2
- Мама! Мама вернулась! - с оглушительным воплем бросилась к мистрис Мелька, Лиссэ крепко обняла дочь, та крепко прижалась к ней. Какая большая выросла, уже ей по плечу.
- Доченька моя! Как же я по тебе соскучилась! Как ты без меня?
- Хорошо! Мы с дедой тебя ждали, - - дочка потянула мать к стоявшему чуть поодаль Мелькору. Изначальный сильно изменился, притом в лучшую сторону. Шрамы исчезли, волосы сверкают, как снег под солнцем, плечи распрямились. Какой же он все-таки красивый! Глаз не оторвать. И какой родной, самый родной после Мельки и Волчика. Мелькор сделал шаг на встречу и нежно привлек её к себе
- Как же я по тебе соскучилась! – прошептала мистрис, уронив голову ему на плечо
- Здравствуй, моя девочка! – Изначальный ласково погладил её по волосам. Его объятия были такими крепкими, а руки такими сильными и нежными, рядом улыбалась Мелька, клубились у ног кошки, и все было прекрасно, только Волчика не хватало.
– Что-то случилось? Или ты просто погостить? - Вала с тревогой смотрел на неё.
- Все хорошо, просто…
Мелькор чуть прищурился и просиял счастливой улыбкой:
- Я опять стану дедом! Интересно на кого будет похожа девочка – на тебя или Гортхауэра?
- Ура!У меня будет сестрёнка! - завопила Мелька. – А пусть она на бабушку будет похожа! Она очень красивая!
- Какая еще бабушка? – удивилась Лиссэ почувствовала.
- Наша бабушка, Эйллиэ Сейнеллиир! – важно сообщила дочь.
- Мелькор, ты?..
- Нет, - лицо Изначального чуть потемнело. – Мелли очень нравится Снежинка, а мы с ней только друзья.
- Ага, - пробормотала под нос дейе: теперь это так называется. А то не видно, как у Мелькора глаза то светлеют, то темнеют при одном её имени. Значит, наш целомудренный Вала не устоял перед неземной красой Эйллиэ. А что, хорошая будет пара. Надо им немного помочь, а то знает она одного Изначального: он сто веков на месте топтаться будет, уверяя себя, что это просто так.
- А что с ирни? - голос Валы чуть дрогнул.
- С этим гадом все отлично! Придумал очередную многоходовочку и теперь претворяет её в жизнь. А я была сбагрена в твои надежные руки из-за того, что умудрилась забеременеть, - с досадой бросила Лиссэ, уже давно простившая мужа. Но Тано пусть думает, что она злится, иначе докопается до всех проделок своего дорогого сыночка.
- Лиссэ, он прав, - улыбнулся Мелькор. - Здесь тебе будет лучше. А потом ты вернёшься на Арту.
- Подкинув тебе очередную дочку, так что ли?
- Я с радостью воспитаю внучку. И Мелли поможет.
- Ага! И бабушка. Мы не одни мама, и у нас все отлично!
Да уж, отлично! Лиссэ фыркнула про себя, но Мелькор все-таки молодец, справился – и с Мелиссой, и с коллегами, и даже с Драконатой, а уж то, что Клемент стал ему другом, радует вдвойне. И за Магистра отрадно, и за Изначального спокойнее. Эта парочка еще всем покажет, а если Снежинка будет с ними, то держитесь и трепещите неведомые враги!
- Что же я держу тебя на пороге, - спохватился Вала. – Ты, наверно, проголодалась? Чем покормить? Репа твоя любимая есть, печеная. Как раз сегодня Мелли захотелось отведать. Видно что почувствовала. Еще ушица - вчера водяной пару рыбешек прислал. Грибочки жареные от Лихшачича. А может тебе блинчиков испечь?
Хозяйственный Мелькор – это нечто! Неужели он сам блины печет?
- А где Фрола?
- Она сейчас в семье мужа гостит,- с чуть виноватой улыбкой ответил Черный вала.
- Фрола замуж вышла? – брови дейе поползли вверх сами собой. – Она же всегда была против…
- Сердцу не прикажешь, - глубокомысленно произнес банальную истину Мелькор. – Так, что ты хочешь? Или тебе овсяной каши с земляникой сварить?
- Испеки-ка блинчиков, давно я их не едала, - пряча лукавую улыбку, попросила Лиссэ. Уж больно захотелось увидеть Тано у плиты. Это же, наверняка, незабываемое зрелище, о таком в Аст-Ахэ никто и помыслить не мог.
- Тебе сюда подать или на кухню пойдешь?
- На кухню пойду, - проврчала дейе, - надо же посмотреть, что вы там без меня натворили, - она с легким недовольством оглядела столовую. Оная комната за время отсутствия претерпела разительные изменения, и нельзя сказать, что к лучшему. Где обойчики с оранжевыми подсолнушками? А любимые шторы с узором из красных маков? И синяя люстра куда-то пропала. Зато теперь все в элегантных бежево- коричневых тонах с легким добавлением оранжевого. Ну и на том спасибо, что хоть какие-то яркие пятна в комнате остались. Честно говоря, мистрис опасалась, что все в доме будет в бело-черно-серебристом стиле, но, кажется, Вала несколько отошел от своих любимых цветов. Вот и у самого штаны коричневые, а не черные, правда, рубашка белая. И хорошо хоть хламиду свою дома не носит.
Кухня опасений не оправдала, разве, что красного чуть поубавилось. В частности, любимые занавески с крупными мухоморами, плывущими по ярко-голубому небу, заменили на шторки с изображением лисичек в траве, а в остальном все осталось по-прежнему. Вот только петух прибавился. Черный с алым гребнем и такой здоровущий! Петух взмахнул крыльями и разразился громким кукареканьем. Потом подлетел к конфорке и выдохнул пламя. Плата зажглась. О Многоцветная, огнедышащий петух! Это кто же так отличился из этих двоих обормотов? Лиссэ вопросительно посмотрела на дочь и свекра. Мелькор опустил глаза:
- Случайно получилось. Мы оладушки первый раз пекли, надо было погреть яйца…
- Понятно, - вздохнула мистрис. И точно ясно, в кого уродилась дочка.
- А еще у нас дракончик есть, маленький, он письма носит. А сейчас прячется, потому что Кандика нет, а Петя его обижает, - поведала Мелька, доставая тарелки.
Дожили: петух обижает дракона.
- В Школе у нас есть экспериментальный дракон. Мы его все классом создавали и теперь воспитываем.
- Ну да! – фыркнул Вала, замешивая тесто. – Вы его так воспитываете, что мне каждый день приходится плоды вашего воспитания нейтрализовывать.
- Деда, он просто еще маленький!
- Очень маленький, больше лошади! - кивнул Мелькор. – Вот мозги и впрямь маленькие.
- У него трудный возраст, - заступилась за дракона Мелька. – У нас, кстати, тоже.
- Это не оправдание для ваших шалостей. Кто вчера подсунул дейру Леусу ежика под мантию? А он на него сел? Это хорошо, что ежик не пострадал. Как можно было так подставить невинное создание?
- А Леуса тебе не жаль? - поинтересовалась Лиссэ, щедро смазывая маслом блин.
- Леус – преподаватель, и сам понимать должен, что ученики способны на пакости, - отрезал Мелькор. – А ежик не виноват!
- А Леус виноват?
- Он нам задание для пятого курса дал, а мы только в шестом классе, - наябедничала Мелисса, подавая маме вазочку с земляничным вареньем.
А блинки у Изначального хороши! Воздушные, румяные, во рту так и тают! А варенье какое душистое! И сметанка чудо как хороша. И сливочки.
Стол был уставлен яствами так, что все эти баночки, вазочки и розеточки еле помещались. Масло сливочное, масло топленое, сметана, варенец, варенье из черники, ежевики, брусники с яблоками, земляники, крыжовенное с орехами. А еще лисички маринованные, грузди соленые, яблоки моченые. И настои травяные, молоко козье и коровье, и шоколад, а также морсы нескольких видов. Ешь-пей - не хочу! Лиссэ и ела, мешая сладкое с соленым и кислым. Конечно, не самый подходящий пример для ребенка, но этот ребенок и сам всему научился и еще дедушку обучил.
Лиссэ ела, с наслаждением слушая болтовню дочери и Валы. Хорошо дома! Только вот мужа не хватает.
- Теперь спать пойдешь?- заботливо спросил Мелькор, когда наевшаяся до отвала дейе, сообщила, что в неё даже ложечка сливочек больше не влезет, не говоря о целом блине.
Спать хотелось, но ведь Тано ждет рассказа о своем ирни, да и Мелька хочет узнать об отце. Погладив округлившийся от еды животик, Лиссэ ответила:
- Нет, сначала поговорим. Ты ведь о Гортхауэре узнать хочешь и об Арте?
- Можно и завтра поговорить, - не совсем искренне предложил Вала. Какой он деликатный стал: раньше бы не удержался и пока об Арте не расспросил, даже и ложки еды бы не предложил. Или она просто его мало знала?
- Нет, сначала рассказ, - твёрдо произнесла дейе.
Беседа затянулась надолго, утомившаяся Мелька улеглась спать, а они все говорили и говорили. Мелькор расспрашивал, Лиссэ отвечала, потом наоборот. Изначальному было интересно все: и новые Хранители, и люди Арты, и Черные земли, и квенди. Он печалился о гибели Эрегиона и переживал за Келебримбора, а потом искренне радовался, что талантливый мастер нашел своё счастье в Черных землях. Огорчило его и то, что на Арте вновь идет война.
- Нельзя выделять одних, нельзя одаривать столь щедро, - с горечью бросил он, услышав о завоевательной политики Нуменора. – Люди слишком изменчивы, они подвержены страстям. С одной стороны, это прекрасно, а с другой… - он махнул рукой.
Мистрис удивленно приподняла бровь: раньше Вала безоговорочно восхищался людьми. Что же заставило его пересмотреть свои взгляды?
- Мои скитания по миру, Лиссэ, - ответил Мелькор на незаданный вопрос. – Я слишком многое увидел и понял, пользуясь личиной простого странника. Знаешь, каждому правителю или Творцу полезно побывать в шкуре простого человека и посмотреть на мир не с высокого трона, а с проезжей колеи. Открывается совсем иной вид. Но продолжай, мой рассказ будет после.
Она и продолжила дозволенные речи. А Черный Вала слушал, чуть прикрыв глаза.
Устройство созданного Гортхауэром государства его восхитило, а вот идею с Хранителями и кольцами Мелькор вначале воспринял в штыки.
- Нельзя не пускать души на Пути! Это преступление! – возмутился он. - Ортхеннер с ума сошел, что ли?
- Он не сошел, и никакого преступления в этом нет, - возразила Лиссэ. – У этих людей есть сила, магия, и именно она даёт им почти бессмертие. Взять, к примеру, меня или Клемента…
- У тебя отец эльф, да и у матери в роду…
- У нас эльфы тоже смертны, если у них нет магии. Нас хранит волшебство, и нет ничего дурного, если силу развить и поставить на службу Миру. Ты же сам понимаешь: валар не справляются со своими обязанностями.
- Они и не могут справиться, ибо отрезали себя от Мира. К тому же теперь их обязанности не соответствуют потребностям Арты.
- Вот видишь, Миру нужны новые Хранителя. И среди кого их искать, как не среди тех ради, кого Арта была создана.
- Создавался Мир, вообще-то, для эльфов, - хмуро ответил Мелькор. – Притом очень странных эльфов.
- Сожалеешь, что лишил Эру игрушки? – хмыкнула дейе.
- Ни капли! – отрезал Изначальный. – Живыми существами в игры не играют! Пусть себе из камешков куколок создает!
- Значит, нужны новые Хранители, и мы нашли лучших.
- Ладно, не буду спорить, но завтра расскажешь мне о каждом.
- Я и сегодня могу, - Лиссэ тут же прокляла свой длинный язык, но было уже поздно: Мелькор так обрадовался, что обмануть его надежды было жестоко.
Потом он в свой черед рассказывал о том, как скитался по Миру, как встретил Никуша, и Многоцветную. А еще до того, как пришел к Элхэ и сказал ей, что любит её иной любовью.
- Ты молодец, что е все объяснил,- одобрила Лиссэ, умолчав о своем странном сне. Дева Полынь хотела вернуться, дейе согласилась ей помочь, но где теперь Элхэ, и как выполнить обещание, если Волчик забросил любимую супругу в другой мир? Озадачивать этим Валу она не стала. Хватит с него прошлых бед, да и ныне проблем у Изначального хватает. Новая странная ученица, сложные отношения с Эйллиэ, непонятное покушение у мира Трех Звезд, какие-то древние, замшелые тайны, обозлившаяся невесть с чего Драконата… Вечно находит он приключения на свою голову, или это они его находят? Лиссэ, молча, слушала, заплетая бахрому скатерти в косички, а заодно доела все оставшиеся блины. Как ни странно не лопнула. Наверно, разговоры забирают слишком много энергии.