Благодарю, эрэа
katarsis! 
Любовь всё расцветает, и всё, казалось бы, совсем хорошо. Но радоваться за героев очень мешает название.
Название малость спойлерное, может быть. А пока что "счастье было так возможно, так близко..."(с)
Обреченная любовь (продолжение)
Пир в княжеском тереме был обилен и пышен, словно в старинных былинах. Гости наслаждались яствами и напитками, которые, казалось, не скудели. И все наперебой хвалили гостеприимного хозяина - князя Мстислава Изяславича, желали процветания ему и его семейству.
Сам же Мстислав гордо улыбался, сидя на почетном помосте рядом со своей супругой, поднимая в ответ золотой кубок с вином. Он гордился, что собрал под сводами своего терема всю знать Дубравны. После пира он готовился привести своих гостей к конюшням, показать им чудесного белого коня, которого он рассчитывал подарить своему венценосному деду.
А вот княжич Любослав заскучал среди обильного угощения и пышных славословий. И он, тем временем, обратился к сидевшему возле него Ратмиру, говоря о том, что больше всего волновало его юную душу:
- Я очень хочу еще хоть раз погладить чудо-коня, прежде чем его подарят моему прадедушке, великому князю! Я, конечно, видел, что конь опасен, но не сомневаюсь, что конюший Неждан надежно укротил его. Да и ты ведь будешь со мной, Ратко!
Ратмир учтиво отвечал, памятуя, что говорит не с кем-нибудь, а с княжеским сыном:
- Я готов сопровождать тебя, княжич, и сделаю все, что смогу! Но главное - чтобы твои владетельные родители позволили тебе пойти к коню!
- Батюшка разрешил мне, потому что я хорошо учился и слушался в эти дни, - заверил княжич.
- Ну, тогда я обещаю помочь тебе, - кивнул Ратмир.
Тем временем, воевода Волот сидел за столом рядом со своей женой. Он указал ей на один из столов пониже, где пировала старшая челядь, приближенная к князю.
- Вот, моя дорогая Калина, люди, чей труд почетен и высоко ценится! Это дворский, а вот сокольничий. Это старший ловчий, а рядом с ним - старший псарь. А вот, возле них, и старший конюший Неждан. Он приходится дядей десятнику Ратко, которого мы с тобой приглядели для Ласкавицы...
Калина поглядела на старших княжеских слуг. Те и вправду держались с большим достоинством и были хорошо одеты. Если не знать правды, их было трудно отличить от рассевшихся повсюду бояр.
Женщина тяжело вздохнула. Конечно, она мечтала выдать свою старшую дочь замуж за богатого, влиятельного боярина. Но она понимала, что и они с мужем сами происходят из простых людей, и им удалось выдвинуться только благодаря заслугам Волота.
- Что ж, я думаю, что Ратко, хотя он только племянник княжеского конюшего, в самом деле достойный витязь, и будет хорошим супругом для нашей дочери, - согласилась Калина.
Тем временем, конюший Неждан обратился к своим сыновьям, Любиму и Завиду, сидящим тут же. Даже на княжеском пиру, когда все веселились, конюший не забывал о службе. Тем более, что им пока что следовало заботиться о белоснежном коне, порученном их заботам князем Мстиславом Изяславичем.
- Мальчики, завтра подпустите белого жеребца к кобылицам. Подготовьте его к случке, с самыми лучшими кобылами, чтобы такие же прекрасные кони появились и в дубравнинских конюшнях!
Любим улыбнулся в ответ:
- Да, батюшка! Я видел, что четыре породистых кобылицы вошли в охоту или вот-вот готовы к ней. Мы как раз успеем свести их с белым жеребцом.
При этих словах Завид, младший сын Неждана, задумчиво кивнул, как бы размышляя над чем-то, меж тем, как не только конюхи, но и сам князь Мстислав хвалился белоснежным конем перед всеми.
А Мстислав Изяславич как раз передал своей жене, сидевшей рядом с ним в прекрасном одеянии, блюдо с медовым печеньем. А затем он громко воскликнул, подняв золотой кубок, который виночерпий только что наполнил вновь:
- Пью за чудесного жеребца, белого, как лебедь, и быстрого, как пардус! Я купил его за баснословные куны у хана степных кочевников, и не прогадал! Мне, право, жаль расставаться с таким прекрасным конем, я охотнее всего ездил бы на нем сам. Но я подарю его моему венценосному деду, великому князю Всеславу Брячиславичу, на его семидесятилетие, поскольку он заслуживает всего самого лучшего! И я уверен, что никто из родичей не вручит великому князю лучшего подарка! По крайней мере, братцу Ярославу, сыну агайянки, уж точно не переплюнуть меня! - захмелевший Мстислав уже не давал себе труда скрывать от своих ближников ненависть к единокровному брату, князю Ярославу Изяславичу.
Княгиня Веселина Градиславна сдержанно вздохнула, укоризненно взглянув на мужа. Но в это время большинство бояр и старших челядинцев уже поднимали кубки, звенели ими, пили меды и вина, поддерживая пожелание князя Мстислава Изяславича.
Тот подождал, пока завершится пир. Наконец, приготовленные яства подошли к концу, и в казавшихся бездонными бочках показалось дно. Челядь уносила блюда с обглоданными костями, огрызками пирогов и овощей, клейкими хребтами осетров и стерлядей, с недоеденными кусками, уже не лезущими в горло. На ломившихся от изобильного угощения столах кое-где оставались лужицы жира и вина. Гости провожали утомленными взглядами суетившихся челядинцев. Сами они, за редким исключением, отяжелели от еды и питья, и даже не слушали сказителя, что сейчас как раз пел под рокот струн лиры старинную былину.
Но ярый князь Мстислав был по-прежнему бодр и готов действовать. Он стремительно поднялся из-за стола, хотя ел и пил на пиру не меньше своих ближников. И князь заговорил сильным, звучным голосом, так что даже те, что начинали дремать, встрепенулись, внимательно слушая его:
- А сейчас все пойдем глядеть на белоснежного коня, которого мы кличем Дивом или Подарком! Ведь не все из вас его видели. А тем, кто видел, приятно будет еще раз полюбоваться его красотой, пока еще его не отвели в Дедославль, к великому князю!
Гости стали выбираться из-за стола с разной степенью ловкости, и следовали за Мстиславом, который повел их к выходу из княжеского терема. Почти все знатные дубравнинцы хотя бы слышали о великолепном белом жеребце, о котором только и разговаривали всю весну, и всем хотелось увидеть его.
Пока вся процессия следовала по переходам княжеского терема, Волот и Калина немного отстали от остальных бояр и поравнялись с конюшим Нежданом.
- Здравствуй, почтенный Неждан! - вполголоса произнес воевода. - Нам бы хотелось поговорить с тобой о твоем племяннике Ратко.
- Хотелось бы получше узнать, что он за человек, чем он дышит, - поддержала Калина. - Ты, как его родственник, лучше всех должен его знать.
Неждан успел послать своих сыновей вперед, к конюшне, чтобы они подготовили белого коня к приходу гостей. Теперь он взглянул на почтенных супругов, мгновенно понимая, что они неспроста завели разговор.
- Бояре, о Ратко я могу сказать только самое лучшее, - учтиво ответил он. - С тех пор, как он с матерью, моей свояченицей, поселился у меня в избе, я воспитывал его наравне с собственными сыновьями, и знаю его, наверное, не хуже, чем их. И, смею сказать, что и он почитает меня, как отца. Он трудолюбив, заботлив о своих близких, и мы все убедились, что из него вырос хороший воин, раз уж князь Мстислав Изяславич и его семья так высоко ценят Ратко. А я во всем готов за него поручиться, хоть перед великим князем!
Волот дружелюбно кивнул конюшему, получив от него подтверждение своих наилучших надежд:
- Благодарю тебя, Неждан! Я и прежде не сомневался в лучших качествах Ратко, также как и в его родственниках.
И даже Калина, гордившаяся обретенным боярством гораздо больше, чем ее муж, тепло ответила конюшему:
- Благодарю тебя, почтенный Неждан, что вырастил такого доблестного юношу, который, без сомнения, далеко пойдет!
Волот с облегчением вздохнул, радуясь про себя, что и его жена признала Ратко достойным женихом для их старшей дочери Ласкавицы. Ничто, казалось, не могло помешать им устроить счастье будущей молодой четы...
В скором времени вся процессия вышла во двор. Там свежий весенний воздух окончательно прояснил головы бояр после обильного пиршества, и они бодро последовали за князем Мстиславом Изяславичем к конскому манежу.
Воевода Волот решил взять быка за рога и как можно скорее устроить судьбу своей старшей дочери и десятника Ратко. Для этого он прошел вперед и поравнялся с первым воеводой Властом. Тот удивился, увидев его:
- Куда ты так спешишь, Волот? Хочешь о чем-то поговорить со мной?
- Тебе, как всегда, все ведомо, Власт, - согласился младший по чину воевода. - Хотел попросить тебя оставить десятника Ратко в Дубравне. И без того, князь Мстислав Изяславич уведет с собой большую часть дружины. Должен же кто-то остаться оберегать город!
Власт внимательно взглянул на Волота, догадываясь, зачем тот хочет задержать Ратмира в Дубравне.
- Я подумаю, что можно сделать... Но возможность побывать при дворе великого князя - большая честь для любого воина, - напомнил он Волоту.
"А также возможность, что его там окрутит какая-нибудь красотка, а моя Ласкавица не дождется суженого. Благодарю покорно!" - фыркнул про себя Волот.
Вслух же он отвечал:
- Высшая честь для воина - стоять на защите родной земли, а не развлекаться при дворе! Прошу тебя, Власт: оставь Ратко в Дубравне!
- Я подумаю, - вновь отозвался первый воевода.
Между тем, процессия дубравнинской знати уже приближалась к манежу, где, по-прежнему в одиночестве, находился белый конь. Его каждый день кормили отборным овсом и давали вволю бегать, так что он выглядел еще краше прежнего. В ожидании гостей, Любим с Завидом вычистили коня скребницей и расчесали ему гриву. Теперь они держали коня, взяв под уздцы, так что все могли вблизи разглядеть благородное животное.
Княжеские гости обступили белоснежного красавца со всех сторон, не отводя глаз.
- Да, это вправду князь среди коней! - послышались голоса. - И только великий сварожский князь достоин владеть им, не вызывая зависти!
Другие же ничего не говорили, замерев от восхищения. Бояре предчувствовали, что через несколько лет даже потомки чудесного коня будут высшей наградой в Дубравне для лучших из них...
Княжич Любослав, бледный от волнения, стоял впереди, рядом со своим отцом, глядя с восхищением, и одновременно - с тревогой на белоснежного красавца, который совсем недавно едва не убил его. Затем мальчик выразительно взглянул на Ратмира, сопровождавшего его. Рядом с молодым витязем княжич чувствовал себя увереннее.
- Ты ведь будешь рядом со мной, Ратко? - прошептал Любослав.
Ратмир улыбнулся уголками губ, показывая своему подопечному, что все будет хорошо.
- Подходи к коню плавно, осторожно, не делай резких движений, - посоветовал он мальчику. - Разговаривай с ним мягко, ласковым голосом, но не заискивай.
- Ага. Конь поймет, что я его боюсь, - кивнул мальчик, уже многое понимавший в свои десять лет.
Ратмир внимательно взглянул ему в глаза.
- Не только конь. Люди, что стоят вокруг, - выразительно добавил он. И продолжал: - Лучше всего угостить коня чем-нибудь вкусным. Тогда он непременно позволит тебе погладить себя!
Любослав улыбнулся, с надеждой глядя на белого коня.
А тот, словно понимая, что на него в эти минуты были устремлены взоры всех первых людей Дубравны, огляделся вокруг своим огненным взором, гордо вскинул голову, словно красовался перед собравшимися, сознавая, что его ожидает более высокая судьба, чем носить на себе любого из этих знатных господ.
Люди не могли отвести глаз от прекрасного коня, сочетающего неутомимую силу с необыкновенным изяществом. Казалось, он вот-вот распахнет белоснежные лебединые крылья и взлетит в распахнутые небеса.
Князь Мстислав Изяславич гордо улыбался, видя, как восхищается вся знать Дубравны чудесным конем, словно в самом деле выпрягшимся из небесной колесницы Хорса. Он не сомневался, что сумеет удивить сегодня всех вокруг.
Автор
Тема: Черная Роза (Война Королев: Летопись Фредегонды) - XII (Прочитано 15347 раз)