Муилрин два раза прочитал письмо от своего старого друга, потом предложил юноше отдохнуть в его доме. Морэйно послушался. Почему-то все вдруг стало таким неважным, что, наверно, явись бы за ним отчим, он бы и за ним последовал беспрекословно. Будто сама судьба тащила его за волосы, и не было ни сил, ни желания ей сопротивляться. Также безразлично и покорно он выслушал распоряжения друга Гертаса, взял карту и пообещал отправиться в серверные земли.
- Там тебе помогут. Говорящие не сказка, они есть, и люди северных кланов не убивают всех подряд. Тебя они примут, мальчик, - в голосе Муилрина ясно слышалось сочувствие.
- Хорошо, я поеду туда.
В сторону земель северных кланов юный Видящий отправился с торговым караваном. Дальше ему предстояло ехать одному. Морэйно не понимал, как сможет добраться до каких-то неведомых Говорящих: окутавшее его безразличие все не отпускало, мысли вязли в тумане, чувства заледенели.
Разбойники напали внезапно, охранники были убиты почти сразу, потом пришел черед купцов. Морэйно ударили по голове рукоятью меча. Очнулся он среди трупов, терзаемый головной болью. Ни карты, ни кошелька не было, но самым страшным оказалось то, что исчезла цепочка с камешком. Лишь ужасная головная боль и тошнота помешали предаться отчаянию. Наверно, он бы и умер среди разоренного каравана, если бы не отряд стражи, охотившийся как раз за теми самими разбойниками. Юношу перевязали, напоили, расспросили и отправили в близлежащий город.
Карты не было, денег не было, и цепочки тоже не было. Видения, правда, после всех событий не терзали его. Какое-то время Морэйно работал помощником целителя, а потом внезапно предсказал смерть бургомистру. Целитель в тот же день велел убираться.
- Уходи, если тебе дорога жизнь!
- А ты?
- Я-то сумею доказать, что тут ни причем. И без тебя это будет проще.
Морэйно ушел. Потом был еще один городок, потом другой. Видения вернулись и терзали его с новой силой. Вскоре он опять перестал отличать прошлое и будущее от настоящего. Он уже не замечал чужих взглядов – испуганных, презрительных, сострадательных. Он жаждал лишь смерти. Как-то поздней осенью юноша покинул одно из своих временных пристанищ и ушел в лес. Сначала было очень холодно, потом он согрелся. Пришли видения, но не жуткие, а нежные и ласковые. Его словно баюкали, напевая колыбельную. Скоро все кончится. Скоро он все забудет. Как же сладко заснуть навсегда.
«Не смей. Ты нужен. Тебе слишком рано. Не смей, мальчик!».
- Ну-ка открой глаза! Не смей спать, придурок! Ишь ты, чего удумал! Помереть ему захотелось!
Ворчливый голос и легкие пощечины не были сном. Над ним склонилось морщинистое лицо старухи.
- Ишь чего удумал! В лес ушел! Дурак! – припечатала она и ловко влила в рот Морэйно горькое снадобье.
Болел юноша долго и мучительно. Не спадал жар, мучил кашель, но видений не было.
- Отвар я тебе дала, - пояснила старая травница, когда Видящий наконец-то смог говорить. – Он поможет. На время.
В Малых урочищах юноша стал помощником местной знахарки. Нибвен была ворчлива, но добра. Сельчане относились к ней со страхом, смешанным с уважением. Также стали относиться и к Морэйно. Здесь над ним не смеялись, просто старались держаться подальше. Потом он стал учить местных ребятишек. Наиболее прилежным и упорным был Ларен. Его мать была из хорошего рода, и что связало Финис с местным забулдыгой и неудачником, Морэйно понять не мог.
- Наверно, решила, что любит. По молодости все мы чудим. Только иные знают, где остановиться, - проврчала как-то Нибвен. Рядом со знахаркой было уютно и покойно. Её отвар помогал: видения не приходили так внезапно и не были столь навязчивыми. Потом Нибвен умерла, и знахарем стал он. Староста относился к Видящему как к необходимому злу. А в целом Морэйно жил неплохо. Сельчане в благодарность за исцеление приносил хлеб, молоко и яйца. Мясо он не ел, да и вообще ему было так мало надо. Начинало казаться, что вся его жизнь так и пройдет среди лесов и болот в небольшой деревеньке. Это даже радовало, хотя и не хватало книг. Но безмятежность была кажущейся.
Ориль своей красотой выделялась из всех девушек деревеньки, она чем-то даже напомнила ему Силиврен. Морэйно знал, что красавица не любит Рондора, знал, что бегает к пастуху. Предчувствие было неясным, и все же он сказал ей.
- Не ходи завтра к реке!
Девушка рассмеялась. Морэйно попытался убедить, смех стал еще громче, Ориль поддержали и подружки.
- Да он тебя ревнует!
- Не ходи, беда будет! – тоскливо протянул вслед девушке молодой знахарь.
Ориль не послушалась, пошла к реке и нашла свою смерть. Морэйно даже не удивился, когда в двойном убийстве обвинили его. Не было страшно, когда вязали руки, не было больно, когда его избивали – все застили жуткие картины гибели деревеньки. Золото, рядом с которым уснула смерть, кровь на топорище, язвы, кашель, кровь, огонь, пожирающий сухое дерево частокола и домов. Он кричал, он шептал и умолял:
- Беда идет! Смерть идет!
Его били по лицу, ломали пальцы.
- Проклятый колдун! Не поддадимся твоей власти!
Он видел все так ясно, но объяснить не мог, слова застывали на губах. И на костре было не страшно - было горько, что ему не верят даже сейчас. Смерть обещала быть мучительной, но Морэйно почти был рад: несколько мгновений боли и его больше не будет. Только ведь и они умрут!
- Поверьте, - еле слышно шептали губы. А сельчане вздрагивали, думая, что колдун проклинает. Но проклинать Морэйно за свою короткую жизнь так и не научился.
Автор
Тема: А как все хорошо начиналось! - 14 (Прочитано 28354 раз)