Благодарю вас, эрэа
Карса, эрэа
katarsis! 
Может, и станет Лют разбойником в какой-то степени силой обстоятельств. Но мало от этого будет добра и ему, и дяде его, и Зоринке, и потомкам её, которые и не родились ещё.
Во всяком случае, не он один виноват в том, как все произойдет. Хотя он будет виноват во многом, врать не буду.
М-да... Однако, похоже, кто-то должен стать разбойником, чтобы вся округа не впала в нищету, т.к. законным путём решить не удаётся. Но потом, конечно, будет не доказать, что настоящим разбойником сдесь был Живоглот 
Удастся ли Люту с друзьями таким способом восстановить справедливость? Трудно сказать, но нажить себе опасных врагов, вполне вероятно, удастся.
А Колот, конечно, совершенно зря тянет с рассказом о Заринке. Понять-то я его понимаю, и сама могу годами тянуть что-то неприятное. Но дальше будет только хуже.
Вполне возможно.
Сын Хозяина Леса (продолжение)
Прошло несколько дней. Избитый Колот лежал в доме Остромира, медленно выздоравливая. Можно было надеяться, что он восстановится полностью.
А его племянник, Лют Разноокий, вознамерился отомстить за дядю, и подолгу обсуждал свои замыслы с лучшим другом Серко. Тот, как всегда, готов был следовать за сыном Хозяина Леса, против Живоглотовых молодцев. Юношеская самоуверенность сделала их дерзкими, и не позволяла усомниться в своей окончательной победе. Лют и Серко сейчас были в таком возрасте, когда юноши, преисполненные сил, стремятся обойти весь свет, все увидеть и потрогать, изменить все на новый лад. Стычка с людьми бесчестного сборщика налогов позволяла им излить в мир кипевшие в них силы. И потому юноши были готовы действовать, не задумываясь о возможной неудаче.
К их замыслам мести присоединялись еще трое деревенских парней, самых надежных из тех, кто составляли свиту Люта и всецело полагались на него. Эти парни - Бойко, Усол и Скворец, - были сильны, отважны и немногословны. Они по большей час слушали Люта и Серко и готовы были следовать за вожаками.
А те думали и обсуждали свой замысел мести. Вечерами, закрывшись в пристройке, где жили Остромировы работники, юноши готовились действовать. Лют вырезал ножом на столе подробный чертеж той части леса, где напали на Колота, и где находилась вторая застава Живоголотовых молодцев. Юноши, прекрасно знавшие лес и его окрестности, готовились действовать исходя из местности.
- Они устраивают засады на проезжих путников, а мы устроим засаду на них! - пообещал Лют, указывая друзьям на свой чертеж. - Вот здесь вот, через бор, будет удобно подойти к ним и застать врасплох!
- По пути к бору лежит болото, куда нам в детстве не разрешалось ходить, - нахмурился Серко.
Лют усмехнулся, и его разные глаза яростно блеснули.
- Ну, мы ведь уже не детишки, не заблудимся на болотах! - воскликнул он.
Парни захохотали, довольные, что смогут совершить то, что прежде считалось для них запретным.
Серко, воодушевленный словами Люта, встряхнул головой и проговорил:
- Не будем труса праздновать, ребята! Мы все знаем наш родной лес, как свои пять пальцев, так что нам ничего не стоит подобраться к ним незаметно!
- Мы бросимся на них, как кошка на мышь! - решительно подтвердил Лют, встряхнув руками в воздухе. - Вы знаете, кто я, и на что способен! Лес поможет одержать победу мне и вам, если вы пойдете со мной! Им не совладать с нами в лесу, клянусь душой моей матушки! Ведь у них нет благословения Леса - откуда им, они ведь просто бродяги без чести и совести, у них нет наших лесных навыков! Так что мы дойдем к их убежищу через болото и через бор, как по воздуху!
Он вскочил на ноги, потрясая кулаками - высокий и сильный, полный решимости. Лют почти касался макушкой потолка пристройки, глаза его горели яростью. Казалось, он готов был крушить каменные стены.
Его решимость передалась остальным парням. Серко тоже вскочил на ноги и протянул руку Люту. Их порыв передался остальным, и они закричали на разные голоса, как могут лишь юноши, уверенные, что у них все впереди.
- Мы победим, ребята! Наше дело правое! - кричали они на все лады.
Лют кивнул им, убеждая своих соратников еще более:
- Все правильно, ребята! Сам Живоглот нечист на руку, а его люди - сущие разбойники без чести и совести. Они избили моего дядю и отняли у него куны ("И подарки для моей Зоринки!") А мы отнимем у них награбленное и вернем домой, да и себе возьмем добычу! Даю слово, мы вернемся с победой!
- Да! - послышался рев четырех воодушевленных юношеских глоток. Они были уверены, что победят и исправят несправедливость, по которой Живоглот и его люди грабили честных людей. И не сомневались в своей победе.
Тем не менее, юноши не сразу устроили свою вылазку. Сперва они вооружились как следует, подготовились к будущему походу, выследили своих врагов. Подобравшись вместе с Серко к самому вражескому логову, Лют убедился, во-первых, что те в самом деле обосновались близ лесной тропы, а во-вторых, что сами они вполне смогут подойти через болото и лес незамеченными. В таких приготовлениях прошло несколько дней. Но никому из окружающих, кроме них пятерых, юноши не рассказывали своих замыслов.
Колот постепенно выздоравливал и уже вставал с постели, благо, ему не нанесли непоправимых увечий. Видясь с Лютом, он старался образумить племянника, чтобы тот не учинил ничего недозволенного. Колоту ли было не знать буйный нрав юноши!..
Лют помогал дяде ходить по горнице, водил его под руку, чтобы он не ослабел от долгого лежания. При этом Колот, держась за руку племянника, убеждал его:
- Прошу тебя, Лютоборушко: стерпи обиду, случившуюся здесь, в Старой Яблоне! Все же нам не причинили непоправимого зла. Я выздоравливаю, куны заработаем вновь, мехов в лесу бегает довольно для всех. Стало быть, можно вытерпеть. Этот Живоглот рано или поздно сам себя погубит, когда князь узнает о его злоупотреблениях. Он и его люди не заслуживают, чтобы портить себе жизнь ради них. Ты понимаешь меня, мальчик мой? Не наломаешь дров?
Лют глубоко вздохнул.
- Я понял тебя, дядя. Обещаю тебе выполнить твою просьбу, - сухо отвечал он.
Но про себя юноша все твердо решил, и готов был ослушаться дядю. Он рассчитывал устроить все так, чтобы никто не обвинил его с друзьями. Однако, ради спокойствия Колота, он не собирался ничего говорить ни ему, ни другим обитателям Старой Яблони.
Тем временем, Остромир со старостой Лисовцом на свой лад размышлял о случившихся обстоятельствах и обсуждали, как быть.
- Живоглот совсем обнаглел, его люди уже не собирают налоги, а просто грабят нас, - говорил купец. - Если так пойдет и дальше, я уеду просто отсюда, туда, где мне не станут мешать добывать меха и продавать их на ярмарке. Вот только куда подастся вся деревня?
Староста, такой же мрачный и обеспокоенный, покачал головой.
- И не говори, Остромирушко!.. Те, кому в последние дни случалось уезжать и приезжать в деревню, докладывают, что Живоглот еще больше повысил пошлины! Если только его бесчинства не откроются перед князем и всеми людьми, уж и не знаю, что будет дальше.
Такие разговоры доводилось слышать Люту, если его хозяин с деревенским старостой говорили при нем. И для сына Хозяина Леса это становилось последней каплей. Ведь он знал, что благосостояние не только купца Остромира, но и всей деревни зависело от леса и его даров, от мехов и от торговли. А теперь в лесу завелась нечисть, перегородившая лесные тропы. Она бесчинствовала, мешала людям жить. Удивительно ли, что сын Хозяина Леса видел в себе героя, спасителя целой деревни?
***
И вот, в одну ночь, когда восходил молодой месяц, Лют и его товарищи сделали вылазку. Они тихо, неслышно ступая, покинули пристройку, где ночевали. Собаки, хорошо знающие юношей, не залаяли, и ничего не помешало юным мстителям покинуть богатую Остромирову усадьбу.
Холодный ночной ветер проскользнул им под одежду, взъерошил юношам волосы. Но они не допустили до себя холод, и легко, бесшумно исчезли в кустах. Лют шел впереди. Он легко находил дорогу в темноте, и его глаза сверкали диким пламенем.
- Пойдемте, друзья! К утру как раз вернемся к Остромиру, и никто нас не заподозрит!
И Серко, а за ним - Усол, Бойко и Скворец, последовали за вожаком, уверенно ступавшим по ночной тропе.
Пройдя через болото, а затем - через сосновый лес, юноши безошибочно дошли до лесного убежища, где Живоглотовы молодцы устроили свою разбойничью заставу. Лют разглядел неподалеку от просеки землянку, где ночевали те пятеро, что избили и ограбили его дядю.
Сын Хозяина Леса поднес к губам рог и оглушительно протрубил в него. Остальные парни засвистели, заухали на все лады, в одно мгновение взрывая ночную тишину.
Ночная птица бесшумно шарахнулась с дерева и исчезла в ночной тьме. В траве зашуршали какие-то зверьки. В землянке кто-то затопал, послышались испуганные голоса:
- Кто там? Что случилось?!
- Кого это Леший принес?
- Именно Леший! - громко воскликнул Лют, радуясь, что сейчас сведет счеты за своего дядю и за разорение Старой Яблони.
Обитатели землянки выбежали навстречу нападавшим, ухватив свои шипастые дубинки.
- Эй, кто напал на нас среди ночи? - крикнул старший из Живоглотовых молодцев, озираясь по сторонам. - Это бесчестное нападение!
- Не больше, чем нападать впятером на одного! - ответил Лют, ударяя дубинкой в плечо ближайшего из нападавших.
И закипела жестокая потасовка. Юные мстители тоже вооружились дубинками и топорами, - и тем, и другим юные охотники выучились владеть на славу. При свете месяца и звезд темные фигуры сталкивались в жестокой стычке. Они бились, опрокидывали друг друга, хрипло ругались.
Лют видел, как его друзья сражаются в своей первой битве и улыбался, видя их стойкость и мужество. Сам он продолжал биться с противником, которого сбил с ног сразу, но тот поднялся и продолжал сражаться. А сын Хозяина Леса молча, упорно кружил, не поддаваясь противнику, а норовя ударить сам.
Но вдруг он увидел, как старший из врагов свалил наземь Серко и снова занес дубину, собираясь раздробить голову оглушенному юноше. Все-таки, Живоглотовы подручные были старше и опытнее юношей, и сладить с ними было нелегко.
Лют страшно закричал и подскочил к врагу одним огромным прыжком. Занося обеими руками дубину, он ударил наклонившегося противника. Раздался жуткий треск, и враг упал наземь между Лютом и Серко, лицом вниз. Упал, немного подергался и затих. Зоркий Лют увидел кровь на расколотой голове поверженного.
Серко громко ахнул и нагнулся над телом.
- Вот это да! - прошептал он с жутковатым весельем. - Ты убил его, Лют, и спас меня!
Сын Хозяина Леса покачнулся, сознавая, что случилось. Он не думал убивать, бил не насмерть, но дело было сделано. Он, Лют Разноокий, поразил врага насмерть, спасая друга. Тысячи мыслей в одно мгновение промчались в голове юноши. А уже в следующее мгновение он осознал, что надо делать. У них не было другого выхода.
- Эй, ребята! Бей, круши, убивай! Или мы расправимся с ними, или нас обвинят в убийстве! Вперед, храбрецы!
Деревенские юноши на мгновение растерялись, но тут же опомнились. Серко, только что спасенный Лютом, первым опомнился и, подхватив дубинку, первым опустил ее на голову первому же врагу. Бойко, Скворец и Усол ринулись следом за ними.
Закипел еще более жестокий бой, не на жизнь, а на смерть. Живоглотовым молодцам нечего было терять, и они молотили деревенских парней тяжелыми дубинами. Усол уже хромал, получив удар в бедро. Скворец подвывал: его правая рука, сломанная, повисла плетью. Потом он перехватил дубину другой рукой и наповал поразил ей своего противника.
Тела людей Живоглота валялись в неестественных позах. Казалось, что Лют со своими соратниками одержали полную победу...
Вдруг кто-то вырвался из смертельной схватки, бросился бежать к незамеченной в темноте коновязи. Когда Лют со своими друзьями опомнились, последний из лесных молодцев уже мчался галопом по лесной тропе.
- Стой, собака! - хрипло крикнул Лют.
Но беглеца пропал и след. Лют с товарищами, что остались невредимы, прыгнули на коней. Однако слишком поздно было догонять: уцелевший враг спешил прямо к заставе Живоглота.
Утром Лют и его ватага гордо вернулись в Старую Яблоню. Почти все были изранены, но зато они доставили богатую добычу, погрузив ее на коней. Юноши возвратили отнятые у Колота куны и меха. Но их руки обагрились кровью.
Автор
Тема: Черная Роза (Война Королев: Летопись Фредегонды) - XV (Прочитано 1433 раз)