот бред сивой кобылы, к которому он присовокупил работы под названием «плагиат», он получил вожделенное звание: «Профессор».
Прошло много лет, но за ту халтуру стыдно до сих пор.

[Gileann]

Ох! Эта история с программированием напомнила мне мою дипломную работу. Тогда еще в Союзе не было АСУшных пакетов (во всяком случае в широком доступе), и каждый изобретал какие-нибудь подсистемы написанные на АЛГОЛе, КОБОЛе или ФОРТРАНе. И наш завкафедрой решил изобрести некий макроязык для решения экономических задач - по сути набор параметрических процедур. Он этот "макроязык" состоящий из 14, если не ошибаюсь, процедур создал и доложил на каком-то семинаре, но коллеги из параллельных АСУшных кафедр выразили сомнение, что этот набор процедур позволит решать практические производственные задачи. Шеф немного обиделся, а тут я подоспел со своим дипломным проектом. И шеф попросил меня взять несколько "реальных" производственных ситуаций и показать, как их решение можно запрограммировать на его языке. Это и был мой дипломный проект.
Забавно было, что на защите практически никто из совета (кроме шефа и пары кафедральных профессоров) не понимал того, что я сделал, ибо программирование вообще - и использование параметрически настраиваемых процедур в частности - для традиционных советских экономистов было некой заумной тарабарщиной. Мне задали три или четыре вопроса от которых я с трудом не рассмеялся в голос, но сумел сделать серьезное лицо и ответить со всем возможным почтением. После чего получил свое "отл" и пошел праздновать    

[passer-by]

Да, так и было в самом начале, когда компы только стали расцветать пышным цветом. 

[passer-by]

***
Песнь 3. Здесь формулы, а здесь рыбу заворачивали
В новом учебном году я приготовилась выдавать своим студентам домашнее задание по той теме, на которую разработала методичку и программы (см. Песнь 2). Темы домашних заданий распределял зав. кафедрой и уже много лет мне доставалась именно эта тема. Я радостно предвкушала, как теперь просто и легко буду проверять студенческие работы и сколько у меня образуется свободного времени. Радовалась зря.
Шеф вызвал меня на ковёр и заявил: «Вы выдадите задание в своих группах по другой теме и с другими программами», а затем показал мне ЭТО.  Я увидела ту программу, которую мы написали для Умника. Попыталась сопротивляться, рассказывая, что мне знакома эта программа, для студенческих работ она непригодна. Программа была написана, как пример для книги, демонстрация метода, и в учебных условиях она непригодна. Вся её беда в том, что она «тупит», считая по часу те задачи, которые предложены студентам.
В результате: студент её напишет, набьет, а потом комп будет считать около часа! Для студентов выделяется на компе не больше часа времени, следовательно, они не смогут отладить программу. Это же убийственно для студента! Даже если он сделает всего 2-3 ошибки, то ему придётся потратить уйму своего времени (а это дефицит), чтобы отладить этого уродца.
Студенту совершенно нереально успеть сделать всё вовремя и сдать задание уже не в срок, а хотя бы к началу экзаменов. А ещё надо учесть, что компьютерный зал мал, студентам просто не разрешат подолгу работать с компом.  Эта программа убьёт студентов! Но шеф рявкнул: «Я сказал, работать с этими программами, значит вы будете с ними работать. Идите. У вас вошло в привычку пререкаться. А ваши претензии я выслушивать не намерен».
Кстати, подшеф, который у нас считался профи по программированию, тоже взял эту же тему с программами-уродцами. Я как-то зашла в компьютерный класс и увидела, что на нескольких машинах он гоняет этого уродца. Ещё удивилась, зачем он возится с этим недотёпой. Теперь всё стало понятно, но мне было от этого не легче.
Дома слёзы полились ручьём. Поведала всё Золотой Рыбке об уродце, причитая, что студенты не смогут сделать такое задание. Будет полный завал в моих группах и повальный недопуск к экзаменам с вылетом из института. Подшефу-то хорошо, его студенты имеют льготы и по машинному времени, и по неограниченным консультациям от подшефинь, командующих компьютерным классом, а мои пасынки всё завалят. А зачесть им невыполненные «сырые» работы с ошибками я не смогу. Ну никак.
Но Золотая Рыбка ухмыльнулась своей всегдашней хитрой улыбочкой и сказала: «Не проблема. Подумаю немного, как ускорить счёт. Отработаю программу у себя на работе (будет быстрее) и отдам тебе. Не хнычь». И придумал! Сделал новую теоретическую разработку, вывел новые формулы, написал новую программу, и она стала считать вместо часа около пяти минут! Мы назвали эту программу «скорострелкой» в отличие от программы-уродицы.

Я спокойно выдала студентам злополучное задание, рассказала, как надо писать программу для конкретной задачи, старостам выдала пример распечатанной сыном программы. Мои студенты принялись за работу.
А в компьютерном классе появился огромный стенд, где было крупными красочными буквами написано гордое слово: «Образец», и красовалась теоретическая разработка Умником задачи, соответствующие математические формулы, наша программа-уродица, и под этим всем – величественные фамилии авторов шедевра со всеми регалиями:
Зав. кафедрой, Ф.И.О.
Консультанты-программисты (подшефини), Ф.И.О.
Преподаватель (подшевник), Ф.И.О.
Доцент (Умник), Ф.И.О.
Я удивилась перечню фамилий под обычным примером решения задачи, да и никакого отношения (кроме Умника) к примеру-уроду не имеющими, но решившими, какой великий прорыв в программировании задач сопромата совершила эта уродица, и мне стало очень смешно.

[Tany]

Здорово, что есть Золотая Рыбка. А по поводу характеристики я и вовсе повеселилась. У нас было еще круче. Курсы переподготовки мы проходим в Областном институте последипломной переподготовки. Там  у нас есть классный методист Александр Петрович Мокрогуз. Человек эрудированный, с прекрасным чувством юмора. В те времена, чтобы получить высшую категорию или звание учителя-методиста, нужно было написать минимум десяток статей для методического журнала (харьковского, кстати) или разработать серию уроков по курсу или большой теме.( Сейчас, кстати, все свелось к примитивизму полному). Я, естественно, звание хотела. Не ради пустого слова, а ради добавки к зарплате и к будущей пенсии. Поэтому  выдавала раз в пять лет монументальные творения. А.П. всегда одобрял, а потом говорил: "Ну, Вы там сами на себя характеристику напишите, а я подпишу". Я отбивалась и скромничала, тогда он брал какой-то образец их компа, распечатывал, ставил печать, подписывал, я в ужасе читала характеристику, по которой мне явно была уготована прямая дорога  в рай. Столько хороших  слов обычно говорят только усопшим.

[Красный Волк]

Спасибо большое за то, что поделились, дорогая эрэа! Читала - и всё время думала: ведь это - не просто воспоминания о пережитом и пропущенном сквозь сердце. Это - и правда срез целой эпохи, навсегда ушедшей в небытие. Такой, какой она была без ретуши и без прикрас - живой и настоящей...

[passer-by]

Спасибо, Tany и Красный Волк. Мне приятно, что у меня появились читатели, я на это даже и не надеялась, поскольку это иной жанр, если можно так сказать, чем принято в этом разделе.

Tany! У нас тоже была такая практика с характеристиками, когда возникала надобность. Мне однажды потребовалась характеристика для поездки в Болгарию, которую должен был написать наш парторг,  Тот поднял бумажки со своей папочки, нашёл характеристики и "под копирку" переписал, изменив только фамилию. Это была обычная формальность. И никаких таких восхвалений, до которых "додумался" мой сын, там не было. 
А у тебя был, как оказалось, крутой методист.

Эрэа Красный Волк! Спасибо Вам за точность, как впрочем и всегда, формулировок. Сама перечитываю и снова словно вновь переживаю, грущу, смеюсь, удивляюсь.

[passer-by]

Образец руками не трогать

И вот тут студенты подшефа обнаружили странную картину: они сидят около компа и терпеливо ждут час, пока он соизволит застучать принтером, а рядом у другого студента комп с периодом в 5 минут «выстреливает» результаты, или сообщает, что имеется ошибка. Сосед правит, снова запускает, и дело двигается довольно быстро.
Мои студенты пристроились эксплуатировать меня в те дни, когда у меня была консультация по заданиям и контрольным. Они повадились прибегать в аудиторию, где была консультация, и просили «на минуточку» зайти в компьютерный класс, потому как не могут найти ошибку, комп «зависает». Я приходила, а там уже работали вообще несколько моих студентов, у которых тоже комп «завис» и требовалась помощь.
О консультации подшефинь будет позже.
 Когда я бегала от компа к компу, разбирая с моими студентами ошибки, ко мне с претензиями обратились студенты подшефа: «Почему у нас машина считает долго, ведь мы же всё делали по образцу, а у Ваших студентов – быстро». Пришлось сказать, что у нас не образцовая программа.

Прошло несколько дней. Ко мне на кафедру подошёл один мой студент и попросил зайти в компьютерный класс и посмотреть на стенд-образец. Пошла. Шедевр!! На стенде под теоретической разработкой и формулами, которые описывали прграмму-уродину, была пришпилена моя распечатка программы-скорострелки, полностью не соответствующая, естественно, расписанным выше формулам. И по-прежнему красовались всё те же величественные фамилии авторов. Сняла программу и ушла. Шеф немедленно (новость дошла к нему очень быстро) вызвал на ковёр и заорал, как я посмела снять распечатку, испортить Образец.
Мне было стыдно «качать права» в связи с авторством, неловко говорить, что все фамилии не имеют никакого отношения к программе-скорострелке, но поскольку показательный стенд превратился в филькину грамоту, то я и попыталась это втолковать шефу.
Я наивно объясняла, что там получилась чушь. Это же стыдоба – теория и формулы на «Образце» полностью не соответствуют вот этой, (тыкала ему в нос), программе, которую повесили, нельзя показывать студентам такую безграмотность, просто надо переписать теоретическую часть и математический расчёт, иначе получился типичный Образец халтуры. Но шеф твёрдо приказал мне вернуть в класс программу-скорострелку и повесить на прежнее место. Положила программу ему на стол и ушла. Не думаю, что он и правда надеялся, что я сама пойду её вешать на показательном стенде. Но я подумала, что у них была распечатка программы и по ней, а это было совсем не сложно, перепишут теоретическую часть, формулы и заменят показательный Образец.

Распечатку повесили без меня, однако ничего не изменили, ни теоретическую, ни математическую часть, которые соответствовали бы программе-скорострелке. Почему? Это я поняла позже.
И подписи авторов халтуры: шефа, подшефини и Умника на стенде тоже не изменили, они остались гордо сиять под филькиной грамотой. Удивилась, почему им не стыдно?
И было невероятно противно.

[Tany]

А у тебя был, как оказалось, крутой методист Да, один из лучших в этой стране. Разработчик тестов для ЗНО и НМТ, кстати.
 У нас в школе компьютеры появились в 2000 году. Причем, сразу целый компьютерный класс. Конечно им было далеко до современных, но для сельской школы это был прорыв в другой мир. И сразу же я прониклась любовью к этим умным машинам, дольше всех торчала в классе информатики, сидела там после уроков, осваивала. И А.П. предложил  давать уроки с использованием компьютера. До настоящих компьютерных уроков они не дотягивали, у нас и Интернета-то тогда не было, но все равно, использовали готовые программы с дисков, качали картинки в городских компьютерных клубах. Для меня, с моим корявым почерком, компьютер стал еще и огромной помощью при изготовлении наглядности. И А.П., естественно, тут же начал привозить к нам в школу своих курсантов, а несколько раз я давала открытые уроки в самом институте.

[Gileann]

Да, компьютеры в конце 70-х - это была песня! Мы работали на БЭСМ-4, которую я уже плохо помню - она простояла в институте всего пару лет после того как я начал работать в ВЦ. А потом ее сменило чудо научной мысли, ЕС-1022. Эта машина имела гигантскую оперативную память в 512 килобайт и немыслимое быстродействие до 80,000 операций в секунду. Она работала на перфокартах и мы использовали язык программирования ПЛ/1, который был в миллион раз удобнее БЭСМовского АЛГОЛа.
Мы быстро научились читать на свет пробитые перфокарты и в случае ошибок вырезать скальпелем нужные дырки и затыкать ошибочные (для этого пробитые перфоратором кусочки перфокарт не выбрасывались, а хранились в специальных консервных банках.
Программы не помещались в оперативную память, и их приходилось разбивать на куски. Одни операторы занимали больше места, чем другие, и надо было это учитывать при программировании. Время выделялось по минутам, и за каждую минуту шел бой с конкурентами. Потом кто-то решил ввести третью смену, с 22.00 до 6.00 - она стала очень популярной у молодых холостых (но не всегда) программистов и еще более молодых девочек-операторов. Потом к начальнику ВЦ, а затем и в партком, начали приходить с жалобами жены (программистов) и матери (операторов), и в ночную смену стали записывать только надежных и многократно проверенных людей.
Но при всем при том все лучились энтузиазмом (не спрашивайте, как) и источали оптимизм!

[passer-by]

Да, компьютеры в конце 70-х - это была песня! Мы работали на БЭСМ-4, которую я уже плохо помню - она простояла в институте всего пару лет после того как я начал работать в ВЦ. А потом ее сменило чудо научной мысли, ЕС-1022. Эта машина имела гигантскую оперативную память в 512 килобайт и немыслимое быстродействие до 80,000 операций в секунду. Она работала на перфокартах и мы использовали язык программирования ПЛ/1, который был в миллион раз удобнее БЭСМовского АЛГОЛа.
Мы быстро научились читать на свет пробитые перфокарты и в случае ошибок вырезать скальпелем нужные дырки и затыкать ошибочные (для этого пробитые перфоратором кусочки перфокарт не выбрасывались, а хранились в специальных консервных банках.
Программы не помещались в оперативную память, и их приходилось разбивать на куски. Одни операторы занимали больше места, чем другие, и надо было это учитывать при программировании. Время выделялось по минутам, и за каждую минуту шел бой с конкурентами. Потом кто-то решил ввести третью смену, с 22.00 до 6.00 - она стала очень популярной у молодых холостых (но не всегда) программистов и еще более молодых девочек-операторов. Потом к начальнику ВЦ, а затем и в партком, начали приходить с жалобами жены (программистов) и матери (операторов), и в ночную смену стали записывать только надежных и многократно проверенных людей.
Но при всем при том все лучились энтузиазмом (не спрашивайте, как) и источали оптимизм!

А нас «заставили» сесть за компьютеры, когда на кафедре появились уже чуды инженерной мысли – персональные компьютеры коллективного пользования «Искры» и мы работали с дискетами, и даже уже не с пяти, а с трёхдюймовыми. Так что Ваш опыт куда более убедительный.

А вот сын мой да, освоил работу на ЕС-1033, правда, на ФОРТРАНе (в институте почему-то именно ФОРТРАН, а не ПЛ/1, был общепринятым). И он не скальпелем резал дырки, а специальным инструментом, сделанным из кусочка ножовочного полотна, с двумя лезвиями разной ширины (технари-умельцы как-никак!). Но в институте дело было поставлено строго, никакой «аморальщины»: стопки перфокарт клались на полочки специального шкафа, а по прошествии времени на этой полочке чудесным образом появлялись рулоны распечаток. Гарантия отсутствия прямого контакта между юными дарованиями и девочками-операторами! Не иначе первый отдел эту технологию продумал.

[passer-by]

Песнь 4. Ученье - свет

Подшефини в поте лица
Студенты начали работать с компами, а шефини-консультантши принялись за работу. Студентам выделялся 1 час для работы на компьютере, консультантши записывали их в очередь, следили за графиком, сгоняли с компа студента, когда его время заканчивалось, а рядом уже стоял следующий жаждущий поработать. Ещё они прохаживались по классу, следили… за порядком. Студенты, поначалу поверившие, что это консультанты, пытались обращаться к ним за помощью, когда комп «зависал», наткнувшись на ошибку в программе. На очевидные ошибки они ещё могли ответить, но студенты лепили массу ошибок, с которыми консультантши не справлялись., хотя на «живом» компе это было просто.
Вся беда была в том, что они чаще всего не могли определить, где у студента ошибка в программе, и поэтому отбивались от вопросов путём обругивания спрашивающих. А поскольку мои студенты привыкли задавать не только много вопросов, но и получать на них ответы, то именно их они ненавидели особенно люто и измывались над ними с большим удовольствием.
К сожалению, консультантши были невероятно высокого мнения о себе, чтобы попытаться разобраться в программах, проанализировать вопросы и спокойно отвечать на любые, не дёргаясь от ужаса перед вопрошающими студентами. Ведь количество вопросов по одной конкретной программе было ограниченным. Совершенно не обременительная работа. Или ещё проще было подойти ко мне, и я бы с радостью рассказала, где эти типичные ошибки и как с ними бороться. Но какое там! Самомнения у них было выше крыши. Тем более, что я вроде как никакого отношения к программе и не имею.
Мои студенты взвыли от таких «консультаций», их кусали сроки сдачи заданий, и я увеличила число своих консультаций по сопромату, но на этих дополнительных консультациях занималась не вопросами сопромата, а непосредственно отладкой студенческих программ. Студенты записывались на комп именно в день моей консультации и я приходила в компьютерный класс, помогая им с отладкой. Помогала не только своим студентам, но и всем тем, кто просил помочь найти ошибки.
Это было совершенно просто. Когда комп стопорил, то было видно, на какой строчке он завис, программа была простой, и я втолковывала студенту, как в этом случае находить ошибку. На компе было и не трудно, и весьма удобно. Я удивлялась, почему наши профи-консультантши не умеют этого делать?
Но в один замечательный день для моих студентов лафа закончилась.

[Gileann]

В истории появился детективный компонент

Насчет FORTRANа и PL/1 - первый всегда считался языком технических задач, а второй - управленческо-экономических (наряду с COBOLом), не требующих сложных математических формул, но подразумевающих работу с большими массивами данных сложной структуры. Неудивительно, что у Вашей Золотой Рыбки использовали FORTRAN.